Ты будешь наказана - Ада Ридель

Опять перевожу на неё взгляд.

Бледная до жути. Голова перевязана. И не шевелится.

Сука, я убью его.

Как доложил Иван, она ударилась головой об трубу. Когда падала. Повезло, что не пробила, но задело хорошо.

— Господин Арсанов, — пытается успокоить меня милым тоном. — Не беспокойтесь. На данный момент никаких угроз для жизни мы не видим. Тот мужчина вовремя доставил её в больницу. Швов мы не накладывали — это без надобности. Голова, в принципе, цела, но немного задет верхний покров.

Да я вижу эту ебаную кровь!

— Почему она бледная? — это всё, что меня сейчас интересует.

— Не стоит волноваться. Всего лишь лёгкое сотрясение, организм испытывает стресс. Мы уже дали всевозможные препараты, которые ей помогут. Она очнётся в ближайшие дни.

— В ближайшие дни? — недоумеваю. — То есть даже не сегодня?

— К сожалению, — кивает. — Мы — не целители, а врачи и так просто разбудить её не можем. Она пока без сознания, но это может и случится и сегодня. Всё зависит полностью от её желания. И, кстати.

Он поднимает карту, что до этого держал в руке.

— Я изучил её историю болезни, и здесь сказано, что у неё было уже одно сотрясение мозга, были и швы, и полная амнезия.

— И? — нетрепливо спрашиваю. — Это может как-то отразиться? Ей может стать хуже?

Да я, блять, сейчас нервничаю! Чего ты тянешь-то, сука!

— Нет, наоборот. Удар может спровоцировать частичные воспоминания, если до этого у неё были проблески.

Что? То есть, она может вспомнить? После этого?

— У неё наблюдалось такое?

Бля… Да я помню, что ли?!

Она не говорила. Чёрт. Она вообще ни разу не заикалась об этом. Что её мучают воспоминания, или были какие-то, эм, проблески. И как я нах узнаю?!

— Не в курсе, — опять говорю.

— Ну, вот как очнётся, тогда и узнаем.

Вот бы она проснулась быстрее. Но пока… она спит, я немного выпущу пар.

— Вань, куда ты того шкета дел?

* * *

Меня кто-то тормошит за плечо.

— Господин Арсанов, пациентка пришла в себя.

Глаза мгновенно распахиваются, и я вскакиваю с кресла, на котором уснул.

Чёрт. Не заметил, как это сделал. День тяжёлый. Как и ночь. Места себе не находил. И не успокоился, пока пацана в фарш не превратил. И ведь мало мне. Не помогло. Как назло, ещё Назар с Серым мозг выебали. Да подумаешь, поджог дом Барона? Ну, перекинулся огонёк ещё на два-три дома?

Они не жилые были. Что мне мозг засирать, когда у меня проблемы?

И сейчас я перевожу взгляд на девчонку, что, открыв глаза, смотрит в потолок. Морщится, хватается за голову.

— Аккуратней, — предупреждает доктор, когда она поднимает руку с капельницей.

Ноги сами ведут меня к кровати.

Отлично. Она цела, жива и не мертва.

Выглядит уже лучше, чем вчера. Намного. И кровь не так сильно на голове выступает.

— Эмиль? — от этого имени с её уст меня передёргивает. И дух захватывает. Когда слышу это её голосом. — Ты тут?

Всё переворачивается внутри, и я сглатываю.

Неужели?..

— Ты что-то вспомнила? — неосознанно выдаю. Блять, это будет лучший день. И я даже соберу по частям труп Пономарёва, если она всё вспомнит. Сам буду сшивать ночами ноги с туловищем.

Влада опускает на меня взгляд тёмных глаз. Смотрит из-под ресниц. И взгляд этот… мне нравится и нет одновременно.

Я тут же вспоминаю её слова.

«Как я буду относиться к тебе, когда вспомню, после того, что ты сделал?»

Глава 39

— Нет, — прикрывает на мгновение глаза, а я и не знаю что чувствую. Огорчение или облегчение? Скорее всё и сразу.

— Ты в порядке? — это нужно было спросить первым.

— Да.

Отвечает сухо.

Не трогаю её. Обращаюсь к врачу.

— Готовь на выписку. Я забираю её домой.

— Как прикажете, — кивает.

Луше пусть она будет дома, под присмотром, чем здесь. Хотя уже не уверен где она и с кем будет в безопасности. Хотя, знаю. Со мной. Только у меня есть несколько нерешённых вопросов.

* * *

Проходит несколько дней.

Влада чувствует себя лучше. Первые дни я всё же оставляю её в доме одну под присмотром охраны и врачей. Разбираюсь со своим психотерапевтом, с которым попрощался ещё несколько лет назад.

Ходил к нему первое время, чтобы справиться со смертью Влады. Чуть не свихнулся, Арчи заставил.

Ага, походил, сука, к ней. Слила всё Барону. И хоть это изначально была лишь теория, всё подтвердилось.

Она сливала информацию за дозу Барону.

Сука проклятая.

А считалась самым лучшим специалистом в городе. Наркоманка, блять, грёбанная.

Кокнул и её. Не жалко было. Зато смело призналась, что с помощью неё Барон это всё провернул. Ебаные планоделы. Придумали херню. Как только в голову пришло?

Не удивлюсь, если Света всего лишь хотела её смерти. А Барон остановил свою тупую сестру, и решил оставить Королёву. На всякий случай.

И всё, сука, из-за ревности…

Хотя, не я ли из-за неё чуть наделал глупостей, считая, что она убежала от меня? Был ведь вариант, что ещё и с кем-то… Парнем. Мало ли кто у неё там был?

Вот и успел натворить дел.

И сейчас тащу огромный букет роз ей. Зачем? Я мля долбанутый стал. Грехи замаливаю.

Когда узнал, как всё на самом деле было — как груз с плеч упал. Она не сама от меня ушла. Не сбежала. Просто обстоятельства такие. И моя малышка любила меня. Собиралась переехать со мной.

А я столько дерьма натворил, пиздец.

Ладно. Буду честным. Мне страшно. От того, что если она всё вспомнит — пошлёт меня нахер. И хоть она сделает это, и никуда не уйдёт — я её не отпущу, всё же… Хочу взаимной любви. А не ненависти.

Особенно от моей Влады.

Которая была решительна и мила одновременно.

Поэтому приходится реабилитироваться. Дарить подарки. Решил начать с банального — цветов.

Дохожу до комнаты Лайки, в которой сейчас находится Влада — это мне сказала Настя, убирающая дом.

Подхожу к двери, решительно открываю её, и едва не роняю букет на пол.

Потому что там, на полу, сидит Влада. С ещё перебинтованной головой, но уже без крови. А рядом… Лайка, что не двигалась последние месяцы. Точнее, только лежала. Приходилось кормить её насильно, чтобы она ела хоть что-то.

После «смерти» Влады тот щенок, уже привыкший к ней — впал в хандру. Правду говорят, что вернее собаки — друга нет. И если