Диагноз: В самое сердце - Ольга Тимофеева

– Нет, больше я ни к кому не езжу.

– Я видела, как ты обнимался на стоянке перед больницей с женщиной.

– Обнял, значит хотел обнять. Перед тобой я отчитываться не буду.

– Зачем ты приехал?

– Узнать, зачем ты приезжала?

– Уже не важно. Уходи, Артём, я устала очень, – открываю дверь и выталкиваю его.

– Мы не договорили.

– Тебя там дома бывшая жена с сыном ждут. Не втягивай меня только, пожалуйста, в это все.

– Я же сказал, что мы развелись. Когда Алина уезжает в командировку, я беру сына к себе.

– То есть он сейчас там дома один, а ты приехал ко мне?

– Он не маленький.

– Ты дурак, Амосов?

Хмурится, не понимает.

– Ты забрал сына на несколько дней, но вместо того, чтобы провести время с ним, едешь зачем-то ко мне.

– Ты не отвечала на звонки, я приехал.

– Я не слышала и со мной всё в порядке.

– Я бы хотел у тебя остаться, – тянется ко мне, чтобы поцеловать, но я отвожу голову в сторону.

– Тебя сын дома ждет. Думаю, тебе важнее побыть с ним сегодня. И ему тоже.

– Поехали со мной, я вас познакомлю.

Познакомишь? Усмехаюсь.

– И как ты меня ему представишь?

– Женя.

– Ясно, что Женя, кто? Любовница?

– Сейчас…. – закатывает глаза, что-то вспоминает. – Крашиха.

– Кто? – сдаюсь и улыбаюсь.

– Крашиха.

– Это кто?

– Поехали, мой подросток тебе об этом расскажет.

– Поздно, Артём.

– Нормально. Давай, собирайся быстрее.

– Артём, нет. Я сегодня как дура перед ним выглядела. Пришла, потом сбежала.

– Ну, что есть, то есть, – усмехнувшись, кладет руку мне на поясницу и притягивает к себе.

Касается губ. Углубляет поцелуй.

Сердце оживает и начинает стучать сильнее. Втягиваю воздух с ароматом Артёма. Свежий и напористый. Что-то древесное.

Одной рукой прижимаю к себе котенка, другой– обнимаю Артёма за шею.

Он же знает, что сейчас ничего не будет, и всё равно тут, всё равно целует.

Размыкаю наши губы, касаюсь едва и шепчу:

– Артём, что между нами?

Упирается лбом в мой лоб.

Стоим так в коридоре. Не шевелимся.

– Жень, мне одного брака хватило. Я больше не хочу. Но при этом ты мне очень нравишься.

– То есть мы всё равно расстанемся?

– Не обязательно.

Не обязательно. Вот так в статусе крашихи и ходить всю жизнь?

Натягиваю улыбку и отстраняюсь.

– Артём, думаю, надо прекратить наши встречи. А то я к тебе привыкаю, влюблюсь ещё. А тебе не нужно это. Зачем мне потом страдать? Спокойной ночи, – открываю ему дверь.

– А мне нравятся наши встречи и я не хочу это прекращать, – Артём стоит на месте и не уходит.

Красивый, зараза. Я тоже не хочу прекращать, мне тоже хорошо с ним.

– Артём, пожалуйста, уходи. Подумай о том, что я спросила. Если ты в своем будущем не видишь меня, то нам лучше больше не встречаться.

– Жень, зачем ты усложняешь?

– Потому что поверхностно, это не для меня? Один раз, два, три, ладно. Но больше, это уже перебор.

– Не понимаю, зачем прекращать…

У Артёма звонит мобильный. Достает телефон. Звонок через мессенджер.

– Важный звонок, – кивает мне.

– Пока, тебе пора.

Теперь он не сопротивляется. Выходит и тут же принимает вызов.

– Hi.…

Я закрываю за ним дверь.

Поднимаюсь на носочки, последние секунды пока не скрылся, слежу за ним в дверной глазок.

Кому я вру, что “влюблюсь ещё”. Уже влюбилась. В характерную улыбку, в будоражащий аромат, в голубые глаза цвета Байкала, в сильные руки, в жадные губы.

Если для него это всё не серьёзно, то лучше сейчас расстаться и не тратить свое время.

Глава 39

Утром перед завтраком, наливаю котенку молочной смеси в тарелку, приучиваю есть самому. Себе жарю яйцо с гренками, делаю салат, завариваю какао.

Пока завтрак остывает пролистываю электронную почту и замечаю вчера во входящих письмо из клиники, где я должна была проходить практику.

Сердце волнительно ускоряется. Это мой шаг во взрослую жизнь, точнее, в профессию. Каких-то пару лет и самостоятельно смогу оперировать.

Открываю письмо. Не дыша читаю.

Много текста, но я выхватываю жирным “Отказано в стажировке”.

По позвонкам холодок. Нервно сглатываю и вчитываюсь в текст.

Нарушение медицинской этики, разглашение врачебной тайны. Ссылка на видео на моем акке, где я рассказываю об одной пациентке, показываю ее фотографии. хотя у меня есть на это ее разрешение. Вскользь упоминается, что я заменяла другого врача без соответствующей квалификации.

Чёрт. Вадим. Он знает, значит, и другим может рассказать. Папе так и не рассказала, блин. Зациклилась на Артёме и вылетело все из головы.

Выключаю плиту и набираю папу.

– Да, детка.

– Привет, пап, на работу едешь?

– Да. Совещание в министерстве, а мы тут в пробку попали. Ты чего так рано звонишь? Нормально все?

Я вздыхаю, набираюсь смелости. Я бы отложила это на вечер, но боюсь, что до него раньше может дойти.

Ухожу в другую комнату и ложусь на диван.

– Пап, мне отказали в ординатуре в той клинике пластической хирургии.

– Как отказали? Почему? Дай мне их номер,я разберусь.

– Пап.… из-за моих соц. сетей, что я там выкладывала видео о пациентах, но у меня…

– А я тебе говорил, Женя! – меняет тон.

– Пап, у меня было разрешение.

– Да? Письменное?

– Устное.

– Жень, ты маленькая? Устно это же сказал, а завтра забыл, что сказал.

– Да там ничего такого, – сажусь и поправляю волосы.

– Раскрытие врачебной тайны – это уголовное дело.

– Да, вроде как там просто мне отказали, никто не будет заводить уголовное дело.

– Видео свои почисти. А лучше вообще удали там все,