Развод! Смирись, милый! - Ника Горская

Интересно, если я попытаюсь вырваться, Литовский успеет нанести мне вред?..

От нарастающей паники начинает подташнивать.

Еле передвигая ноги, плетусь подталкиваемая им.

Всё происходит будто не со мной.

Это не я поскальзываюсь на ступеньке крыльца и лишь жёсткая хватка Александра не даёт мне упасть.

Это не меня запихивают на пассажирское сиденье слишком знакомого внедорожника.

Это не я беззвучно плачу, глядя в лобовое стекло.

— Не реви, — бросает Литовский, стартуя с места. — Если твой муженёк сделает всё как надо, отпущу быстро. Продолжишь как прежде сохнуть по нему.

Не реагирую.

Вцепившись мёртвой хваткой в дверную ручку, думаю о том, что видимо колесо на моём автомобиле тогда спустило совсем не случайно…

Глава 50

Вика

Кто-то сказал, что череда принятых нами решений определяет наше будущее.

Не могу с этим не согласиться.

Миллион вариаций на тему «а что было бы если…» сейчас изводят мой мозг.

Что было если бы я в тот самый первый вечер не села в автомобиль Александра?

Или не поддержала его стремление к более близкому общению?

Или, наплевав на голос разума, всё же подняла шум в кофейне?

Можно сколько угодно анализировать, но однозначного правильного ответа не будет.

Немного успокоившись, украдкой посматриваю в сторону Литовского.

Невооружённым глазом видно, что он нервничает. Всё время проверяет телефон, будто ждёт важного звонка.

При этом от моего мобильного он избавился почти сразу же — выбросив в окно во время движения.

Уже около получаса Александр кружит за пределами города, наматывая километраж по трассе.

Понимаю, что просто выжидает время.

Его слова о том, что Назар должен выполнить какое-то требование сводит меня с ума.

Получается из-за меня у Градова теперь будут какие-то проблемы?

И как далеко Литовский готов пойти в достижении своих целей?

Он правда способен хладнокровно пустить в ход оружие?

От этих мыслей внутренности кислотой обдаёт.

Колючий страх вспыхивает с новой силой.

— В бардачке есть вода, — его голос заставляет встрепенуться, — можешь взять, если хочешь.

Молча посмотрев на него, снова отворачиваюсь к окну.

Бандит недоделанный.

Интересно что из его рассказов мне было правдой?

Кто он вообще такой?

Всё происходящее словно сценарий второсортного фильма. В котором мне зачем-то дали главную роль.

— Ты мне по-настоящему понравилась, — неожиданно начал откровенничать Литовский. — При других обстоятельствах я бы тебя ни за что не отпустил.

О чём он говорит?..

— В какой-то момент я даже стал задумываться над тем, чтобы всё отменить. Представляешь? — продолжает он, свернув с трассы на какую-то просёлочную дорогу. — Но я видел, что ты никогда не сможешь его забыть.

Озираюсь по сторонам, пытаясь понять куда мы направляемся.

— Не бойся, — говорит, заметив мою реакцию, — просто не хочу слишком далеко отъезжать от города. Сделаем крюк и развернёмся.

Это видимо должно было меня успокоить, но происходит всё совсем наоборот.

Запредельное напряжение сковывает мышцы.

Ожидание неизвестно чего прицельно уничтожает мои нервные клетки.

Хочется, чтобы как можно скорее всё это закончилось.

— Зачем ты это делаешь? — решаюсь спросить спустя какое-то время.

Несколько минут тишины и по моим плечам ползут мурашки.

— Подробностей не будет, — предупреждает сходу. — Просто… так нужно.

Вот и весь ответ.

Понятнее не стало.

— Ты главное не нервничай, пока рано переживать, — выдаёт с усмешкой.

Следующие минут сорок мы провели в тишине. Вязкой. Давящей. Подвергающей сомнению мою надежду на благоприятный исход.

И когда на весь салон раздаётся трель его мобильного я едва не подскакиваю на месте.

Повернув голову, в панике смотрю на Литовского.

Имя абонента рассмотреть мне не удалось, но то с какой поспешностью он схватил телефон, говорит о том, что именно этого звонка он и ждал.

— Да, — отвечает грозно и какое-то время слушает, что ему говорят.

Замерев, почти не дышу.

Я откуда-то знаю, что звонит Назар. Вероятно, сужу по агрессивно искажённому лицу Литовского.

За эти несколько минут слишком громкой тишины моё воспалённое воображение успело нарисовать и оживить жуткие картины дальнейшего развития событий.

Прижимаю ладони к животу и стараюсь следить за дыханием.

Под едва слышный удовлетворённый выдох Литовского, смыкаю веки.

Всё...

Он добился своего.

— Придётся тебе, Градов, поверить мне на слово, — бросает на меня взгляд и сбросив вызов, откладывает телефон на консоль. — Ну что, Викуля, домой хочешь?

Сказав это, он разворачивает автомобиль и прибавив скорость едет обратно.

В моей голове барабанной дробью отстукивает потрясение.

Литовский выглядит невероятно довольным.

Значит выдвинутое им условие было удовлетворено.

Чего он добивался от Назара, сделав меня гарантом исполнения?

— Что ты от него требовал? — спрашиваю, не надеясь на ответ.

Короткий взгляд на меня, и он снова уставляется на дорогу.

— Об этом спросишь у Градова сама, — выдаёт словно через силу. — И ещё обязательно спроси, что изначально стало причиной. Надеюсь, он сделал правильные выводы.

Это что, стремление хоть немного обелить себя в моих глазах?

Или что?..

Кажется, целую вечность спустя Литовский наконец-то останавливает автомобиль на автобусной остановке.

— Тут пару остановок до твоего дома, — говорит, повернувшись ко мне. — Доедешь сама.

Опасается довозить меня прямо до дома?

Ну что ж. Предусмотрительно с его стороны.

Ничего ему не отвечаю, берусь за рычажок двери.

— Прости, что всё так вышло.

Он хоть понимает, как цинично это звучит?..

Помедлив всего секунду, открываю дверь и выбираюсь из салона.

Не оборачиваясь, дохожу до остановки.

Литовский не торопится уезжать.

Хоть я в ту сторону не смотрю, всё равно продолжаю ощущать на себе его взгляд.

К моей огромной радости, автобус ждать приходится недолго.

Я ныряю в первый подъехавший, желая оказаться как можно дальше от того ужаса, который испытала по вине Литовского.

Хватаюсь рукой за поручень и стою не в силах пошевелиться. Тело не слушается.

Потрясение после пережитого стресса просто катастрофическое. Состояние такое будто я к оголённым проводам прикоснулась — не убило, но выжгло основательно.

Выйдя на нужной остановке, шагаю непослушными ногами к дому.

Стоит мне оказаться в квартире как все силы окончательно покидают меня.

С трудом избавляюсь от верхней одежды и обуви, и иду в гостиную.

Присев на диван, прячу лицо в ладонях. Проходит не больше минуты как у меня случается самая настоящая истерика. Рыдаю так что ни вдохнуть, ни выдохнуть толком не могу.

Не знаю сколько бы это продолжалось, но пришлось затихнуть, когда кто-то начал тарабанить в дверь моей квартиры.

Подскакиваю с места, спеша открыть.

Даже в «глазок» не смотрю — я и так знаю кто там.

Стоит распахнуть дверь как меня подхватывает самый настоящий ураган.

Градов.

Прижав к