Осторожно! Дракон на перевоспитании - Любовь Белых

голова – источник большинства моих проблем. Слишком много всего я утрирую, слишком всё пытаюсь предугадать, слишком много даю простора для фантазии…» – кивая своим мыслям, я вздрогнула, головой тряхнула, нахмурилась и пошла обратно к столу.

Провожали меня глазки-бусинки доброй сотни, если не больше, воронья. Справа на пол опять что-то шмякнулось. Не стала смотреть. Звук был смачный, глухой.

– Дила умеет писать? – приняв второй экземпляр тревожного послания, я нервно закусила губу. Такими темпами мы ничего вообще не успеем.

– Нет, госпожа.

– А кто умеет? Кияр?

– Лекарь? Шутить изволите? Конечно, умеет, вот только как он кухню оставит без присмотра? Там же это… – мальчишка перешёл на едва слышный шёпот, – Портал в Лес Проклятых.

Рарх, услышав его слова, сдавленно каркнул. Дошёл до края стола и, вытянув голову, заглянул в моё лицо.

Со стороны могло показаться, что мы нашли общий язык и начали понимать друг друга, но, увы, это было неправдой.

– Что? – уставилась на птицу в ответ. – Я тебя не понимаю. Зови следующего. – приказала, взмахнув листом.

Рарх закатил глаза и махнул крылом.

Пока я опасливо тыкала листом в клюв ворону, чтобы в опасной близости от моих пальцев снова не щёлкал клюв, пернатая заноза грохнулась со стола и зашагала, растопырив свои крылья, аккурат к дверям графских комнат.

– Эй! Куда?! Стоять! – вскинулась я, бросившись следом за своим вроде как помощником. – Барнс, пиши! – пришлось ещё и на зазевавшегося мальчишку прикрикнуть.

Обогнала Рарха, разумеется. Своим телом проход к дверям загородила, руки в стороны растопырила, аки он свои крылья, и с отчаянием выдохнула:

– Не пущу!

Тут-то мне дверями по затылку и заднице прилетело.

– Что у вас здесь происходит?! – прокричал рассерженный граф, ворвавшись в свои комнаты.

Я руку к затылку приложила, другой рукой задницу потёрла, губы обиженно поджала и сделала несколько шагов в сторону.

– Это… это что? – лицо дракона вытягивалось, глаза округлялись, губы странно оттопыривались, а руки безустанно указывали на ворон.

Метаморфозы почти прекратились спустя несколько минут. Левый серо-голубой глаз стал дёргаться, при всём при том, что тело графа вроде как расслабилось, а потрясение отступало.

– Кхм, – кашлянув в кулачок, я осторожно проговорила, – Тэовар… Тут такое дело… В общем, я не лезу в твои дела, а ты в мои. Ты не отвлекайся. Иди, готовься к войне, планируй, как дать бой. Я здесь… я сама разберусь. Мы же договорились, что встретимся, когда всё закончится.

– Поговорим, а не встретимся. – безэмоционально исправил меня граф и требовательно уставился на Барнса.

Мальчишка… С ним я, в общем, в разведку никогда бы не пошла. Сдал меня, тушканчик голубоглазый, раньше, чем граф сумел сформулировать свой вопрос. Со всеми потрохами сдал.

Ну… Я ему это ещё припомню.

Глава 52

– Куда улетел ворон? Кому он понёс весть? – вопросы графа не заканчивались.

Я бы, может, и объяснила ему всё детально, но ирония была в том, что я сама особо много не понимала. Могла лишь поделиться своей задумкой.

В мире, где нет интернета и СМИ, не так-то просто придать огласке то или иное событие. А нам именно она и нужна была! Огласка! Разве не так? Разве не этого хотел Тэовар? По моей задумке кому-то да попадёт в руки наше тревожное послание, а там уже, возможно, этот кто-то проникнется нашей судьбой и со своей стороны тоже что-нибудь предпримет. Ну, или, чем чёрт не шутит, а вдруг кто-то из птиц вот прямо до самой столицы долетит, до родни графа?

Что нужно было сказать? Что я решила довериться Рарху в координировании наших “почтовых голубей”, или что?

Рарх!

– Удрал! – взвизгнула я, бегло осмотревшись. – Сбежал, пернатый!

Сердце пропустило удар.

Я злобно зыркнула на дракона и прорычала:

– Это ты во всём виноват! Кто тебя сюда вообще звал?! У тебя вражеский флот на подходе к твоим берегам, а ты за свои покои трясёшься! Всё врагов поблизости выискиваешь! Дверь открыл, рот раззявил, вот Рарх и удрал! Почему ты постоянно всё портишь?! – вызверившись, я обернулась к Барнсу и зло прорычала: – Я сказала, пиши новые экземпляры. Дублируй предыдущие. Быстрее! Не останавливайся! Я найду Рарха.

Пока граф не опомнился, я выскочила из его покоев и бросилась к лестнице. Если я правильно всё поняла, то пернатого гада так переклинило на упоминании кухни. И что-то мне подсказывало, что не утолять голод он туда… почапал.

Моей радости не было предела, когда я увидела внизу лестницы это недоразумение.

– Далеко собрался, заготовка для бульона? – усмехнулась я, подхватив каркающее создание. – Ага-ага, жизнь несправедлива. – мне почему-то казалось, что именно на жизнь мне и жаловалась птица своим карканьем. – Сначала дело, потом прогулки.

Внесла короля воронов в покои графа, аки боевой трофей. Гордо, уверенно, держа его брыкающуюся и молотящую крыльями тушку на вытянутых руках.

– Я всё исправила. Работаем дальше. – изрекла я, опустив Рарха на письменный стол Тэовара.

Дракон пребывал в глубокой задумчивости. Его густые брови не распрямлялись ни на миг. Он хмуро взирал из-под них, держа в руках один экземпляр послания, и глядел на меня, как на назойливого и раздражающего комара. Впрочем, мне это не помешало отправить ещё несколько птиц с посланиями и даже проследить за одной из них, в то время как она ловко преодолевала брешь в ведьминском куполе.

Рарх каркнул, спрятал голову, укрыв её крылом, и затих.

Обиделся, что ли?

– Держи. – внезапно проговорил граф. Вложил мне в руки лист, хмыкнул и резко развернулся.

Я опомниться не успела, как дверь закрылась, а Тэовар исчез.

Что, всё? Или он, того, за палачом побежал?

– Госпожа… – заговорил было голубоглазый, но я оборвала его одним взмахом руки.

«Потом обо всём подумаю.» – решила для себя.

– Ты обиделся? – я вздохнула и постучала пальцами по столу рядом с вороном. – Не обижайся. Вот ещё десяточек хотя бы отправим твоих сородичей и пойдём. Куда ты хотел? На кухню? Отнесу тебя на кухню. Со мной побыстрее будет. И повеселее.

Впервые видела нервный тик у птицы.

Крыло опустилось, а на меня уставились красные глаза, один из которых очень быстро и отчётливо дёргался под тонкой кожицей век.

«Хорошо всё-таки, что он говорить не умею. Чувствую, сейчас бы познакомилась с местными матами и едкими словечками.» – подумалось улыбающейся мне.

Я вообще ничего такого не сказала. Но за свои слова пришлось отвечать, потому что очень скоро клюв Рарха снова нацелился на мою безмятежно покоящуюся на столе руку.

– Чего? Сдурел?!

Птица мотнула головой на дверь и, клянусь, провокационно прищурилась.