Кто твой папочка - Бриттани Николь

Главная комната квартиры погружена в полумрак — слишком темно, словно кто-то специально выключил свет, пока я читала Мерфи на ночь. Я отказываюсь верить в Себастьяна — призраков не существует. Но странности здесь случаются регулярно. Например, вчера, уходя из офиса, я видела стопку дел на столе рядом с моим рабочим местом. Но сегодня утром, когда пришла, папки лежали на полу. Не просто свалились, а были разложены на старом ковре в шахматном порядке.

Кэл уверен, что это Себастьян. Я же виню Эми.

Но сегодня Эми здесь нет, так что не могу обвинить ее в том, что она выключила свет. Если только я не обнаружу на кухне призрака, готовящего ужин. Тогда начну волноваться по-настоящему.

На середине коридора я замечаю, как на листьях папоротников, которые вчера заменила, играют блики... свечей? Люди ставят свечи, чтобы вызвать духов. Но делают ли так сами призраки, когда собираются показаться людям? Надеюсь, нет.

С сердцем, подскочившим к горлу, я вхожу в гостиную. Если увижу парящий силуэт, то мигом рвану обратно в комнату Мерфи.

Черт. Призраки же могут проходить сквозь стены, да? Не знаю. Но я не могу оставить Мерфи, поэтому сбежать, как требует инстинкт, не выйдет.

Вместо призрака меня встречает мужчина, который уже слишком прочно поселился в моей голове.

— Лола, — Кэл улыбается своей безумно обаятельной улыбкой, почти пропевая мое имя, как всегда.

Рядом с ним на столе для пинг-понга расставлены две тарелки, корзинка с хлебом, стаканы для воды и вина, ваза с цветами и две свечи на батарейках.

— Ты попыталась сбежать с нашей встречи.

— Нет, я сбежала от твоих глупостей. Уверена, твои партнеры по бизнесу прекрасно справились без меня, — я изображаю раздражение, но на самом деле аромат свежего хлеба мешает мне чувствовать что-либо, кроме голода.

— Если помнишь, я сказал, что встреча обязательна, — он отодвигает для меня стул. — Так что я принес все свои глупости и безглютеновый хлеб прямо к тебе.

Без моего разрешения ноги сами несут меня ближе к столу. Черт, он ужасно раздражает... но я слишком голодна.

— Я слышу, как у тебя в животе урчит, даже с другого конца комнаты, — его глаза искрятся в мягком свете. — Ну же, Лола, ты же хочешь поужинать.

Я смотрю на стейк. Хочу.

— Ладно, — выдыхаю я. Хотя больше это похоже на стон.

И, судя по тому, как Кэл сжимает губы, стараясь не рассмеяться, он это заметил.

— Как тебе освещение? — спрашивает он, усаживая меня на стул. — Не слишком темно? Я знаю, ты любишь яркий свет. У «Бернса» великолепное верхнее освещение — дает идеальные тени. — Он садится на свое место и расправляет салфетку. — В следующий раз обязательно сделаем это там.

— В следующий раз? — Я сжимаю кулаки, чертыхаясь на свое сердце, которое глупо подпрыгивает при этих словах. И ненавижу тот факт, что его старания сегодня растопили меня хоть немного.

Он берет мою руку в свои теплые ладони — слишком успокаивающе.

— Да, Лола. — В его глазах исчезает игривость, он мягко сжимает мою руку. — Будет много, очень много «следующих разов».

Я пытаюсь подавить дрожь, пробежавшую по телу, и выдергиваю руку. Все заходит слишком далеко. Мы работаем вместе. Этому нельзя дать хода.

— У тебя так много деловых вопросов?

Он нисколько не смущается, улыбаясь.

— Еще бы. Брайан сказал, что ты лучше всех умеешь поставить Атшира на место.

Я усмехаюсь.

— Это не тот подход, который сработает с ним. Поверь.

Приподняв бровь, Кэл пододвигает ко мне корзинку с хлебом.

— Ешь. А потом объяснишь, как его лучше приструнить.

У меня текут слюнки. Я отламываю кусок еще теплого хлеба и кладу в рот. Снаружи — идеальная корочка, внутри — мягкий, горячий мякиш.

Я закрываю глаза, наслаждаясь вкусом.

— Ммм, не хуже, чем в Rare на 22-й.

— Ты хотела хлеб и что бы ни хотела Лола...

Эта фраза годами бесила меня. Как ногти по стеклу, она раздирала мне мозг, вызывая желание заорать. Но сейчас, сидя здесь с Кэлом, я вдруг слышу ее иначе. В его голосе нет той наглости, к которой я привыкла. Только нежность. Может, даже привязанность. И внутри меня зарождается чувство, которое не имеет ничего общего с раздражением.

Сделав второй укус хлеба, я запиваю его водой и прочищаю горло.

— Как и любого хама, Атшира проще всего остановить, если прямо назвать его поведение бредом.

Кэл наклоняется ближе, его лицо сосредоточенное, внимательное — будто он ловит каждое мое слово.

Пока я объясняю, как мы с Брайаном работали с Атширом раньше, я поддаюсь искушению и режу стейк. Нож проходит через идеально прожаренное мясо, как через теплое масло. Первый кусок... Боже, он тает во рту.

Я только кладу в рот третий кусочек, как меня озаряет мысль.

— Постой. Ты же работал с Атширом чаще, чем Брайан. — Я откладываю вилку и смотрю на него строго. — Зачем ты тратишь мое время? Тебе ведь не нужна моя помощь. Ты же — тот самый «золотой мальчик с серебряным языком», который может уговорить любого адвоката на мировую.

Кэл кладет вилку и полностью сосредотачивается на мне.

— Нужно и хочется — это две совершенно разные вещи, Лола.

Он медленно придвигает руку. Не берет мою, а лишь слегка касается мизинцем моего пальца. Но этого достаточно, чтобы по мне пробежал электрический разряд.

— Я хочу знать твое мнение. По любому вопросу.

Мое предательское тело тянется к нему, попав в его магнитное поле.

— Я жажду твоих мыслей и слов. Мог бы я справиться без тебя? Конечно. — Он берет мое лицо в ладони. — Но я отчаянно не хочу без тебя.

Мое дыхание сбивается, сердце бьется как сумасшедшее.

Он так близко. Стоит только наклониться и наши губы соприкоснутся. Стоит только позволить себе поддаться огню, который разгорается внутри меня все сильнее и который я не могу погасить, как бы ни старалась.

Но мы работаем вместе. Мы делим один офис. И он — Кэл.

Я наконец вырываюсь из его чар, отстраняюсь и глубоко вдыхаю.

В его глубоких синих глазах на миг вспыхивает разочарование, но тут же исчезает.

Он прочищает горло и натягивает на лицо улыбку.

— Так что закончи свой рассказ, — произносит он и снова берется за вилку. — А потом посмотрим «Предложение».

Мой любимый фильм, который я пересматриваю, когда мне нужно взбодриться или просто расслабиться. Ассистент, ненавидящий свою начальницу, но влюбляющийся в