Полюби меня, ведьма! - Эльвира Осетина

Как же хорош он был. Как сексуален. Яна сглотнула набежавшую слюну, и выдвинула подбородок вперед, чтобы не выглядеть, как полная дура.

Лэль засмеялась над её ребяческим поведением.

«Гордыня не доведет тебя до добра, сама потом будешь жалеть»

Яна еще сильнее набычилась, следя за инкубом исподлобья.

Дервиль какое-то время молчал, и Яне даже показалось, что он на что-то не может решиться, и пытается заставить себя говорить.

На самом деле так и было, и выдохнув инкуб заговорил:

— Я хочу тебя кое с кем познакомить, — сделав паузу он добавил, — это очень важно для меня.

Яна поднялась слишком быстро, по её мнению, и поэтому пошла к инкубу уже медленнее, чтобы тот не понял, насколько сильно она рада видеть его. И как приятно ей к нему просто прикасаться, быть рядом, вдыхать аромат.

Ох… как же умопомрачительно от него пахнет. Яна еле подавила желание застонать от удовольствия.

Он предложил ей свой локоть и они, как чинная пара пошли по коридору, к очередному потайному входу.

— А что с парадным выходом? — приподняла Яна бровь, когда они оказались на очередной лестнице.

— Так быстрее, — ответил Дервиль, косясь на закрытое декольте жены.

Они спустились вниз, к подземному коридору, и долго шли по нему. К сожалению, или к счастью, (Яна еще не поняла), но коридор не освещался, а она без магии была слепа, и поэтому муж крепко взял её за руку, и куда-то вел.

Наконец-то показалась дверь, которую Дервиль открыл с помощью своей крови.

Как поняла Яна — это был выход за ворота дворца, причем на сторону пустоши.

Она подняла голову, чтобы посмотреть на высокую стену и заметила там несколько демонов с луками, устремленными куда-то в степь. Значит их охраняли.

«Мда, далеко бы она ушла, выйдя за ворота», — хмыкнула Яна.

Они прошли вдоль каменного забора высотой с сам дворец и вышли к каменному строению.

Странно, что это место никто не охранял, но при этом Яна всем нутром ощутила, что сейчас за ними следят несколько пар глаз. Причем следят очень пристально. И любой неверный шаг может быть истолкован, превратно.

Оказалось, что у строения не было дверей. Лишь крыша, вроде навеса и стены для защиты.

Войдя под навес, Яна поняла, для кого это строение.

Она замерла, разглядывая чудовище, лежащее на соломе и смотрящее на неё горящими глазами.

Это существо чем-то отдаленно было похоже на собаку, правда размером с лошадь, и с острыми зубами, в несколько рядов. Ощущение было такое, будто все кости существа вылезли наружу из-под кожи, и обросли хитиновыми пластинами.

А затем одна из пластин отошла в сторону, а оттуда вылезло лысое нечто.

Оно было похоже на облезлую полудохлую собаку с выступившими костями наружу. Ничего ужаснее в своей жизни Яна не видела.

«Это её ребенок», — догадалась ведьма, когда чудовище облизало это мерзкое существо и почему-то подтолкнуло в её сторону.

Яна посмотрела в глаза большому существу и ей показалось, будто в её взгляде мелькнуло ехидство.

Дервиль вообще отошел в сторону, и никак не вмешивался в общение ведьмы с адской гончей.

Маленькое чудовище неуклюже поднялось на лапы и подошло к ногам ведьмы, а затем стало их обнюхивать.

Яна замерла не зная, чего ожидать от «ребеночка». Слишком опасным оно выглядело. Ростом со среднюю собаку, но зубы, и пасть… брр… если эта мелочь решит закусить ведьмой, то с легкостью это сделает.

Она нерешительно оглянулась на инкуба, но тот стоял не двигаясь.

Существо долго обнюхивало ноги Яны, а затем посмотрело ей в глаза, и ведьма утонула в них.

Она вынырнула из взгляда чудовища спустя час.

— Что это было? — прохрипела она, сидя на руках у инкуба, Дервиль в свою очередь сидел на корточках прислонившись спиной к стене строения.

— Принцесса приняла тебя, — сказал инкуб. — Ты ей понравилась.

— Это была принцесса?

— Да, альфа-самка, — кивнул Дервиль. — Мы называем их адские гончие. Раньше считалось, что это самые опасные чудовища в пустоши. Уничтожить их невозможно. Но я случайно спас самку от орфоф. И теперь они нас защищают.

— Орфы? Кто это? — заторможено спросила ведьма, все еще находясь под странным трансом.

— Это очень мелкие существа, — пояснил инкуб. — Они нападают стаями, и съедают любое существо за пару часов. Водятся в болотистых местностях. Каана туда случайно забрела со своей стаей, в поисках новых охотничьих угодий, и орфы на них напали. Убить тварей невозможно, только отогнать специальным запахом. Я услышал скулеж Кааны и призыв о помощи. Не знаю как, но она смогла со мной связаться мысленно. Мы как раз патрулировали местность, и я помчался к ней. Спрей от орфов всегда со мной. Я распылил его на Каану и её самцов. Орфы умудрились залезть под хитиновые пластины, и грызли их изнутри. Я спас их от смерти, и самка поклялась, что будет защищать меня и мою стаю. С тех пор Каана и её самцы патрулируют границы и помогают нам.

Яна затаив дыхание, слушала рассказ инкуба.

— Так это была её дочь?

— Да, её дочь приняла тебя, и когда она подрастет, то сможет с тобой мысленно общаться. Каана сказала, что оставит за себя принцессу, когда та подрастет, чтобы она нас охраняла. Ты ей очень понравилась. Можешь приходить сюда в любое время, играть с малышкой. Тебя никто не тронет.

Они вернулись обратно в спальню уже поздно ночью.

Яна была под впечатлением от встречи с чудовищами из пустоши. Она и не подозревала, что они выглядят именно так.

Ведьма задавала вопросы инкубу всю дорогу, пока они шли назад. Дервиль пообещал, что даст свои тетради посмотреть, как выглядят другие чудовища, и как с ними бороться. Ведь за годы службы на границе он очень многое повидал.

Когда они подходили к покоям, инкуба окликнул герцог Цинз, и поцеловав Яне руку на прощание, он ушел с дядей.

А вернулся только утром, сообщив, что пора идти на встречу с отцом.

Глава 28

На ночь глядя, дядя решил устроить внезапную инспекцию по всем пограничным крепостям домена. В итоге, Дервиль не спал всю ночь, и всю ночь не видел Яну и не мог наслаждаться её телом. Странно, но инкуб ощущал сильный голод. Вроде все утро отрывался, и раньше, до встречи с ведьмой, хватало энергии на сутки, а порой и трое, хоть она и была так себе, не особо качественной. А сейчас… сейчас Яну хотелось как-никогда.

Будто он никогда