Адвокат - Роза мира

что тебе повезло в жизни, а мне пришлось пробиваться самому, пришлось всяко, где локтями, где... Пинками, где... Ножом, в общем, туго. Слушай пойдём, а то Роман все буки забьёт Вере.

— Да ладно тебе, пусть пообщаются, ей сейчас полезно с детьми общаться, не переживай. Михей... спасибо тебе и друзьям твоим, помогли вы здорово.

— Хоть чем то отплатить Вере, мы в долгу у неё. Все трое.

Вы не просто в долгу, вы... Слов нет выразить как вы виноваты.

Проводили Тараниных, Вера загрустила, показала мне рисунок который ей Ромка подарил, а на нём мы с Верой, да так похожи, цветными карандашами нарисовал. Для меня вообще диво, я рисовать не умею и наверное даже цветочек не нарисую.

— Вер, я просто поражён, ну так рисовать, он художник.

— Михей знаешь как рисует, загляденье, Ромка в него, — ответила Вера, — ты посмотри даже цвет глаз запомнил, у художников зрительная память хорошая.

Мы вместе минут пять любовались художеством Ромы.

* * *

Вера поправилась и на десятый день её из больницы выписали, я привёз её домой, угроза выкидыша миновала, так сказал гинеколог, а может этой угрозы и не было? Ведь, Вера рвалась домой на второй день прибывания в больнице, надо как то было уговорить её остаться вот врач и пошёл на хитрость.

— Как я рада что домой приехала, надо позвонить помощнику узнать как там дела продвигаются.

— Вера, ты ещё на больничном, так что ложись, я тебя кормить буду, ты меня извини, я тут покомандовал немного, пригласил домработницу, она обед приготовила.

— Какую домработницу?

— Мою, она приходит когда меня нет дома, убирает, готовит и уходит, ещё до моего прихода домой, это очень удобно, и сейчас все таких домработниц нанимают. Вчера я позвонил ей, мы встретились, я отдал ключ, адрес естественно, так вот она всё приготовила, уборку сделала, и ушла, ключи на столике оставила, да не беспокойся Вер, это надёжный человек, она давно у меня работает, зовут её Софья Петровна.

— Жора-а-а! Я сама в состоянии и убрать, и обед приготовить, прошу, никого не приглашай больше.

Посмотрел на свою Веру, покачал головой.

— Ты не доверяешь людям, это плохо.

— Профессия такая, знаешь я ведь в душе ужасно закрепощённая, единственное что немного спасает меня от этого, маска стервы, которой я вовсе не являюсь, да ты это и сам понял давно. Наверное.

— Сразу понял и... полюбил тебя, а может я всегда тебя любил, как только увидел, согнувшуюся от боли, возле машины, понял, это она, та... единственная.

— Жорка, я рада, ну что же давай обедать, все дела потом, посмотрим как твоя Софья Петровна готовит, оценим.

Мы обедали с Верой.

— Высший класс! — Похвалила она.

— Софья Петровна профессиональный повар, так что упрекнуть её не в чем. После обеда ложишься отдыхать, я сам тебе режим дня составлю.

— Да я уже в норме, подлечили, а беременность, это же не болезнь, сам понимаешь.

В общем мы оба легли отдыхать, как бы там ни было, а Вера всё равно слаба ещё.

Часть 2. Павловы.

— Добилась, чего хотела? — Отец смотрел на дочь, и понять не мог, она это или нет. Не узнавал.

— Отстань, я ранена, не видишь? Между прочим друг твой меня чуть было не застрелил! — Белла отвернулась от отца, — Что он там вообще делал? С какого он туда бока.

— С какого бока? Виктор родной отец Веры, а ты застрелить её хотела!

— Что???? Отец??? Да враньё! Не поверю ни за что! — Белла сжала губы, — Отец значит, ну и Верка, никому не нужна, отцу даже, ой! Рука болит...

— Говорили тебе, в больницу надо, а ты домой, домой, не забывай, ты под домашним арестом, и за ранение Плотникова перед судом предстанешь.

— Я сама ранена, а этому Пиле так и надо, он не лезь куда не просят, он бандит, друг Михея, всех их давно пересажать пора.

— Смотри как бы тебя не посадили, не проклинай людей, в тебя никто из них не стрелял, да... Мне сказали, что Моисеева беременна, ты хоть понимаешь, что это усугубляет твоё положение? Твоё, и Никонова, ему то что надо было? Он зачем ввязался?

— Верка нужна была, а мне Жорка, я только сейчас поняла, как он мне нужен. Что ты сказал? Беременна? Она же бесплодна...

— Поздно! Был твоим, теперь забудь, да Моисеева беременна, врач сказал, это не просто её слова, а врач подтвердил.

У Беллы вытянулось лицо, не ожидала такое услышать.

Мать во время всего разговора не проронила ни слова, она вообще потеряла дар речи, когда узнала что натворила её дочь.

— Значит меня подставить хотела? Не возражай, я читал показания и Веры и Михея и Антонова, все утверждают, что ты угрожала Вере: мозги вышибу а пистолет отцу в сейф обратно положу, пусть его сажают. Так?

— Ты монстр а не человек! — Не выдержала мать, молчавшая до этого времени.

— Хммм, а ты не имеешь права меня учить! Ты мне не мать! Думаешь я не знаю что меня Виктория Дымова родила, любовница отца, — она кивнула на него, — а он отобрал меня у неё!

Мать с отцом поражённые тем, что дочь знает всё оторопело смотрели на неё, первой пришла в себя мать.

— Тебя никто не отбирал! Виктория, твоя мать, подбросила нам тебя на порог!

Белла застыла, Виктория говорила ей совсем другое.

— Врёшь! — Не поверила Белла.

— Нет. Ты, такая же как она! Бессердечная! Та, своего ребёнка выкинула, тебя тоесть, и ты такая же, такая же... тварь!

— Дорогая... — Сергей Афанасьевич, подбежал к жене.

— Вы... оба одинаковые, что ты, что дочка твоя, ребёнка в детдом, ну она, — Тамара Васильевна кивнула на Беллу, — с ней всё понятно, но ты? Как ты мог?

Глава 23. Вера Моисеева

Утром Георгий уехал на работу, я осталась дома, лежала больше, принимала вовремя лекарства, в общем делала всё, что доктор прописал. Ужин позже приготовлю, продуктов полон холодильник, на столе фрукты, но мне сегодня ничего не хотелось, а если честно, тоже на работу хочу, привыкла, скучно сидеть дома.

Ходила, ходила по квартире, и всё же решила позвонить помощнику, узнать как дела продвигаются.

— Алло, здравствуй Андрей? Как дела наши?

— Здравствуйте Вера Леонидовна, рад вас слышать, как здоровье? — Обрадовались на том конце провода.

— Нормально уже, дня два ещё дома посижу и приеду, я здесь тоже дела с наследством веду, обещают заплатить хорошо, так что на хлеб с маслом заработаем.

— Это точно, в этом не