Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Однако Эдвард не успевает договорить, поскольку в это момент его прерывает чей-то мужской громкий голос:

— Стоять! Не двигаться! Полиция! Руки за голову!

Эдвард, Даниэль и Терренс слегка вздрагивают и приподнимают руки, когда несколько человек в полицейской форме направляет на них оружие.

— Здесь есть еще кто-то? — утоняет один из полицейских.

— Нет, никого, — качает головой Эдвард. — А кто был, тот сбежал.

— В подвале пожар! — сообщает другой полицейский. — Срочно вызывайте пожарную службу!

— Там больше никого нет, — уточняет Даниэль. — Мы смогли самостоятельно выбраться оттуда.

— Проверьте всю эту территорию! — приказывает третий полицейский. — Вдруг кто-то еще есть!

— Вы знайте, куда убежали преступники? — спрашивает еще один полицейский.

— Нет, к сожалению, — качает головой Терренс.

— Хорошо. — Полицейский берет в руки свою рацию, чтобы что-то по ней сказать. — Мы нашли четверых молодых парней. Скорее всего были заложниками сбежавших преступников. Им удалось сбежать из подвала, где начался серьезный пожар,

— Давно этот парень без сознания? — спрашивает один из полицейских, проверив пульс на шее Питера.

— Нет, не очень, — отвечает Даниэль. — Нам пришлось ударить его электрошокером, когда он словно обезумел и стал вести себя неадекватно.

— В каком смысле?

— Долгая история. Но думаю, что он скоро придет в себя.

— Понятно, сейчас со всем разберемся. А вы трое идите туда. Вам кое-кто ждет.

— Нас? — слегка хмурится Терренс.

— Вам все сейчас объяснят. А если нужна медицинская помощь, дайте знать.

— Да, пожалуйста, — вежливо просит Эдвард. — Мой брат упал с лестницы и сильно ударился спиной. Вроде перелома нет, но ему очень больно, и он с трудом передвигается.

— Я вас понял. Сейчас все сделаем.

— Спасибо, господин полицейский.

А пока полицейские разговаривают с Эдвардом, Даниэлем и Терренсом, тем временем в себя потихоньку начинает приходить Питер, который издает тихий, мучительный стон, медленно шевелит каждой частью тела и с трудом открывает глаза, пока что видя все очень размыто. Пару секунд просто полежав, парень осторожно принимает сидячее положение, прикладывает руку ко лбу и встряхивает головой с чувством легкого головокружения, удивленно рассматривая людей в полицейской форме и пытаясь понять, что успело произойти, пока он был без сознания. В какой-то момент ему в нос ударяет запах гари, что исходит от его футболки, а его глаза широко распахиваются, когда он видит, что дверь снесена с петель, а из помещения идет густой дым.

Впрочем, надолго на нем Питер не задерживает взгляд и начинает внимательно рассматривать всех, кого видит вдалеке от себя, приходя в ужас от внешнего вида своих избитых друзей и не понимая, почему Терренс так морщится при каждом движении, как будто сдерживая сильную боль. Постепенно его голова начинает проясняться, а в голову лезет воспоминания о том, как он всерьез пытался убить парней. Из-за чего у него перехватывает дыхание, все тело сковывает болезненное напряжение, сердцебиение усиливается, а кожа резко бледнеет. Тяжело дышащему парню становится ужасно стыдно из-за всего, что он успел натворить в состоянии аффекта и не верит, что мог довести друзей до столь плачевного состояния.

— Нет… — вяло и тихо произносит себе под нос Питер. — Нет… Я не мог… Не мог… Этого не может быть…

Питер медленно переводит взгляд на свои дрожащие руки и широко распахивает глаза, видя все кровавые раны, полученные от парней, которые пытались привести его в чувства достаточно жестокими методами. А в какой-то момент он снова смотрит на Даниэля, Эдварда и Терренса и чувствует, как внутри него все больше нарастает паника, из-за которой у него начинает кружиться голова. Все, чего хочет Роуз, – это стать маленьким и незаметным. Чтобы никто не замечал его. Не указывал на него пальцами и не упрекал в содеянном. Не упрекал в том, что он посмел причинить серьезный вред своим близким друзьям, после этой борьбы получившие разной степени повреждения в виде синяков, ран, кровяных подтеков и ожогов и ходящие в одежде, что разорвана в некоторых частях.

И без того плачевное психологическое состояние Питера ухудшает еще и воспоминания о том, как прямо на его глазах произошел пожар и взрыв в том доме, в котором преступники держали Хелен. Осознание того, что она погибла. После этого он уже не может сдерживать слезы, что медленно катятся из глаз по бледным израненным щекам. Мужчина склоняет голову и опирается руками о грязную землю, в какой-то момент скрутившись пополам с внезапно появившейся болью в животе. Сил кричать после всего пережитого уже не осталось. Голос совсем охрип. Роуз едва может шевелить губами и произносит себе под нос что-то беззвучное. Да, он понимает, что его слезы и страдания ничего не изменят. Но этот человек просто не в состоянии себя контролировать. Не в состоянии понять, что такого сделал, раз ему будто бы всю жизнь суждено кого-то терять, все время страдать и быть лишенным любых шансов на счастливую и долгую жизнь.

Желание остаться наедине со своим горем становится все сильнее. Питер мечтает уйти отсюда незамеченным, пока его друзья заняты разговором с полицейскими. И он пережидает несколько секунд, чтобы убедиться в том, что его точно никто не увидит. Только после чего парень аккуратно встает на ноги, слегка пошатнувшись из-за слабости и головокружения, встряхивает головой и быстро осматривается вокруг, чтобы понять, куда можно уйти. Правда стоит ему сделать несколько шагов в сторону, как на него обращает внимание один из сотрудников полиции, что тут же направляется к нему, чтобы спокойно спросить:

— О, сэр, вы уже пришли в себя! Как вы себя чувствуйте? Вам нужна какая-то медицинская помощь?

Однако Питер ничего не говорит, лишь на пару мгновений обернувшись к позвавшему его полицейского. А стыдливо посмотрев на обеспокоенных Эдварда, Терренса и Даниэля и почувствовав, как неприятно у него начинает щемить сердце, Роуз все также без слов разворачивается и резко срывается с места, стремясь убежать отсюда как можно дальше.

— Эй, Питер, подожди! — громко окликает Эдвард.

— Стой, не убегай! — восклицает Терренс.

— Вернись, приятель! — просит Даниэль.

Питер игнорирует все эти призывы, даже не остановившись и продолжив бежать куда глядят, пока все с жалостью во взгляде смотрят ему вслед.

— По-моему, он уже