Академия зодиаков. Статус выше любви - Анастасия Нуштаева

Глава 33

Кира

— Я тебе говорю, Кирочка, лучше женщины нет на всем белом свете!

Кира прошла уже все стадии принятия. Сперва она думала, что Киса забавляется — что его обожание Данакаты просто очередной прикол. Потом она злилась, пытаясь понять, почему Киса решил, будто преподавательница ответит ему взаимностью. Затем наступил торг: Кира все пыталась убедить Кису, что эта его забава — временное явление, а раз так, не нужно постоянно об этом говорить. Осознав, что не справляется, Кира загрустила. А теперь она была в полнейшем принятии. Киса настолько много говорил про Данакату, что Кира уже научилась пропускать эти разговоры мимо ушей, так что они ее не беспокоили.

— Что скажешь? — спросил Киса.

Все это время Кира пыталась удержать стену песка, которая закрывала их с Кисой от мощных порывов ветра, которые насылала воздушная. Кира не любила ту часть занятий, когда взаимодействие стихий означало противостояние. Все-таки ее больше интересовало, как стихии могут помогать друг другу.

— Мне… вот что… интересно… — говорила Кира, прерываясь, когда натиск воздуха становился уж слишком сильным, и требовал большего сосредоточия. — Почему в прошлых годах ты не обращал на нее внимания?

— Кирочка! — воскликнул Киса так резко, что стену песка чуть не снесло. — Ну как же ты не понимаешь! Женщины, они как хорошее вино, с годами все лучше! Поэтому и не замечал, что она еще не дозрела!

Киру тошнило от таких речей. Но она уже научилась делить слова Кисы на десять, чтобы они ее меньше трогали.

Пальцы болели от напряжения. Удерживать воздух было не так уж сложно, но скучно и монотонно. К тому же к концу четвертого занятия Кира утомилась, поэтому даже такая ерунда требовала сосредоточия всех ее сил. Благо, ее противница тоже не упорствовала. Но даже несмотря на это, уже через несколько секунд она победила. Просто Киса сказал:

— А у тебя как с твоим хищником?

На миг взвившись, песок обрушился на Кису, которому не посчастливилось сидеть рядом. От неожиданности Кира то ли вскрикнула, то ли рыкнула. Песок попал в глаза. Взмахнув рукой, она убрала его, и наконец-то посмотрела на Кису.

Он сидел в куче песка, который был повсюду: не только под ногами, но и на одежде, волосах и нижней губе, которую Киса чуть выпятил. Может, из-за губы, а, может, из-за печального взгляда его округлых глаз, Киса выглядел таким грустным, что Кира не могла на него злиться. Но ее взгляд все еще был суровым, так как Киса воскликнул:

— Да что я такого спросил?

Кира тяжело вздохнула, подошла к Кисе и опустилась на песок. От напряжения, с каким Кира им управляла, он разогрелся, поэтому сидеть было тепло.

— Ничего, — сказала Кира, опустив голову Кисе на плечо.

Тот отпрянул и заголосил:

— Вот и я так считаю! Поэтому ответь, что же у вас там происходит, раз ты так нервничаешь?

Хмурясь, Кира ответила:

— Я же сказала: ничего.

Ответ Кисе не понравился и, кажется, вверг в недоумение.

— Кирочка, — сказал он, но печально, без своего всегдашнего энтузиазма. — Понимаешь ли, пока ты здесь играешься в песочнице, какая-то другая дама, наверняка более прыткая и решительная, чем ты, берет этого львенка за гриву, и…

— Это моя шутка, — сказала Кира, перестав играться с песком, который просыпала меж пальцев.

Обида в ее голосе была не из-за авторских прав на шутку, а из-за того, что Киса слишком много болтал.

— И тем не менее…

— Давай не будем, — сказала Кира, хмурясь.

Наверное, Киса хотел поспорить. Но тут вдруг солнце загородила туча, и оба вскинули головы.

— Ну что? Попробуем еще разочек?

Это была не туча, а воздушная. Та, с которой Кира училась взаимодействовать стихиями. Она улыбалась заразно, и Кира поймала себя на том, что тоже улыбается.

— А сколько до конца занятия? — спросила она.

Воздушная посмотрела на запястье, которое, правда, пустовало, а потом воскликнула:

— Не знаю!

Кира поджала губы и перевела взгляд на Кису.

— Я хочу есть, значит, совсем не много.

— Ты всегда хочешь есть, — ответила Кира.

Она уже готовилась пререкаться с Кисой, но тот ее удивил: молча согласился. Кире даже грустно стало. Она поежилась и обняла себя руками. А потом снова подняла голову, и обнаружила, что воздушная еще не ушла.

— Что такое? — спросила Кира.

— Ты снова меня не узнала?

Кира вглядывалась в нее, чувствуя, как что-то упускает. Но все не могла нащупать это что-то хотя бы за хвостик.

— Ну же, — сказала воздушная. — Мы с тобой…

— Ох, точно! — воскликнула Кира, да так резко, что Киса отшатнулся и