Академия зодиаков. Статус выше любви - Анастасия Нуштаева

Мне досаждало, что все так долго им любуются. Или уничтожают глазами — как в моем случае.

Либо я решила, что смотреть на него разрешалось лишь мне. Либо я хотела справедливости… Да, верно, дело было в этом. Я же тем в Академии и занималась: восстанавливала справедливость. И раз все так долго смотрели на огненного, надо было, чтобы внимание привлекла Земля.

Ну или оправдания моему поступку не было. Такой вариант тоже возможен.

— В любом случае, — громко сказала я. — Все мухлюют, ведь так? Важно лишь, у кого это получится более действенно.

Наверное, со стороны выглядело так, словно я поддерживала Огонь. Кто-то из команды пихнул меня бок. Я не обернулась — смотрела на Лео. Все вольны думать, что хотят. Но эта фраза предназначалась ему одному. Пусть помнит — пусть, черт возьми, помнит — что я всегда на шаг впереди.

Он и смотрел. Испепелял взглядом. Ему, как огненному, это выражение очень подходило.

Теперь молчал даже воздушный. Наверное, решил, раз уж Земля «поддерживает» Огонь, значит, ему уж точно нет смысла сопротивляться. Но он все не так понял. Все всё не так поняли. Но главное: понял Лео. Это было видно по его лицу. Этого мне было достаточно.

Словно ничего не произошло, ректор продолжил:

— Но и Земля не отставала…

«… к сожалению». Наверное, так он хотел закончить фразу. Но, может, я просто предвзята. Да, я предвзята. Честно говоря, я не следила за его словами. Увлеклась губами Лео, которые что-то мне прошептали. Разобрать я не смогла. Но наверняка там было что-то нелестное.

— Поэтому мне придется поделить одно место…

— Погодите! – воскликнула я.

Я вошла в раж. Иначе непонятно, почему вдруг подумала, что мое безумно важное мнение кого-то заинтересует. Более того: я не думала, что его услышат, и что возьмут на рассмотрение. Как-то не привыкла к тому, чтобы другие меня поддерживали — обычно я была сама за себя.

Все посмотрели на меня. Я бы стушевалась, но… Да что мне было терять?

— Я считаю…

Начала я уверенно, но вдруг по-глупому подавилась слюной и закашлялась. Это от волнения, которое стрельнуло в голову, едва я поняла, что все, кто здесь есть, теперь смотрят на меня. Коммуникация все еще была моей слабой стороной. Но сейчас я хотела лишь озвучить свою позицию. С этим-то у меня проблем быть не должно.

— Я считаю, справедливо дать Земле первое место, а Огню второе…

Кто-то засмеялся. Наверняка Отас. Это у него такой заливистый, заразный хохот, что попробуй рядом с ним не засмейся — даже если потешаются над тобой.

— … потому что сами посудите, — продолжала я, — Раз мы не можем определить стихию победителя по количеству человек, то почему бы не добавить еще какой-то фактор. Например, скорость. А? Вполне справедливо. Кто быстрее справился, тот и выиграл. А так как я пришла скорее… последнего игрока Огня, следовательно, команду Земли можно считать победителем.

Сердце колотилось, а кулаки так сжались, что расцарапалась кожа ладоней. К лицу прилила кровь — не от стыда. О, стыдно мне не было! Покраснела я от жара, который стал нестерпимым от того, что кто-то огненный так возмутился, что буквально накалил атмосферу.

— Да что за бред! — выкрикнул Отас.

К счастью, к нему не прислушались.

— Но… — начал ректор.

Однако, не договорил. Его перебили. Сначала кто-то, кто стоял рядом. Верно, мой сокомандник. Потом водная, которая прошла до финала, но не выиграла. Потом возгласы послышались с трибун. Вскоре на площадке стоял еще больший гомон, чем в начале соревнований. Кричали о том, что так справедливо, что так логично.

Меня поддерживали.

Это было так странно, что я забыла смотреть на ректора. Хотя его мнение было самое важное — это он принимал решение о победителе.

Вместо него я смотрела на трибуны. На решительные лица. На студентов, которые кричали и радовались. На притихших огненных.

В какой-то миг мне показалось, что я зря такую бучу подняла. С одной стороны, мне именно этого и хотелось. Но столько внимания… Я не должна привлекать его к себе.

Потом я снова посмотрела на Лео. Но он меня словно бы не видел. Шептался с друзьями, которые, в отличие от него самого, поглядывали в мою сторону. Получается, говорили обо мне? Ох, черт. Зря я это все, зря…

— Тишина!

Слово раздалось громче всего другого на площади. Оно сработало. Народ вмиг замолк и уставился на меня и ректора. Тут я поняла, что вышла из шеренги финалистов. Тогда шагнула, чтобы вернуться в нее. Меня снова кто-то ткнул в бок. Но теперь