Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу - Ирина Ваганова

class="p1">Я прекрасно понимал, что отец нарушил порядок, и задобрить стражей будет не лишним. Девушка искренне хотела помочь, но мне было горько, что я так мало узнал из того, что было необходимо, поэтому сдержанно кивнул и, не оглядываясь, ушёл к главной дороге.

Глава 27

Маэлиса Леви

Я оказалась в удивительном, волшебном месте. Сердце переполняла благодарность всем людям: тому, кто задумал построить на мысу Печальной Затворницы павильон для живописцев, тому, кто оградил его от непогоды, строителям, художнице, чьё незримое присутствие я ощущала кожей. Она щедро благословляла меня, вдохновляя и даря частицу своего таланта. Я работала в непривычной манере, словно отринула весь предыдущий опыт. Даже вчерашние эскизы, написанные с любовью и нежностью, могли показаться пресными, по сравнению с тем, что выходило из-под кисти сегодня.

В море, в небесах, в моей душе бушевали страсти. Находясь в полной безопасности от буйного ветра, хлёстких струй дождя и высоченных волн, я вместе с тем была там — в центре стихии. Будто мой ментальный двойник сидел на влажном камне в опасной близости от обрыва. Через него я видела, слышала, ощущала бодрящую атмосферу, его рукой смешивала и наносила на этюд краски.

Капли дождя, смешиваясь с морской пеной, освежали моё лицо. Шторм был в разгаре, и казалось, что небо и море слились в единое целое, в вихрь серых и белых оттенков. Волны, подобно гигантским зверям, неистово бились о скалы, вздымая в воздух миллионы мелких брызг. Меня всегда вдохновляли дикие уголки природы. Сегодня мне повезло увидеть шторм — мощное, неукротимое явление — и запечатлеть его в своих работах.

Мой этюдник стоял передо мной, а кисти и краски были готовы к тому, чтобы начать свою танцевальную феерию на холсте. Каждая волна, обрушивающаяся на берег, казалась живой. Я старалась уловить эту динамику, эту бесконечную энергию воды, которая не знала усталости. Мои руки двигались быстро, пытаясь не упустить ни одной детали этого великолепного спектакля природы.

Цвета смешивались на палитре, создавая новые оттенки — тёмно-синие, серые, белые, и даже зелёные, которые я видела в глубине волн. Ветер гнул высокую траву, а звуки шторма складывались в мощную симфонию. Это было похоже на оркестр, где каждая волна вносила свою мелодию, каждый порыв ветра добавлял акцент, а дождь создавал фоновые аккорды. Я чувствовала, как моя душа наполняется восторгом и почтением к этой мощи природы, которая была прекрасной и в то же время такой жестокой.

С каждым мазком, каждым цветом, который я оставляла на холсте, я старалась передать не только визуальное впечатление от шторма, но и его душу, его энергию, которая заряжала меня. Этот этюд станет частью большой серии работ, в которой я хочу показать страсть и красоту стихий. Когда я закончила, передо мной стоял не просто рисунок, а кусочек того шторма, который я так восхищенно наблюдала. Это было доказательством того, что искусство может запечатлеть не только образы, но и чувства, и эмоции, которые испытывает художник в момент творчества. Я подняла глаза на море, благодарная за вдохновение, которое оно мне подарило, и знала, что этот день я запомню навсегда.

Мой добровольный паж не усидел в беседке, всё время, пока я работала, паренёк носился под дождём, с трудом удерживая в руках большой зонт. Удивительно, как порывы ветра не унесли его в небо, не столкнули с обрыва в кипящую пену. Набегавшись, Матус вернулся мокрый и счастливый, подошёл ко мне и замер, удивлённо рассматривая законченный этюд.

— Вот это да! — прошептал он, расширив глаза. — Всё как настоящее! Даже эффектней.

— Рада, что тебе понравилось, — с улыбкой ответила я.

— А там это... — Он махнул рукой мне за спину. — Извозчик приехал.

— Очень хорошо. Помоги мне собраться и погрузить вещи в карету.

— Прямо сейчас поедем?

— Конечно. — Я убрала с его глаз мокрую чёлку. — Не дай Аурана, заболеешь. Твой отец рассердится.

— Завтра опять сюда приедем? А можно Томас тоже с нами?

Я пожала плечами, осторожно укладывая готовый этюд в ящик.

— Не от меня зависит. Если у графа остались дела в Сэльроне, возможно и порисуем ещё.

Почему-то мне казалось, что как раз сегодня Тедион завершит все свои дела в этом городе. В таком случае придётся возвращаться в Вергас. Собственно, меня больше ничего не держало на побережье. Этюдов хватало, даже шторм удалось запечатлеть. Значит, заказ хозяйки казино я выполню полностью. Было грустно расставаться с морем, но и «Долину уюта» бросать надолго нельзя. Как там отец? Справляется с торговлей или свернул её? А быть может, уже распродал все готовые картины? Пора, пожалуй, прерывать творческий отпуск и приступать к основным обязанностям хозяйки художественного салона.

Возница несказанно обрадовался, увидев, как мы с Матусом выходим из-за беседки, тут же бросился нам навстречу, чтобы помочь нести вещи. Сам и погрузил, а мы с парнишкой забрались в карету и с удовольствием устроились на кожаных диванах.

— Не промокли, госпожа? — участливо поинтересовался бородач, заглядывая в салон.

— Со мной всё в порядке, а мальчик набегался под дождём и вымок до нитки.

— Вот пострел! — покачал головой извозчик. — У меня такой же балбес растёт. Возьми там под лавкой плед, закутайся.

— Да ладно, — отмахнулся Матус. — Пустяки. Мне совсем не холодно.

— Кому говорят?! Сейчас же закутайся, — рыкнул на него мужчина. — А то высажу, и пешком пойдёшь.

Бубня себе под нос что-то неразборчивое, парнишка встал на колени, заглянул под лавку и вытащил из-под неё свёрток.

Я не могла наблюдать за этой сценой без улыбки. Поблагодарила возницу, тот поклонился и закрыл дверь. Вскоре мы поехали. Я проводила взглядом всё ещё штормовое море, а когда мы свернули с побережья на дорогу, ведущую в Сэльрон, откинулась на спинку, прикрыла глаза, представляя будущую картину, где среди высоченных волн изображу тонущий парусник. Так, чтобы ситуация выглядела опасной, но не безнадёжной. Всё-таки хотелось верить, что моряки спасутся.

Около отеля нас встретил брат Матуса. Близнецы сразу же занялись моими вещами. Я поблагодарила возницу и собиралась уйти, но бородач свесился с козел и вежливо попросил:

— Леди, ваш кавалер заплатил почти за сутки. Будьте милостивы, узнайте, свободен ли я на сегодня, или надо ещё ждать. Пусть мальчонка, тот который сухой, прибежит и скажет.

— Уточню этот момент. Вам сообщат решение графа, — согласилась я.

Тедион поджидал меня у дверей