Вернуть невесту. Дракон в академии - Ирина Снегирева

Говорить, что Майра пыталась убить его только-только обретенную дочь, было преждевременно. После слов Лероя оба ректора помчались в комнату. Один в дверь, другой сквозь стену.

Оказалось, что Майра была не одна, а стонала ее ученица. Заспанная и не понимающая, что с ней произошло, студентка все же рассказала, что вечером почувствовала влечение метки. Задаться вопросом, куда ее тянет, не подумала, не было даже мысли. Пошла на зов, а в результате очутилась у преподавателя зельеварения. Вначале все казалось правильным, тем более что ведьма вручила первокурснице учебник и усадила за стол.

– Откуда раны на плече? – поинтересовался Портер. – Вы помните, как Остин кусала вас?

Дракон стоял у раскрытой двери, но к пострадавшей не подходил – присматривал за изворотливой тварью. Ведьма поняла, что наказания не избежать, и оттого ее лицо было перекошено, а глаза наполнены яростью. Это все выглядело очень устрашающе, но инквизитора подобные выверты не пугали.

– Нет. Все как в тумане, даже вы все, – пожаловалась девушка. – А еще чувствую себя разбитой и обессиленной.

После этих слов первокурсницу отправили в лазарет и разместили в соседней палате с Кэтрин Бренд и Мартой Кляйн.

Кэтрин Бренд

Дежурный целитель проследил, чтобы мы выпили укрепляющий эликсир и приняли снотворное. Пообещал, что вернется через час и проверит самочувствие, после чего ушел, прикрыв за собой дверь.

Стоило мужчине выйти, как подруга села на кровати и потребовала:

– Кэтти, ты обязана мне все рассказать. Почему тебя ненавидит Майра и когда вы успели так поссориться? Это же немыслимо, ты и магистр Остин!

– А мы не ссорились, она просто меня ненавидит, – пожала я плечами и повернулась на бок, чтобы лучше видеть Марту.

– Не представляю даже, что вы могли с ней не поделить! Разве что мужчину, но когда успели?!

Вот и пришло время признаваться. Есть ли смысл замалчивать наши с Ричардом отношения? Марта не болтушка, и я решила ей кое-что рассказать.

– Она положила глаз на моего жениха. Отец был против учебы, потому что решил выдать меня замуж.

– Магистр Остин засматривалась на твоего жениха?! – Глаза подруги округлились, рот открылся, а сама ведьмочка подалась ко мне с изумлением. – Вы не поделили Сарха?!

– При чем тут змей?! – изумилась я. – Ричарда Лероя.

Видеть открывшийся рот Марты было бы весело, если бы не само признание. Сейчас я окончательно приняла тот факт, что Ричард Лерой – мужчина, за которого бы я действительно могла выйти замуж.

– Он же дракон, а какой у него шрам!

– А я этот шрам уже не замечаю, – вздохнула я и прикрыла глаза.

– Вот это поворот! А что будешь делать с Сархом, ведь Рошшар… Ладно, отдыхай. Меня тоже в сон клонит.

Снова она вспомнила про змея, только это все напрасно. Третьекурсник был хорош, но не шел ни в какое сравнение с инквизитором.

Признаться, спать я не собиралась и даже боролась с дремотой. Однако усталость взяла свое, а заглянувший в палату дракон мне точно привиделся. Ведь только во сне я могла послать ему воздушный поцелуй.

Глава 22

О злобных ведьмах и суровом драконе-инквизиторе

Кэтрин Бренд

– Мамочки! – сквозь сон прорвался нервный вскрик Марты.

Дремоту как рукой сняло, и я тут же открыла глаза. Повернулась к подруге, ожидая какую-нибудь неприятность. То, что я увидела, отвратительным не было, но сюрприз удался. Ведьмочка сидела на своей кровати, поджав ноги, и с ужасом смотрела на столик. Совсем небольшой, выкрашенный белой краской, он стоял между нашими кроватями. Главной неожиданностью была мышь, аккуратно завернутая в розовую салфетку.

– Ты боишься грызунов? – поинтересовалась я у подруги.

У меня даже не возникло сомнения, кто это оставил. Ведь ясно же: пока мы спали, заглянул Тимоша, принес угощенье. Ешьте, девчонки, поправляйтесь скорее. А шок, как говорят, тоже иногда лечит. Вон как ожила Марта, даже румянец проступил и глаза заблестели. Вчера мы обе походили на умертвие, а кожа была белее снега.

– Боюсь. Только никому не говори, пожалуйста! – Подруга взглянула на меня умоляюще и сложила руки перед грудью. – У нас есть семейные общеукрепляющие рецепты с сушеными мышиными хвостиками, так я их пинцетом всегда брала, а сестры – голыми руками.

От таких подробностей меня передернуло. Разумеется, я бы тоже воспользовалась пинцетом или перчатками, здесь я Марту понимала и поддерживала.

– Не переживай, никто от меня не узнает. Только не говори, как называется это чудо-средство, даже знать не хочу.

– Не скажу, – отозвалась подруга.

На этом наше обсуждение закончилось. Мышь пришлось выбросить в окно, салфетку смыть в туалете. После чего намылить носовой платок и им протереть столешницу. Знаю, что можно было воспользоваться бытовым заклинанием чистоты, но мне так захотелось.

После обеда явился Ричард и принялся расспрашивать нас о произошедшем. Мы ему еще вчера все рассказали, но кое-что все-таки добавили.

– Когда Кэтрин заявила, что конфеты отравлены, я решила, что подружка спятила, – призналась Марта.

Она весело посмотрела на меня, а потом на дракона, который уселся в кресло. Мне показалось, что Ричард устал, и в сердце шевельнулось сочувствие. Сколько дел держится на нем, однако я была уверена, что наше спасение – это не предел подвигов дракона.

– То есть?

– Понимаете… – Ведьмочка нахмурилась и потерла лоб. – Когда я съела первую конфету, мне захотелось совершать глупости. Было желание попрыгать на одной ноге, но, так как рядом находилась Кэтрин, я решила с этим повременить. После второй конфеты добавилось желание куда-то идти, вот прямо срочно!

– На подвиги потянуло, – с пониманием хмыкнул дракон.

Ричард улыбался, но глаза его оставались совершенно серьезными. Хотела бы я знать, о чем он подумал.

– Наверное, – пожала плечами подруга.

– Что было после третьей?

– Ничего. Кэтрин заявила, что это отрава, и сначала я не поверила, но она нашла аргумент. После этого нам обеим стало плохо.

Рада, что мое признание, что Майра меня ненавидит, стало для ведьмочки решающим аргументом.

– Так почему сразу не позвали на помощь?!

Взгляд Лероя обжигал, словно он не разговаривал с нами, а отчитывал. Мне даже стало чуточку стыдно, но только самую малость, потому как в голове что-то переключилось. Озарило догадкой, и я произнесла:

– Правда или нет, но после сладкого голова соображала плохо.

– Зелье отупения, – буркнула подруга, словно ее кто-то в чем-то обвинял.

– Слышал про такое, – согласился дракон. – Насколько я знаю, Остин им пользовалась, и не раз.

Ричард ушел, а мне пришлось подняться с кровати и заняться утешением ведьмочки. Она винила себя в том, что вовремя не распознала такой простой, по ее мнению, состав зелья. Однако я и тут нашла аргумент, предположив, что Майра магистр, а значит,