По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская

Парень промолчал.

– Ясно… Ночью голяком у костра танцевать не пробовал? – неожиданно с серьезным видом уточнил Гарольд.

– Перед всем ковеном? – слегка испугался Грей.

Целитель прыснул заливистым смехом.

– Ну… если у тебя в планах весь ковен… гм… охватить… А так достаточно будет и ее одной.

– Это поможет?

– Смотря, как будешь танцевать…

Целитель хмыкнул.

– Я не шучу, – сурово посмотрел на него инквизитор, – ведьмы, особенно огневые, на такое особенно охочи… Твоя – огонь? – обратился он к Грею.

– Вроде да.

Полчаса спустя, в узкой длинной комнате с казенной кроватью, стулом и маленьким столиком у окна, Гарольд в который раз слушал рассказ парня, чувствуя, что упускает из виду что-то важное, и пока не понимал, что именно.

… – Я погнался за ним, он выбежал из леса и к обрыву. Разбежался и прыгнул, понимаете? И словно завис в воздухе, потом открыл арку горизонтального портала и провалился в нее…

– Так, подожди. Давай на этом месте остановимся. Ты уверен, что это был портал?

– Да.

Старший инквизитор смотрел с недоверием.

– Я не портальщик, но насколько мне известно, портал можно открыть, только имея под ногами твердую почву. Может, он сорвался с обрыва и просто упал? Темно было, и ты не разглядел?

– Нет, я уверен.

Дверь в комнату распахнулась, и в нее заглянул запыхавшийся помощник старшего инквизитора:

– Гард, можно тебя на минуточку… Это срочно.

– Ну, – поднялся со стула темный маг, – отлеживайся, отдыхай, приходи в себя. Потом продолжим разговор.

И вышел.

Едва они отошли от двери, старший инквизитор произнес:

– Выкладывай.

И помощник заговорил в полголоса:

– Гонец от Вика Ошоса. Он просит срочно приехать в ковен Семи Лун. Говорит, к ним сегодня ночью черные маги наведывались.

***

Грей словно поменялся местами с Сали и теперь чувствовал себя ее боевым трофеем, вырванным в неравной схватке с инквизиторским целителем. Тот не хотел отпускать Грея в ковен, ссылаясь на его раны, лечение которых требовало особых знаний и навыков. Сали спорила и говорила, что справится лучше и быстрее.

Еще чуть-чуть, и она бы вцепилась упрямцу в глотку, но вовремя подоспел старший инквизитор и разнял их.

Эти страстность и бесстрашие девушки одновременно восхитили и окончательно укрепили Грея в правильности выбора. Разве такую можно упускать из рук? Да с таким тылом горы свернешь.

– Теперь не теряйся, – подмигнул ему Гарольд Рох, когда Грей и Сали садились в седла, чтобы отправиться в ковен, – ты им нужен во как, – инквизитор провел ладонью поперек горла, – так что еще сам будешь выбирать и условия ставить.

Только он не уточнил, кому «им» и что выбирать.

Сали всю дорогу задумчиво молчала, в сторону Грея взглянула один раз и вздохнула. От той дикой кошки, что была готова выцарапать за него глаза, не осталось и следа.

В ковен они въехали, когда уже стемнело.

Дома Сали почему-то заварила вербянку, ту самую, что в семье Грея пользовали только когда мучились животом. Велела ему выпить отвар, – он безропотно подчинился, – потом сняла перевязки с головы и руки, промыла ему раны тем же отваром. И всё это сохраняя ледяное молчание. Как он не пытался ее развеселить и разговорить, Сали оставалась грустна и погружена в свои мысли.

Она постелила ему в гостиной и, уложив на диванчик, ушла мыть посуду после ужина и долго гремела тарелками и вздыхала. Когда закончила, подошла к нему, думая, что он спит, и поправила свесившийся до пола угол одеяла.

– Знаешь, – сказал Грей, и Сали вздрогнула от неожиданности, – мне кажется, я вспомнил, где видел этого портальщика.

– Какого?

– Ну, который был ночью в лесу вместе с черным магом.

– И где? – голос Сали напрягся.

Грей приподнялся, опираясь на неповреждённый локоть.

– В Академии.

Глава 20

Сильно ныло правое колено.

Боль явственно пробивалась сквозь пелену сна, становясь острее и острее.

Вивьен открыла глаза, села на кровати и сжала виски ладонями.

Не ее боль. Чужая. Плохо, очень плохо. Не должно так быть. Рано она начала срастаться с чужим домом магической силой, неправильно это.

Вылезать из постели не хотелось, но выбора не оставалось. Пока она с этим не разберется, боль не утихнет. Вивьен сделала над собой усилие и свесила ноги с кровати, не касаясь холодного пола.

Попыталась собраться с мыслями, понять, кому нужна помощь. И идти. Но куда? В какую сторону? Кого искать в этом огромном спящем доме?

Вивьен зажгла светляка, встала, оделась. Пригладила щеткой распущенные волосы, перехватила их лентой на затылке и, выйдя в коридор, остановилась.

При ее появлении вспыхнули по обеим сторонам вдоль стен магические свечи, настроенные на движение. Они загорались, освещая ей путь с опережением шагов на двадцать вперед, делая коридор тоннелем, ведущим в бесконечную тьму.

Источник боли пульсировал где-то на первом этаже.

Вивьен дошла до холла и немного постояла, вспоминая путь в крыло прислуги, спустилась по большой мраморной лестнице, застыла, прислушиваясь к себе, и уверенно повернула в сторону кухни.

Сантан, в толстом и огромном, как плащ, халате, надетом поверх полосатых рубахи и штанов, в огромного размера шерстяных носках и клетчатых тапках, сидел на широкой деревянной скамье у стены, что-то бормотал себе под нос, опустив взгляд в пол, и широкой ладонью потирал правое колено.

На длинном столе, стоявшем посередине кухни, горели три обычных свечи в подсвечнике. Тени от них убаюкивающе покачивались на стенах.

Когда Вивьен открыла дверь на кухню и вошла, пламя свечей радостно заплясало то ли от сквозняка, то ли от ее появления.

Сантан поднял голову и, увидев прямо перед собой юную невесту хозяина, нервно покусывающую нижнюю губу и теребившую в пальцах кончик длинного пояса домашнего платья, обомлел:

– Госпожа?.. А вы что здесь делаете?

– Ваше колено… Оно болит. Я могу осмотреть?

Сантану показалось, что он ослышался.

– Колено?

– Да.

Вивьен, поколебавшись, не дожидаясь согласия, решительно присела у ног старого повара на корточки и принялась подворачивать штанину полосатой бело-синей пижамы. Сантан всплеснул руками, хватаясь за ткань и не давая её закатывать:

– Да что ж такое творите, госпожа?.. Да разве это дело, глядеть на дряблые телеса молодой девице?.. Эдак с вами что-нибудь дурное сделается…

– Не сделается. Оно болит… Я из-за него спать не могу.

Сантан перестал сопротивляться и еще больше опешил. И помолчав, словно что-то обдумывал, спросил:

– Миледи – целительница?

Вивьен кивнула.

– Вы уже слышали про такое?

– Давным-давно. – Сантан еще настороженно