Кто твой папочка - Бриттани Николь

Рука зависает в воздухе, сердце сжимается — он никогда раньше так от меня не отстранялся.

— Что? — выдыхаю я.

— Он специально нас запер, чтобы мы остались вдвоем. Он знает, что меня убивает то, что ты не хочешь… — он резко опускает голову и мотает ею. — Не хочешь того, чего хочу я. И на что надеется Мерфи.

— Я… — боль в груди становится острее. Потому что, черт возьми, я этого тоже хочу. Но сказать не могу. Ставки слишком высоки. Я отворачиваюсь и сглатываю слова.

— Лола, — он берет мою руку, заключая её в обе свои ладони. Его тепло пробегает по коже, успокаивая меня. — Я не могу позволить, чтобы мой сын оказался в центре всего этого. Он не должен страдать. — Он вздыхает, отпускает меня и отходит назад, опираясь на столешницу, взгляд его уходит куда-то мимо моего плеча. — Так что, как бы мне ни хотелось провести остаток жизни, гоняясь за тобой, если ты правда не хочешь быть со мной, то пора всё закончить.

И вот теперь мое сердце официально раскололось на две половины. Мир уходит из-под ног, и я хватаюсь за единственное, что знаю наверняка.

— Я не то чтобы не хочу быть с тобой.

Он резко втягивает воздух и переводит взгляд на мое лицо — смесь надежды и сомнений в глазах.

Я разворачиваюсь и запрыгиваю на столешницу рядом с ним, чтобы наши плечи соприкоснулись.

— Но ставки очень высоки, Кэл.

Он поворачивается, внимательно меня изучая, но не перебивает.

— Мы работаем вместе. И Салли с Брайаном рассчитывают на нас, — я склоняю голову, избегая его взгляда. — И у тебя никогда не было отношений, которые длились бы больше недели, не то что месяцев.

— Потому что я никогда их не хотел… до этого момента. — Его голос — едва слышный шепот, полон печали, которую я никогда не могла себе представить у беззаботного Кэла. Там ещё и поражение. И этого достаточно, чтобы осколки моего сердца начали осыпаться. Я хочу, чтобы он смеялся. Улыбался. Хочу быть тем человеком, который приносит ему радость, а не боль.

Мысль о том, что придется работать с ним бок о бок весь следующий год и при этом больше не иметь возможности делать его счастливым, ужасает. Это больнее, чем потерять юридическую фирму. Чем искать другую работу. Чем лишиться ежедневного ворчания Брайана и Салли, к которому я уже привыкла.

— Кэл, я… — я не знаю, как это объяснить. Какие слова подобрать.

— Всё в порядке, — его плечи опускаются, он натягивает на губы самую жалкую пародию на улыбку. — Всё, что захочет Лола. — Он отстраняется.

— Нет. Подожди. — Я хватаю его за рубашку и тяну к себе.

В его глазах вспыхивает огонек, но он быстро берет себя в руки.

— Будь очень осторожна с тем, что сделаешь дальше, — его шепот касается моих губ.

Тепло его тела, осознание того, чего я на самом деле хочу, накрывает меня с головой. Я улыбаюсь уголками губ.

— Шшшш, ты всё испортишь.

И целую его, надеясь, что хоть этот поцелуй скажет за меня то, что я пока не могу произнести вслух.

Глава 33

Кэл

Еще до того, как её губы коснулись моих, я уже улыбаюсь. Чертова женщина только что использовала против меня мою же шутку.

Хотя вряд ли она могла сделать хоть что-то, чтобы испортить этот момент. Ничто не способно погасить ту чистую радость, что захлестывает меня сейчас. Ни неопределенность будущего. Ни то, что мы заперты в кладовке, которая слегка пахнет плесенью.

Потому что Лола меня поцеловала. И всё еще целует.

Я притягиваю её к себе и крепко обнимаю. Это совсем не похоже на страстные поцелуи после благотворительного бала. И намного сильнее того, что было наутро.

Это чувство — как возвращение домой. Уют. Как будто впервые в жизни рядом со мной есть человек, на которого я могу полностью положиться. Женщина, созданная специально для меня.

Она прикусывает мои губы и обвивает ногами мои бедра, притягивая меня ближе. Между одним поцелуем и другим это комфортное ощущение перерастает в желание. Страсть прорывается во мне, как неуправляемый поезд.

Я запускаю пальцы в её волосы и слегка дергаю, заставляя её посмотреть на меня.

Она тяжело дышит, её теплое дыхание обжигает мою кожу.

— Это по-настоящему? — спрашиваю я. Мне нужно знать это, прежде чем я окончательно потеряю голову.

Потому что с Лолой почти невозможно не потерять голову. Я бы без раздумий разрушил всю свою жизнь ради этой женщины. И сделал бы это с радостью. Но не если это причинит боль моему сыну. Прежде чем мы зайдем слишком далеко, мне нужно знать, что она уверена.

— Это по-настоящему, Кэл. Ты мне нравишься, — её зеленые глаза ищут мои, в них смешались неуверенность и желание. — Очень.

В восторге, я осыпаю её губы короткими поцелуями.

— Да? Ну и насколько я тебе нравлюсь?

Она фыркает и качает головой.

— Достаточно. Только не зазнавайся.

— Лола, — я обхватываю её лицо ладонями. — Я уже наполовину влюблен в тебя. Обещаю, я справлюсь с тем, что ты меня любишь.

Её губы приоткрываются, и срывается удивленный вздох, будто её шокировалось мое признание. Неужели она не замечала всё это время? Не слышала, как я говорил, что мой сын влюбляется в неё? Если бы я не чувствовал того, что чувствую сейчас, самым разумным было бы отступить.

Она не призналась в любви открыто, но если она хотя бы немного чувствует то же самое и готова дать нам шанс, тогда у нас есть надежда. Надежда, что я смогу дать Мерфи всё, чего он заслуживает.

Я мягко подталкиваю её подбородок двумя пальцами, закрывая её рот.

— Возможно, я поспешил, но я хочу, чтобы ты знала, где я сейчас. И чего я хочу для нас.

Она шумно сглатывает и кивает.

— Ладно.

— Ладно? — надежда повисает между нами, почти осязаемая.

На её лице медленно расплывается самая прекрасная улыбка.

— Ладно. — И снова её губы находят мои.

Да, теперь ничто не сможет испортить этот момент.

Вне себя от счастья, я подхватываю её на руки и кружу. Сложновато не врезаться в полки в этой крошечной кладовке, но меня переполняет любовь, и мне нужно как-то её выплеснуть. Мы смеемся, целуемся, дразним друг друга, пока узкий луч света не разрезает темноту кладовки. Дверь распахивается шире и тут же грохочет раздраженный голос Брайана.

— Какого черта вы