Котики для Снежной Королевы - Эльвира Осетина

Я подняла на него заплаканные глаза.

— Ты и правда так думаешь?

— Я не умею врать, — ответил он. — Спроси у своих котов, они уже убедились.

Аргус хмыкнул, но ничего не сказал.

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Воспоминания больше не жгли изнутри — они просто были. Плохой частью меня, но были…

— Спасибо, — сказала я всем четверым. — Что остались. Что не бросили. Что… что любите даже такую.

— Именно такую и любим, — улыбнулся Мерис.

* * *

Утро началось с того, что голем постучал в дверь и глухо произнес:

— Моя Королева, у ворот замка стоит женщина. Называет себя Гердой. Просит аудиенции.

Я переглянулась с мужьями.

— Вот и начался новый день, — вздохнул Корунг, поднимаясь с постели и потягиваясь, при этом выгодно показывая мне свою мускулатуру.

— Проводи её в мой кабинет, — сказала я голему.

— А я помогу тебе одеться, — заулыбался Мерис.

Я кивнула, встала, и Мерис повел меня в мою гардеробную. Она и в обсерватории имелась. Там он нашел для меня серебристое платье, без лишних украшений. Он облепляло меня, словно жидкий металл. На голову я надела свою корону и взяла в руку скипетр — напоминание о том, кто я есть, а затем поймала себя на мысли, что регалии появляются где угодно, когда мне это нужно, и я даже не замечаю их. Они словно часть меня…

Я мысленно сделала так, чтобы они исчезли, и они сделали это.

А до меня вдруг кое-что дошло. Но сейчас было не время. Сейчас мне нужно было решить вопрос с Каем.

Герда ждала в малом тронном зале. Когда я вошла, она стояла у окна, глядя на ледяные скульптуры за стеклом. Услышав шаги, обернулась.

Она была красивой. Не той ледяной красотой, что отличала меня, но другой, живой и тёплой. Русые волосы, карие глаза, лёгкий румянец на щеках. Настоящая боевая валькирия. Сильная не только телом, но и духом. Такую не сломить ничем…

— Здравствуй, Снежная Королева, — сказала она, и в её голосе не было страха. Только усталость и печаль. — Я пришла за Каем.

— Я знаю, — ответила я, опускаясь в своё кресло.

Мои мужья заняли каждый своё уже привычное место. Герда скользнула по ним взглядом и чуть заметно усмехнулась.

— У тебя теперь их четверо. А у меня всю жизнь был только он — Кай. И даже когда он бежал за тобой в каждой новой жизни, я ждала.

Я нахмурилась.

— Что значит «в каждой новой жизни»?

Герда посмотрела на меня долгим взглядом, а потом села в кресло напротив, так и не дождавшись приглашения. Или не заметив его.

— Ты не знаешь? — спросила она. — Кай перерождается. Проживает несколько десятков лет он умирает и рождается заново. В новом теле, в новом месте. Но в восемнадцать лет к нему возвращается память. Все воспоминания. Обо всех жизнях.

Я замерла.

— И в каждой из них он искал тебя, — продолжила Герда. — Бросал всё. Меня, работу, друзей — и отправлялся на поиски Снежной Королевы. Потому что Локи сказал ему, что только ты можешь даровать ему бессмертие. Вечное. Настоящее. Не это жалкое перерождение, которое не даёт ему покоя.

— А ты? — спросил Корунг. — Ты тоже всё помнишь?

— Я — валькирия, — ответила Герда. — Нас создавали бессмертными. Я не умираю. И постоянно нахожу Кая, в каждом новом его перерождении.

Она замолчала, и я увидела, как блестят её глаза.

— Он — твоя истинная пара, — сказала я, и это был не вопрос.

— Да, — просто ответила Герда. — Всегда был. С первого мгновения, когда мы встретились в той первой жизни, тысячу лет назад. Но он выбрал бессмертие. Выбрал тебя. — Она посмотрела на меня в упор, но не зло, а просто констатируя факт. — И продолжает выбирать снова и снова. Я успеваю найти его, мы даже живем какое-то время вместе, а он всё равно уходит к тебе. — Но в каждой жизни ты первая бросала его и исчезала… а он опять возвращался ко мне, старым, дряхлым, побитым жизнью, а мне оставалось помочь ему дожить свой век, — она криво усмехнулась.

— И ты всё равно его любишь, — сказал Мерис.

— А что мне остаётся? — горько усмехнулась она. — Я пробовала ненавидеть. Пробовала забыть. Уходила к другим. Но каждый раз возвращалась. Потому что без него я не целая. Я — лишь половина.

В кабинете повисла тишина. Я смотрела на эту женщину — такую сильную, и одновременно такую сломленную — и чувствовала, как внутри оттаивает что-то ещё. Та малость льда, что оставалась после вчерашнего.

— Я отпущу его, — сказала я. — По-настоящему. Но сначала я должна с ним поговорить.

Герда кивнула.

— Я знала, что ты согласишься. Поэтому и пришла сама.

Я встала с трона.

— Жди здесь. Я скоро вернусь.

* * *

Казематы встретили меня всё тем же холодом. Но теперь я не боялась его — он был моим. Более того начал идти снег, прямо с потолка. Валить хлопьями, словно пытаясь ко мне ластиться. Замок меня приветствовал. И как будто пытался подбодрить. Вот и еще одно доказательство моих догадок.

Но не сейчас, позже… Сначала Кай.

Он сидел в клетке, перебирая льдинки. Те самые, что складывались в слово «Вечность». Его лицо было спокойным, почти безмятежным, но я знала — это обман. Он всё слышал. Всё понимал.

— Кай, — позвала я, мысленно давая ему разрешение наконец-то заговорить.

Он поднял голову. В его глазах не было остекленения — только усталость и какая-то странная покорность.

— Ты вспомнила, — сказал он. — Всё.

— Да.

— И теперь пришла убить меня?

Я удивилась, но не подала виду.

— С чего ты взял?

Он усмехнулся — горько, по-стариковски, хотя выглядел молодым.

— Потому что я чудовище. Я столько дерьма сотворил… нет мне прощения.

— Нет, — покачала я головой. — Я не хочу тебя убивать. Я пришла тебя отпустить. За тобой пришла твоя истинная — Герда.

Я подошла к решётке и взялась за прутья, снег лег на меня мягкой легкой шубой.

— Зачем ты делал это? — спросила я. — Зачем искал меня в каждой жизни? Зачем бросал Герду? Свою истинную? Неужели, всё только ради призрака бессмертия?

Кай молчал долго. А потом убрал льдинки в сторону, поднялся и подошёл к решётке с другой стороны.

— Ты когда-нибудь чувствовала, что время уходит? Что оно утекает сквозь пальцы, как песок, и ты ничего не можешь с этим сделать? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Когда была человеком.

— А я чувствую это всегда. В каждом перерождении. Я