Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

мой дорогой. Я тоже до смерти тебя ненавижу. С тех пор как узнал о смерти Джулии. До этого я думал, что смирюсь и привыкну. Думал, что со временем я полюблю своего сына и буду с радостью его растить. Ведь это ребенок от моей любимой женщины, ради которой я был готов на все. На все, Теодор. Я был готов переступить через себя и честно пытался принять тебя. Но после того, как ты убил мою жену речи об этом быть не может. Я тебе этого никогда не прощу. НИКОГДА, СЛЫШИШЬ! ЭТО ТЫ ДОЛЖЕН ГНИТЬ В ЗЕМЛЕ, А НЕ ДЖУЛИЯ! ТЫ! ТЫ НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ РОЖДАТЬСЯ! НИКОГДА! И до тех пор, пока ты жив, я не буду знать покоя. И мне по хер, что меня осудят за убийство родного ребенка. ПО ХЕР! Я ЕГО НЕНАВИЖУ И НИКОГДА НЕ ХОТЕЛ! НИКОГДА!

Может быть, Питер совсем не хочет принимать новость о том, что Маркус является его отцом, но после столь подробной истории что-то внутри начинает твердить обратное. Даже если подробности оказались еще более шокирующими, чем он мог предполагать. От одной только мысли, что его могли продать куда-нибудь в рабство, вызывает у него неприятную боль в животе, что заставляет мужчину слегка поморщиться, пока на грудную клетку что-то очень сильно давит и не дает ему глубоко дышать. Хотя ему сейчас это крайне необходимо из-за острой нехватки воздуха, которая провоцирует у него легкое чувство головокружение и учащенное сердцебиение.

27.5

Быстро воспользовавшись моментом и сделав свои грязные дела, счастливые и удовлетворенные Дэвид, Даррен и Шон надевают на Хелен всю ее одежду, пока девушка еще находится без сознания. После чего они усаживают ее на стул и крепко связывают руки за его спинкой и дополнительно стягивают еще и ноги. Благодаря совместным усилиям это не занимает у них очень много времени. А когда преступники справляются с поставленной задачей, то с восхищением рассматривают пленницу сверху до низу, пока ее голова опущена вниз.

— Ну что, мужики, все готово! — радостно потирает руки Шон. — Осталось только дождаться сигнала от Маркуса, чтобы начать шоу.

— В таком случае нам даже будет не страшно оставлять ее одну и ехать к Маркусу домой, чтобы помочь ему расквитаться с Роузом, — расставляет руки в Даррен. — Девчонка сто пудов не сможет сама себя развязать.

— Да даже если и сможет, ей ни за что не удастся выбраться из ловушки, которую мы устроим, — уверяет Дэвид, скрестив руки на груди. — К сожалению, Маршалл обречена на верную гибель.

— Эх, очень жалко, конечно, убивать такую красивую девчонку, — с грустью во взгляде вздыхает Шон, подходит к бессознательной Хелен со спины, обхватывает ее горло рукой, приподнимает голову и гладит по щеке другой. — Но что поделать, раз Маркус хочет заставить Роуза почувствовать то, что чувствовал он сам, когда умерла его жена.

— Этот придурок уже наверняка узнал о том, что Маркус – его родной отец, который продал своего сыночка работорговцам за баснословные бабки, — предполагает Дэвид, сжимая и разжимая грудь Хелен. — И что та алкашка вовсе не его мамаша.

— В любом случае время, проведенное с этой красоткой, было лучшим в моей жизни, — бодро подмечает Даррен, наклонившись к Хелен и проведя ладонью у нее между ног. — Она была просто великолепна!

— Да уж, нереально щедрый подарок от Маркуса!

— Жаль, что он больше не сделает такого же классного подгона, — задумчиво говорит Шон и приподнимает одно веко Хелен, чтобы взглянуть на ее застывший в одной точке глаз.

— Никогда не говори никогда, приятель, — загадочно улыбается Дэвид. — Все возможно, если очень захотеть.

— Самое главное – чтобы не было свидетелей, — добавляет Даррен, приподнимает топик Хелен и немного гладит ей живот. — Чтобы нас не арестовали копы по обвинению в изнасиловании.

— Это верно! — соглашается Шон. — Раз преступление никто не видел, значит, его не было.

— Об этом я и говорю!

— Даже девчонка почти ничего не помнит и не знает, что мы с ней делали, ибо она большую часть времени была без сознания, — уверенно говорит Дэвид, обеими руками проводя по бедрам Хелен. — Только боль в теле может наводить Маршалл на мысль, что ее кто-то трахнул в перед и зад.

— Ой, да ничего у нее не болит! — восклицает Шон. — Она лишь выпендривается и пытается вызвать у нас жалость. А мы делали все аккуратно и без спешки. Даже потратили время на то, чтобы немного приласкать ее тело, хотя вполне могли сразу же раздвинуть ей ноги и засунуть в нее член.

— В любом случае куколке больше не придется страдать, — хитро улыбается Даррен и откидывает назад голову Хелен, которая после этого так и остается в том же положении. — Потому что ее мучения кончатся уже через часик-полтора.

— Да, кстати, а мы точно все приготовили? — слегка хмурится Дэвид. — Ничего не забыли?

— Нет, вроде есть! Осталось лишь дождаться сигнала Маркуса, который вроде бы хотел связаться с нами по видеосвязи, чтобы дать Роузу шанс увидеть девчонку.

— Что, он все-таки позволит ему ее увидеть? — уточняет Шон.

— Просто хочет позволить своему сыночку стать свидетелем того, как девчонка погибает прямо у него на глазах. Раз уж везти ее к нему домой было бы палевно, а организовать видеосвязь и все показать – вполне неплохая идея.

— Этот старик просто гений, надо признать! — бодро отмечает Шон, скрестив руки на груди. — Ведь как Роуз сможет спасти свою ненаглядную, когда они будут так далеко друг от друга.

— Ну, вообще-то, это он думает, что они далеко… — загадочно улыбается Даррен. — А на самом деле от сюда до дома Маркуса можно добраться всего за пятнадцать-двадцать минут.

— Даже если так, Роуз все равно не успел бы ничего сделать, — уверяет Дэвид. — Пока он доедет до сюда, девчонка уже копыта откинет.

— Причем Маркус выбрал такой способ, при котором у нее нет ни единого шанса. От ее тела останется лишь пепел. Никакие копы не смогут опознать эту девчонку, а ее бабка не сможет организовать похороны своей внученьки.

— Короче, мужики, у нас все на мази! — радостно восклицает Шон.

— Верно, все идет как