Развод! Смирись, милый! - Ника Горская

— И ты так просто сдался? Почему, Назар? Ведь правда была на твоей стороне! Неужели ничего нельзя было сделать? — поднимаясь с места, засыпаю его вопросами.

Не знаю собирался ли он ответить хотя бы на один из них, но я попросту не даю ему этого сделать.

Тянущая боль внизу живота слишком резко сменила свою тональность — стала острой, режущей. Той которая способна вогнать в состояние паники любую беременную.

— Вика? — Назар мгновенно оказывается рядом. — Что с тобой? Тебе плохо?

— Больно… — сиплю, прижимая к животу руки.

Тихо выругавшись, Градов укладывает меня на диван и начинает кому-то звонить.

Я не слышу ни слова из того, что он говорит по телефону.

Прикрыв глаза, сдерживаю себя от накатывающей истерики.

И молюсь чтобы с ребёнком всё было хорошо. Иначе этот удар я просто не выдержу…

Глава 52

Вика

Первое что я вижу, как только открываю глаза — стерильно-белый больничный потолок.

Я не делаю попыток подняться с постели.

Никуда не спешу.

Безразлично вглядываясь в безукоризненную белизну, ненароком отыскиваю едва различимые цветовые погрешности. Те, которые заметить можно лишь захотев этого. Если увести взгляд чуть левее становятся видны бледно-желтые разводы. Тонкие. Витиеватые. Расползающиеся настолько сильно, что при долгом рассмотрении снова становятся невидимыми.

Интересно, что влияет на это?

Определённое преломление света?

Чёткость зрения смотрящего?

Или игры человеческого разума?

Аккуратно повернувшись на бок, подпираю рукой подушку и устремляю взгляд на уснувшего в кресле Назара.

Спит. Такая мирная картина, которая ещё не так давно была моей реальностью.

Эти плечи, грудь, поднимающаяся и опускающаяся в такт дыханию…

Всё это было моим. Я помню, как любила прикасаться к нему, чувствовать его тепло, слушать сердцебиение.

Теперь это всё лишь воспоминания, которые всё так же обжигают. И смотреть на него так это как прикасаться к прошлому.

Как случилось что, глядя на него я перестала видеть те самые «цветовые погрешности»?

Всё дело в «преломлении света»?

В то под каким углом я теперь всё вижу?

Почему, находясь перед выбором и не имея никаких гарантий он не задумываясь выбрал мою безопасность?

Этот вопрос не даёт мне покоя с того самого момента как мне открылась правда.

Ставя себя на его место, я осознаю, что поступила бы ровно так же.

Не задумываясь и не мешкая.

И вопрос «почему» становится лишним…

Я люблю его.

Да.

Люблю так, как, наверное, уже никогда не смогу полюбить. И эта мысль, такая простая и такая мучительная, сжимает сердце.

Говорят, что настоящую любовь можно испытать лишь раз в жизни.

И я начинаю верить в это. Потому что то, что было между мной и им — это нечто большее, чем просто сильные чувства.

Это понимание без слов.

Как получилось так что мы утратили эту связь?

Ответа на этот вопрос у меня нет…

— Вика? — заметив, что я проснулась, Назар рывком поднимается с места. — Как ты, малыш? Болит? Может позвать кого-то?

Не в силах произнести ни слова, отрицательно качаю головой.

— Точно? — допытывается, присаживаясь на край моей кровати. — Всё будет хорошо, Вик, — в попытке передать мне свою уверенность, кладёт ладонь на моё предплечье.

Странная мысль приходит в голову.

Если вдруг я буду стоять у пропасти, единственный кто сделает всё чтобы удержать меня от падения будет он — Назар Градов.

Не ожидая ничего взамен.

Просто, потому что для него важно знать, что я есть.

Такие драматичные размышления одолевают меня с ночи. С того самого момента как я оказалась в реанимобиле.

Да, Градов не был бы собой если бы не перестраховался. Он вызвал специализированный автомобиль скорой медицинской помощи, оснащенный самым современным медицинским оборудованием для оказания экстренной медицинской помощи, реанимации и интенсивной терапии.

Недоумённые переглядывания медбригады явно дали понять, что в их вызове не было никакой необходимости и можно было вполне обойтись вызовом обычной скорой.

Градов не умерил свой пыл даже когда мы оказались в клинике.

Без преувеличения поднял на уши весь медперсонал.

После осмотра и УЗИ обследования мне был поставлен диагноз: гипертонус миометрия, спровоцированный сильным стрессом. Простыми словами повышенный тонус матки. Состояние, представляющее угрозу для беременности и в моём случае требующее обязательной госпитализации.

Опять же усилиями бывшего мужа, оформили меня быстро, выделив отдельную палату повышенного комфорта.

Его забота, такая привычная и даже уютная, в моменте смешалась с горечью воспоминаний.

Назар делал всё, что мог, как делал всегда.

И это как-то… странно что ли. Чувствовать его участие, видеть его беспокойство, когда мы теперь по факту друг другу никто.

— Давай я привезу тебе всё что нужно, — вытягивает меня из нелёгких мыслей его голос. — Напиши сообщением список. Я всё куплю.

Он прав.

Хоть вип-палата и включает в себя такие составляющие как халат, тапочки, средства личной гигиены и многое другое. Но этот перечень всё равно не полный.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Только давай завтра.

Понимаю, что он тоже на взводе последние сутки и нуждается в отдыхе.

— Ладно.

Убедившись, что со мной всё в порядке, Градов уходит и спустя минут пятнадцать я снова проваливаюсь в сон.

Будит меня медсестра, так как по времени необходимо ставить капельницу.

Думая в первую очередь о здоровье ребёнка, я неукоснительно выполняю все предписания врача.

Большую часть времени провожу в постели. Съедаю всё что приносят на завтрак и обед, несмотря на почти полное отсутствие аппетита.

Вечером, проигнорировав мою просьбу, приходит Назар.

Список написать я не успела, поэтому он привозит всё на своё усмотрение.

Градов всегда был внимательным поэтому не удивляюсь тому, что в пакетах оказывается всё необходимое. Разве что кроме нескольких незначительных мелочей.

В какой-то момент я задумываюсь о том, чтобы попросить его привезти мой ноутбук, но почти сразу отметаю эту мысль.

После того как мне стало известно, что Дарк является братом Александра Литовского, я вообще всерьёз подумываю о покупке нового ноутбука.

Наверняка на моём установлен кейлоггер — программа, которая записывает нажатия клавиш на клавиатуре компьютера или другого устройства.

Простыми словами, это «шпион», который тайно отслеживает, что набирается на клавиатуре. Уверена, что именно с их помощью и действовал Блэк, он же Дарк.

В общей сложности в больничных стенах я провела две недели.

Градов навещал меня стабильно каждый день.

Мы много разговаривали. Ни о чём, и обо всё одновременно.

Как хорошие знакомые.

Никто из нас сознательно не касался темы личных отношений. Этого требовал тот хрупкий мир, что неожиданно установился между нами.

После выписки забирал меня так