Люблю. Целую. Босс - Алина Аркади

— Алекс правда сказал, что я хамоватая и глупая?

— Да. — Сжимает руль до скрипа и побелевших костяшек пальцев. — Но я, в отличие от сестры, не считаю нужным прислушиваться к его мнению.

— Почему верит она?

— Знаете, Вита, иногда мне кажется, что она находится под каким-то гипнозом. Даже при условии тотальной любви, у человека присутствует собственное мнение, желания, потребности, в конце концов, принципы, а тут… Всё, что говорит Алекс — не обсуждается, его мнение — истина в последней инстанции, любые пожелания исполняются быстрее, чем он успевать договорить. Это уже второй разговор об акциях на этой неделе. Спросите, помнила ли о них Лена, когда я разводился и выкупал их у Юлианны? Я вам отвечу — нет. Это была не её проблема ровно до того момента, пока муж не сказал «хочу». И теперь она готова идти по головам, чтобы удовлетворить его очередное бредовое желание.

— Не такое уж оно и бредовое. Насколько я понимаю, владелец акций получает дивиденды. И чем больше стоит компания, тем они значительнее.

— А ещё это идеальный вариант, чтобы ничего не делать, получая существенную прибыль. В этом весь Алекс. Несмотря на свою ограниченность, деньги он считать умеет. Особенно чужие.

— Что будет, если вы отдадите их ему?

— Теоретически четыре основных акционера будут распоряжаться примерно равными долями. Не будет решающего голоса, а значит, обсуждение на собрании будет походить на битву. А если учитывать, что Алекс плохо понимает, как вообще работает компания и не готов к принятию важных решений, битву до первой крови.

— Что будете делать?

— Я уже сказал.

— И тем самым сделали меня целью для недовольства вашей сестры и Алекса. Не могли назвать кого-то другого?

— Не мог. Потому что никого другого нет.

Ну да… Отворачиваюсь, чтобы Марков не увидел мою ухмылку. Вот Ленка удивится, узнав, что Капибарчик не берёт её в расчёт.

— У вас есть друзья. А ещё мама.

— После ухудшения здоровья отца, всё, что связано с компанией, мама воспринимает негативно. О её участии речи быть не может. Позиция давно озвучена.

— А друзья? Например, Роман?

— Процесс передачи акций родственнику или супругу более простой и менее затратный. А ещё быстрый. К тому же в случае дарения родственнику, последний освобождается от уплаты налога.

У него есть ответ на всё. А у меня нет ни одного аргумента. Но я уверена, что босс сказал об этом только для того, чтобы сестра не претендовала на акции. Вряд ли Лена будет проверять, переданы ли они кому-то и когда. Не собирается же Марков женится на ком-то только для пополнения списка акционеров.

И пока размышляю о проблемах в чужой семье, перестаю отслуживать маршрут, который, как мне кажется, неверный.

— А куда мы едем?

— Уже почти приехали, — отвечает спокойно и въезжает на подземную парковку.

Это его дом. И я не планировала здесь оказаться. Не только сегодня, а вообще.

— А зачем мы здесь?

— Поднимемся, чтобы посмотреть некоторые документы. Это срочно.

Он открывает дверь с моей стороны, а я внимательно наблюдаю за выражением его лица. Серьёзен и собран, что подтверждает его слова. Марков это спланировал или данная идея пришла в пути?

И я иду за ним к лифту, а затем в квартиру. Мнусь на пороге, не смея пройти внутрь, хотя бывала здесь неоднократно. Ощущение, словно меня здесь быть не должно. Становится тихо, и я понимаю, что босс поднялся на второй этаж, откуда доносятся негромкие звуки и череда щелчков.

— Вита, поднимитесь, пожалуйста.

Секундное замешательство, а затем снимаю пальто, туфли и оставляю сумочку. Мягко ступаю по тёплому полу, а, преодолев последнюю ступеньку, вижу лепестки роз. Густая дорожка вьётся по коридору в направлении спальни Маркова. Дверь приоткрыта, но чтобы оказаться в комнате, толкаю преграду, попадая в сцену из романтического фильма.

Спальня освещена множеством горящих свечей, расставленных на поверхностях. Тонкие огоньки подпрыгивают, отчего рябит в глазах. Перевожу взгляд на пол, рассматривая алые лепестки, разбросанные в хаотичном порядке, и всё ещё не понимаю, что происходит.

— Это всё, на что хватило моей фантазии, — извиняющийся тон Маркова и его скованность, как показатель, что он старался.

Для меня? Подготовился заранее? Был уверен, что не откажу составить ему компанию на празднике отца, а после поеду к нему?

Не дождавшись реакции, медленно надвигается на меня, заставляя отступать. Но позади стена, а чтобы ускользнуть, необходимо шагнуть в сторону.

— Вита… — сокращает расстояние между нашими лицами, почти касаясь губами моих.

— Александр Алексеевич…

— Можно просто Саша.

Улыбаюсь, потому что в прошлый раз он произнёс эту фразу также мягко и просто, словно уже давно был готов для перехода на другой уровень, где мы свободно общаемся на "ты".

— Вы уже так говорили. Тогда… — взмах в сторону, как напоминание о непростом вечере для меня и для него.

— Когда был пьян? — Подтверждаю кивком. — А что ещё говорил? — Смотрю на него снизу вверх и не могу открыть рот. — Вы снова покраснели.

— Тогда вы… требовали вас поцеловать.

— И?

— Вы отпустили меня только после выполнения условия.

— Впервые мне жаль, что я ничего не помню.

Проводит большим пальцем по моим губам, чуть надавив на нижнюю. Заворожённо смотрю на Маркова, который часто дышит, сосредоточенный на своих движений. Я знаю, что произойдёт через пару секунд. Знаю и не останавливаю его. А следовало бы.

— Не надо, — произношу, привлекая его внимание в попытке ускользнуть от неизбежного.

— Почему?

— Служебные романы ничем хорошим не заканчиваются. Я таких примеров не знаю. А вы?

— Больше десятка.

— Правда?

— Напомнить, почему вы работаете у меня?

— Точно, — улыбаюсь, совсем забыв, что место в приёмной у босса все считают волшебным. — Но это не моя история. Я невезучая.

— Даже самым невезучим иногда везёт. Мне же повезло.

Не успеваю осмыслить сказанное, как он касается моих губ, увлекая в поцелуй. А дальше я просто отвечаю, оплетая руками шею Маркова и зарываясь пальцами в волосы. Мужские руки спускаются по спине, останавливаясь на бёдрах и притягивая к себе: чтобы почувствовать, что он настроен серьёзно, чтобы понять, что именно я вызываю в нём желание, чтобы поверить каждому слову. Так просто? Или прямо сейчас мы всё усложняем?

И мне бы оттолкнуть его, пока не поздно, но сопротивляться не хочется — хочется совсем другого. Того, что неоднократно мелькало в моих фантазиях, но по известным причинам не представлялось возможным. Один вечер, одна ночь, один раз. Всё, что нужно для того, чтобы ещё