Лабиринты моих снов - Сандра Барро

— Садись, только что сварила.

Я с благодарностью опустилась рядом, обхватила ладонями чашку и вдохнула терпкий аромат. На столе лежала упаковка круассанов, явно захваченная подругой вчера впопыхах, но сейчас они казались лучшим завтраком в мире.

— Хороший такой домик. А главное, здесь пока никто не потревожит. — сказала я, кусая выпечку. — Мне прям жизненно необходим этот день передышки.

Кристина вздохнула.

— Ты решила что-то со своим больничным? У меня пальцы устали отписываться огорчённым клиенткам.

Я кивнула и, откинувшись на спинку стула, произнесла:

— Да. Ещё вчера позвонила Соне, а потом сообщила старшей. Выслушала много неприятного. Начинается сезон отпусков, работать некому. Я даже отвечать ничего не стала, просто повесила трубку. Мне всё равно придётся искать что-то другое. Я не знаю, что будет дальше, но вряд ли у нас с Сашей получится работать вместе, как прежде.

Раздался телефонный звонок. Посмотрев на дисплей, я вскочила и схватилась за голову.

— Ёлки-палки… Это Настя звонит. Неужели он уже всё рассказал ребёнку.

Крис посмотрела на меня и невозмутимо сказала:

— Мурашова, успокойся. Ты своими прыжками доведёшь меня до инфаркта. Возьми трубку и поговори с дочкой.

Сев обратно, я обречённо наблюдала, как надрывается телефон, звеня и вибрируя. Вздохнув, приняла вызов, включив громкую связь.

— Алло. Привет, Настюша.

На той стороне провода что-то зашуршало.

— Привет, мам… Как у вас там дела? Ты почему-то недоступна, папа трубку не берёт.

Облегчённо выдохнув, я провела рукой по лицу. Неужели не придётся объясняться. Сегодня я совершенно не была готова к этому. Крис, сидя напротив, покивала и приложила палец к губам. Махнув на неё рукой, я спокойно ответила:

— Отец, наверно, спит после ночной смены. Я с Кристиной поехала к её знакомым за город. Здесь связь ловит через раз. Как вы там, мои хорошие?

— Всё нормально, мам. Мы вчера с бабушкой созванивались, какая-то она расстроенная. Ты давно у них была? А у вас всё в порядке? Как там состояние Оли? Ванька как? Передавай привет Кристине.

Дочка тараторила не переставая, торопясь задать все вопросы, пока связь была более или менее стабильная. Я почувствовала, как сжимается сердце. Как же мне хотелось её увидеть, обнять, провести пальцами по волосам, ощутить тепло. Мысль о том, что мне придётся всё равно когда-то рассказать, разрушить её совершенный мир, сковывала горло.

Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула, стараясь сдержать слёзы.

— У нас тоже всё хорошо. Прости, Настюша. Я тебя практически не слышу.

— Ага… Ну ладно, потом созвонимся, я тогда побегу, Вадим зовёт. Люблю вас, мам.

— И я тебя, доченька, — прошептала я, но она уже отключилась.

Медленно положив телефон на стол, потёрла виски.

— Пронесло, — констатировала Крис.

Я кивнула, но на душе было неспокойно. Как долго мне удастся держать дочку в неведении? И не будет ли потом хуже, когда правда выйдет наружу?

— Ладно, давай собираться и поедем за покупками, — сказала я, стараясь переключиться.

Крис понимающе кивнула.

— Давай. Я вызываю такси. Ты не помнишь, какой здесь адрес? Там на кухне возле телевизора лежит бумажка. Дима вчера оставил. Принеси, пожалуйста.

Она достала телефон, а я сделала последний глоток кофе и пошла в дом. Мне ужасно хотелось, чтобы день, начавшийся так спокойно, больше не принёс никаких новых сюрпризов.

Глава 39

Амир

Допивая на ходу кофе, Руслан поставил пустую чашку в раковину и, подойдя к Кристине, поцеловал её в лоб.

— Спасибо тебе. Как это приятно, когда женщина провожает с утра на работу.

Он посмотрел на меня и подмигнул. Достав из кармана ключи, ловко бросил их мне.

— Всё. Брат. Сегодня твоя очередь быть за рулём. Я вчера накатался, аж тошнит.

Поймал ключи на лету, я быстро сунул их в карман. На улице было свежо, каменная плитка ещё блестела после ночного дождя. Я открыл машину, закинул папку на заднее сиденье и завёл двигатель.

Руслан уселся рядом, откинул голову на подголовник и махнул рукой.

— Трогай, шеф. Чувствую, день сегодня будет весёлый.

Я усмехнулся и, включив его любимую песню, вырулил со двора.

Примерно через час мы припарковали автомобиль возле отделения и неспешно вошли в здание полиции. Проходя мимо дежурного, я задержался. Наклонившись к окошку, я поздоровался и попросил:

— Парни. Как придёт Соболев, пусть срочно поднимется ко мне.

Дежурный кивнул и быстро записал мою просьбу в блокнот. Мы поднимались по лестнице, попутно здороваясь с сотрудниками. Коридоры были полупустыми — начало рабочего дня всегда проходило спокойно, пока не начинался поток заявлений, вызовов и бумажной работы.

Руслан открыл дверь кабинета, и мы вошли внутрь. Просторное помещение с двумя рабочими столами, стеллажами и большой доской на стене нуждалось в проветривании. Я бросил папку на свой стол, открыл окно и присел в кресло. Руслан с размаху плюхнулся в своё, вытянул ноги и с ленцой протянул:

— Брат. Совсем не хочется сегодня работать. Давай по-быстрому раскидаем дела и поедем домой. День такой хороший, шашлык пожарим.

Я только усмехнулся, присутствие женщин в доме совсем не настраивало на рабочий лад.

— Кофе будешь? — спросил я, подойдя к кофемашине.

— Опять этот бурый яд из автомата? Нет уж, спасибо. — Руслан сложил руки на груди и уставился в окно.

Покачав головой, я налил себе кофе и открыл дело, которое мы вели последние две недели. Ещё немного подождав, набрал номер Димы. На той стороне моментально подняли трубку.

— Привет, Дим. Пришёл Соболев? Этот герой-любовник.

— Да, пришёл только что. Выдвигаемся к вам, есть о чём поговорить. — сказал он и положил трубку.

Минут через десять в дверь постучали.

— Входите! — бросил я, молча наблюдая, как заходят оперативники и усаживаются на стулья. Руслан закрыл глаза, делая вид, что спит.

— Что это мы сегодня такие вежливые и молчаливые? — спросил я удивлённо у парней.

Роман, насупившись, молчал. Дима поднялся со стула и взъерошил свои волосы.

— Есть новости, — сказал он, бросая на стол тонкую папку.

Я поднял на него взгляд.

— Говори.

— Сегодня ночью, в перестрелке с оперативниками, был застрелен бармен из клуба Саида. Провели соответствующие мероприятия. Вам уже не стали ночью звонить, оставили на утро.

Руслан приоткрыл один глаз и уставился на меня. Понимание, что вся операция может пойти коту под хвост, разозлило меня мгновенно.

Я резко отодвинул стул и поднялся, сжимая кулаки.

— Твою мать, Дима, какого хрена⁈ — зло бросил я, хватая папку. — Как это вообще произошло?

Дима тяжело вздохнул, сел обратно на стул и потёр подбородок.

— Решили с ребятами его конкретно поводить. В тех заброшках хотели устроить