Боевая магия не для девочек – 2 - Екатерина Сергеевна Бакулина

ударить. Какие там щиты? Я бы просто перестала существовать. А там в обе стороны летит… то есть и в Морейру, и он сам, я ощущаю эти завихрения магии – и тот самый привычный огонь, и что-то другое, темное… страшное. Паника накатывает.

– Тихо, тихо, – Бен обнимает меня. – Это они ужасом бьют, – шепотом говорит на ухо. – Помнишь, как на экзамене? Когда башенку строить надо было. Вот, так же… Просто магия, а на самом деле ничего страшного.

Страшного, конечно, хватает.

У Бена голос напряженно дрожит. Но с ужасом он справляется лучше. Он и раньше справлялся, а тут еще защита Маклина, которая помогает и от прямой ментальной атаки тоже, и внешние щиты. И даже наша связь с ним – ужас немного сбивает, рассеивает, помогает обрести опору. Хотя и ужас сейчас совсем не учебный, все намного серьезнее. Бен держится лучше меня, я чувствую его спокойствие, и немного отпускает тоже.

И все равно, происходящее воспринимается как во сне.

Вижу бегущих по лестнице людей… их четверо… на то, чтобы испугаться – уже не хватает сил. Но и не нужно, я вижу Иву Морейру, хотя сейчас ее не узнать, сейчас это не милая мягкая женщина, а некромант на задании, даже черты лица становятся резкими.

– Он там? – спрашивает Ива на бегу.

– Да, – Бен кивает.

И все, они несутся мимо и кидаются в этот магический вихрь. И там вспыхивает с новой силой. Сначала полыхает сильнее, так, что даже здесь от ударной мощи раскалывается голова, потом начинает чуть стихать и словно отдаляться. Они куда-то дальше уходят.

И где-то фоном, почти на краю сознания, ощущаются далекие вспышки наверху, там тоже что-то происходит.

Но и рядом долго не стихает тоже.

Потом постепенно в буре начинают мелькать просветы, потом и вовсе все распадается на локальные вспышки. Потом начинают стихать и они.

Я, наконец, могу нормально дышать, понимаю, что ноги почти не держат, скорее, меня держит Бен, обнимая и прижимая к себе.

– Давай сядем? – тихо предлагаю я.

Он с готовностью соглашается.

– Я так никогда не смогу, – говорю Бену, положив голову ему на плечо.

– Как?

– Ну, вот… Вот как сейчас все это. Там такая сила, что даже дышать тяжело.

Бен фыркает.

– Это дело привычки. Не собственной силы даже, а опыта. Я слабее тебя, но… Да, я чувствую, как магия давит, это тяжело, но в целом… да ничего так.

Я поворачиваю голову, смотрю на него с удивлением.

Ох…

– Надеюсь, и я привыкну.

Хотя все сжимается, и привыкать не хочется. Хочется держаться от этого подальше.

Бен целует меня в лоб. Улыбается даже. Вот, его совсем отпустило.

Ладно, я привыкну тоже. Куда мне теперь деваться?

Минут через десять к нам на лестницу заглядывает какой-то человек, один из тех магов, которые пришли за Морейрой.

– Вы еще тут сидите? Пойдем. Посмотрите, – машет нам. – Гарсиа, ты хотел посмотреть.

Мне что-то смотреть совсем не хочется, уверена, ничего хорошего я там не увижу. Но встаю и иду за ними. Бен хочет определенно.

Мы спускаемся по лестнице и дальше, в первый большой зал. Здесь пусто и выжжено все настолько, что даже каменные стены, кажется, оплавились. На этом фоне так удивительно и даже дико смотрятся живые люди в углу. Они сидят на полу, сбившись кучкой, но как-то даже особого интереса к нам не проявляют.

– Они под щитом, – говорит наш маг. – И еще под действием ментальных подавителей. Пока не трогаем их. Сейчас закончим, потом будем эвакуировать людей домой.

– А Хорхе? – осторожно спрашивает Бен.

Маг вздыхает.

– Он мертв. Там уже не совсем Хорхе. Но пойдем, ты должен увидеть.

И ведет нас куда-то дальше, переходами. Потом на развилке кивает мне.

– Мари, вам туда, вон, прямо, там все наши в большом зале. А сюда вам не стоит, наверное.

Я киваю послушно. Да, наверно, не стоит. Мне и так хватит всего этого.

Иду дальше.

Там, в зале, разрушений чуть меньше, хотя все равно погорело очень многое. И наши маги, да… я вижу.

– Мари! – мне Морейра радостно рукой машет. Честно сказать, узнать его можно только по голосу. – А Бен где? С Энцо?

Может, и Энцо, я не знаю, как этого мага зовут.

Но киваю.

– Он что-то там смотреть пошел…

– Хорошо! Ты сама как?

Я?

– Нормально.

Вот честно, на фоне Морейры я прямо отлично, как только что из санатория. Он весь в какой-то черной корке с ног до головы, там и копоть, и свежие ожоги, и запекшаяся кровь, и вообще непонятно что. Одежды на нем не осталось, вся погорела, но кто-то уже одолжил рубашку, которую Морейра повязал вокруг бедер, чтобы девушек не смущать. Он сидит на полу, поджав под себя правую ногу и вытянув левую. Вокруг него ходит другой маг, кажется, природник…

– Так, Лес, не дергайся. Теперь правый закрой, левым на меня посмотри. Видишь что-нибудь?

Морейра закрывает ладонью правый глаз, пальцы у него немного дрожат.

– Левым хуже, мутно, – спокойно говорит он. – Тебя больше силуэтом, ну, свет-тень…

Подойдя ближе, я отлично вижу, что глаза у Морейры красные, да и в целом… даже смотреть на это тяжело, не по себе.

Природник вздыхает.

– В тебе магии вообще не осталось, еще бы немного, и через край. Тебе собственной силы на восстановление точно не хватит, не понимаю, как ты еще держишься, – и вдруг оборачивается на меня. – Сеньорита, вы ведь огневик? У вас магия родственная и сил много. Можете ему резерв подкачать? А то он сейчас сдохнет тут.

– Да нормально все… – фыркает Морейра.

– Не нормально, – говорит природник. – У меня тоже на всех не хватит, не одного ж тебя лечить. Как минимум, без глаза останешься, там процессы некроза уже начинаются. Жизненно-важное я еще могу поддержать, но на это уже не хватает.

– Ничего, я и с одним глазом могу. И вообще на одной магии могу неплохо ориентироваться.

Природник вздыхает совсем тяжело.

– Мозги-то совсем поплавились, как я посмотрю? Ив, как ты с ним живешь?

– Он мне таким достался, – чуть с усмешкой говорит Ива, которая стоит неподалеку. – Привыкла. Что делать?

– Отец уверяет, что мозгов у меня никогда не было. Плавится нечему, – весело говорит Морейра. – Ему виднее.

– Похоже на то, – соглашается природник. – У тебя жена, ребенок маленький, а ты лезешь… Нас подождать не мог?

– Так вышло. Да ладно… У меня договор хороший, страховка. В случае моей смерти, до совершеннолетия Богдана Иве будет выплачиваться моя среднегодовая зарплата в полном объеме. Потом еще десять лет