Шёпот судьбы - Кэтрин Коулз

Свернув с главной дороги, я направился в сторону родительского дома. Я не удосужился проверить, дома ли они. Дом располагался на обратном пути в Сидар-Ридж, и мне пришлось бы сделать всего лишь небольшой крюк в гору.

Через несколько минут я набрал код, и ворота открылись. К тому времени, когда я припарковался перед домом, мама уже открывала входную дверь.

— Какой приятный сюрприз.

Но я не упустил тревогу на ее лице.

— Все в порядке. Я возвращался домой с встречи и подумал, что могу заглянуть к вам.

Напряжение на лице мамы сменилось более искренней улыбкой.

— Я испекла вам с Рэн пирог. И еще печенье. Все сейчас остывает. Заходи.

— С ежевикой марион? — с надеждой спросил я.

— Я похожа на дурочку?

— Нет, конечно, нет. — Я наклонился и обнял ее. — С чем печенье?

— Знаешь, речь не всегда о тебе, — сказала мама, ведя меня в дом. — Они с корицей.

Любимое печенье Рэн.

— С годами я стал довольно неравнодушен к печенью с корицей.

Выражение ее лица смягчилось.

— Потому что ты умный человек.

— Холт, — поприветствовал меня отец из-за обеденного стола, за которым собирал пазл. — Ну-ка, помоги мне найти сюда деталь.

Мама вздохнула.

— Не понимаю, почему он этим занимается. Это только повышает его давление.

— Я тебя слышал, — сказал папа.

— Я и не шептала, — пропела мама. Она принесла к столу тарелку с печеньем. — Есть какие-нибудь новости от Лоусона?

Взяв печенье, я покачал головой.

— Еще нет. — Я уже начал беспокоиться, что нам потребуются дополнительные улики, а это означало еще одно преступление.

Выдвинув стул напротив родителей, я сел.

— Сегодня я встречался с Брюсом Дженкинсом.

Деталь пазла, которую отец перебирал между пальцами, замерла у него в руке.

— По делам или по другому поводу?

— По поводу работы в поисково-спасательной службе.

Лицо мамы засияло, как у ребенка на Рождество.

— Ты согласился на работу?

— Он сказал, что должность моя.

Отец хранил молчание, и меня охватило тревожное чувство.

— Папа?

Он уставился на пазл.

— Я не хочу, чтобы ты брался за работу только потому, что я вызвал в тебе чувство вины.

— Дело не в этом. Клянусь. Но не буду лгать, ты стал частью моего решения… все вы. Я скучаю по своей семье, по этому городу, по поисково-спасательным операциям. Скучаю по Рэн.

На глазах мамы собрались слезы.

— Как Рэн относится ко всему этому?

— О работе она еще не знает, но уже привыкает к мысли обо мне рядом с ней.

Папа расхохотался и обнял маму, уткнувшись носом ей в шею.

— Если я правильно помню, мне пришлось уговаривать Керри привыкать к мысли обо мне рядом с ней.

Она игриво шлепнула его.

— Я считала его всего лишь адреналиновым наркоманом и плохим мальчиком. — Она кратко поцеловала его. — Но я быстро его обуздала.

— Я позволил тебе обуздать меня.

— Думай так, раз тебе от этого легче, — фыркнула мама.

Папа повернулся ко мне с серьезным выражением лица.

— Я должен кое-что сказать тебе и не хочу, чтобы ты воспринял это неправильно.

Я насторожился, когда мама крепко сжала его руку.

— Я считал Рэн своей дочерью с того самого момента, как Грэй подружилась с ней, и я понял, какие ее родители эгоисты и пустая трата времени.

Я вцепился в края стула, отчего дерево впилось мне в ладони.

— Я рад, что ты у нее есть.

Волнение углубило морщины на его лице, и я не мог сдержать напряжение в мышцах.

— К чему ты все это говоришь?

Папа покачал головой.

— Вы, наконец, обрели друг друга. Я не хочу, чтобы кто-то забрал это у вас.

Но я услышал его невысказанные слова. Кто-то хотел закончить то, что начали Рэнди и Пол, и Рэн могла стать следующей жертвой.

Глава 32

РЭН

Я откатилась на кресле и встала. Выгнув спину, я скрутилась вбок. Как получилось, что сидеть на рабочем месте после захода солнца стало труднее? И работа в одиночестве меня раздражала.

Другие диспетчеры сегодня вечером не дежурили, а в участке оставалась всего пара офицеров. Как в городе-призраке. Это было лучше, чем те несколько раз, когда я находилась в здании только с офицером за стойкой регистрации, но все равно было слишком тихо.

Одним из плюсов в работе здесь был непрекращающийся шум. Офицеры переговаривались по рации, но ночью даже они обычно вели себя тише. Туристов останавливали за превышение скорости или вождение в нетрезвом виде, и скоро должны возобновиться спонтанные вечеринки, которые приходилось разгонять из-за жалоб на шум.

Сейчас я бы все отдала за такие звонки. Вместо этого я ждала в напряжении, готовая броситься в бой при первой же опасности.

Казалось, все остальные чувствовали то же самое. Офицеры патрулировали кварталы, выискивая всех, кто мог бы вызвать подозрение, окна полицейских машин были опущены, чтобы услышать звук выстрелов.

Вверх по моей шее пополз жар вместе с покалыванием. Я оглянулась через плечо и наткнулась на ледяной взгляд. Эмбер даже не пыталась отвести глаза.

Я вздохнула про себя и опустилась обратно в кресло. Вот, значит, как Клинт с ней поговорил.

Телефон на моем столе запищал. Это был не входящий вызов 9-1-1, а внутренний звонок из полицейского участка.

— Рэн.

— Это Лоусон. Могу я поговорить с тобой минутку? Перенаправь звонки из диспетчерской в мой кабинет.

Мой желудок скрутило.

— Конечно.

Я повесила трубку и настроила переадресацию. С высоко поднятой головой я направилась в кабинет Лоусона, старательно избегая взгляда Эмбер. Почему мне казалось, будто меня вызывают к директору?

Я тихонько постучала в дверь Лоусона.

— Заходи.

Войдя внутрь, я закрыла за собой дверь.

— Не знала, что ты все еще здесь. — Была почти полночь, и Лоусон предпочитал освобождать ночи для сыновей.

Он поморщился.

— Нужно слишком много всего изучить. Я попросил няню остаться на ночь.

Темные круги под его глазами выглядели еще более четкими, чем несколько дней назад.

— Только поспи хоть немного.

Уголок его губ приподнялся.

— Рэн, ты нянчишься со мной?

Я скрестила руки на груди.

— Кто-то же должен.

— Поверь, мне достаточно и Керри Хартли.

— Но ты слишком хорошо умеешь скрывать от нее, как сильно переживаешь. — Потому что Лоусон не хотел, чтобы кто-то о нем беспокоился. Это он всегда брал на себя роль опекуна.

Его челюсть сжалась.

— Сейчас ей и так забот хватает.

Я опустилась в кресло напротив его стола.

— Нет ничего страшного в том, чтобы время от времени просить о помощи. Ты ведь это знаешь? Мы все хотели бы помочь с