Необходимо и недостаточно - Швепса

Пэнс тут же нагло нырнула в карман моих брюк, и я не успел перехватить её руку. Она сразу нащупала пакетик с датуром и с ликованием на лице потянула ладонь на себя, делая пару шагов назад.

— Сука! — прорычал я.

Девушка с довольной усмешкой опустила глаза к своей ладони, но её полуулыбка тут же исказилась, стоило ей понять, что именно она вытащила из моего кармана. Я пулей приблизился к ней, вырывая датур из тонкой руки.

— Драко, — прошептала она, аккуратно дотрагиваясь до моего плеча. — Я…

— Отъебись! — рявкнул я, тут же отворачиваясь и направляясь к Грейнджер. С меня хватит.

Пиздец. Тотальный Пиздец.

— Ты… опять сел на наркотики? — опешила Пэнс. Она поджала губы, и её чуть ли не трясло, пока я стаскивал Грейнджер с парты и поднимал её на руках. — Но зачем?.. Ты… Вы… — её глаза мгновенно распахнулись, и она перевела взгляд на Грейнджер, перегораживая мне путь из класса. — Она… тоже?!

— Не твоё дело, — я не узнавал свой собственный голос, он был ледянее, чем когда-либо. — Если хоть кто-то в Хогвартсе узнает, ты труп, Пэнс. Я тебе это обещаю.

— Но как…

— С дороги, блять!

Я толкнул Пэнс плечом, впечатывая её в школьную парту, и двинулся между рядов к выходу, чувствуя, как с каждым шагом сознание окончательно возвращается в реальность и стоять на ногах, удерживая Грейнджер, становится всё легче. Ёбаная Паркинсон вмиг выдернула меня из эйфории своим мозгоебучим припадком.

Я не шутил, что убью её. Если она только посмеет растрындеть обо мне и Грейнджер, собственными руками придушу.

Игнорируя доносившиеся до меня рыдания подруги, я пнул дверь, выходя в коридор.

Меня передёргивало от одной мысли, что я действительно чуть ли не плакался ей, будучи под датуром. Что я говорил всё это дерьмо, что сидело на подкорках сознания. Не мог поверить, что сейчас Пэнс вывалила это на меня, будто ударяя наотмашь моими же терзаниями о собственной никчемной жизни.

Одиночество?! Да чёрта с два. Мне никто не нужен.

Младшекурсники в панике разбегались по сторонам коридора, освобождая мне проход. Я прижимал расслабленное тело Грейнджер к себе так, чтобы её лицо утыкалось мне в плечо. Пусть лучше все боятся моего озлобленного бешеного вида, чем успевают разглядеть, кого именно я несу.

Блять, сколько же проблем из-за этой заучки. Я вынужден делать для неё слишком много, чтобы прикрыть и свою задницу. Не дай Мерлин встретить кого-то из её дружков. Вынести ещё и их понос у меня просто не хватит терпения.

— Драко, расслабься и замри на секунду, — твердил Самюэль, полулёжа на кожаном диване и, как мне казалось, внутренне отсчитывая минуты до окончания сеанса. — Единственная твоя проблема — это твой же разум. Ты отвергаешь всё хорошее, что преподносит тебе жизнь. А плохое и мерзкое впитываешь словно губка.

Психолог же должен был излечивать меня, а не давить на больные точки?! Чёртово Министерство.

— Это не так, — упрямо твердил я сквозь стиснутые зубы.

— Ответь мне, когда ты в последний раз искренне улыбался? Веселился, смеялся?

— В школе. С друзьями, — ответил я после тяжёлого вздоха. Потому что если буду молчать, то меня арестуют и отправят прямиком в Азкабан.

— А сейчас?

— А сейчас все наши семьи мертвы, и нам как-то не до смеха, — процедил я, закатив глаза.

— Но остались ли в твоей жизни люди, с которыми тебе хорошо? С которыми ты бы мог испытывать положительные эмоции, улыбаться?

Я сжал кулаки, злясь на Самюэля за то, что он не уловил смысла слов «наши семьи мертвы». Что нам, блять, не до ёбаного смеха. На хрена он вообще нужен, если я просто хочу сдохнуть и не видеть пустого Мэнора, по которому ходил чёртов псих?!

Но с моих уст так и не сорвалось это ужасно пугающее «не осталось», от которого сжималось всё внутри. От ответа меня спас сигнал часов, который известил нас о конце сеанса.

Я продолжал идти по коридору Хогвартса с Грейнджер на руках и зачем-то вспоминал идиотские вопросы покойного недопсихолога, который впоследствии оказался ещё и наркоторговцем. Его голос внутри сознания словно успокаивал, восстанавливал равновесие, помогая прийти в относительную норму.

Когда я последний раз смеялся?

Кудри Грейнджер лезли в лицо, и я сдул их с губ, тут же застыв посреди коридора.

Я смеялся именно с ней.

Сегодня утром, когда она забавно бесилась и била меня подушкой. Потому что в кои-то веки я, сука, выспался и прекрасно себя чувствовал. Потому что был рад, что она не плюнула мне в лицо, обвиняя в посягательстве на свою честь. Потому что сказала грёбаное «спасибо», которое я не заслуживал.

И да, я всё ещё помнил эти солёные супчики по утрам с похмелья. Так почему же она?.. Нет. Нельзя даже думать о подобной чуши.

Я сжал её тело, прижимая ближе к себе, и возобновил шаги.

Тогда, в классе, я ведь сам начал всё это. Зажал Грейнджер у стола, не оставив выбора. Во мне не было ни капли датура, но я чуть не поцеловал её. Чёртову грязнокровку. Вот так просто.

Всего на секунду, но я захотел именно её. Гермиону, а не датур.

Может быть, Пэнс была права, когда говорила, что я страдаю от своего одиночества?

Потому что когда Грейнджер спросила о порошке, с недоумением глядя на мою идиотскую попытку поцеловать её, я ощутил, будто всё внутри меня завязалось в узел. Словно она в этот самый момент столкнула меня с обрыва, обрекая на вечный полёт в небытие.

Я испугался, что и она отвернётся. Что так же, как и все, посчитает меня спятившим чудовищем и оттолкнёт.

Но Грейнджер осталась. В обмен на датур, но осталась. Приняла правила идиотской игры, раздвигая передо мной ноги.

Во всём виновата сраная жалость. Гриффиндорка ведь на волоске от смерти, а меня дико будоражит тот факт, что её временным спасением стал именно я.

Я, ненавистный Пожиратель, а не кто-то из золотого трио.

* * *

Грейнджер спала несколько часов. Я уже успел сходить на обед и вернуться обратно в её комнату и теперь лежал рядом, просверливая потолок взглядом и утопая в своих мыслях.

Повернувшись на бок, я наблюдал, как девушка размеренно дышала, слегка улыбаясь в своём, видимо, приятном сне. Мне не хотелось её будить. Сердце отчего-то стучало как бешеное, но одновременно с этим в душе царило полное спокойствие.

Я протянул руку, аккуратно дотрагиваясь до её