Восьмая жена Синей Бороды 2 - Ариша Дашковская

ему повезет. И неживой приманкой один раз. Тогда его ценность будет измеряться тремя медвежьими тушами. Это, конечно, уже приятнее, чем просто моральное удовлетворение от бешенства Коатля.

Можно, конечно, подождать, пока он поправится и выпытать у него все про родственников. Узнать, насколько они богаты, чтоб не продешевить. А затем потребовать у них благодарность в денежном выражении за спасение их дорогого, во всех смыслах этого слова, члена семьи. Этот вариант ей понравился куда больше предыдущих.

Первым делом, вернувшись домой, Наоми проверила дыхание найденыша, не окочурился ли. Мысленно она уже потратила деньги, которые планировала получить от его родных. Новый арбалет, более легкий, ей бы не помешал.

Дышал он часто, и тело его горело.

Тайра лежала рядом. И, судя по тому, что лоб и щеки найденыша были мокрыми, пыталась языком помочь ему справиться с жаром.

Не мешкая, Наоми развела огонь и, вскипятив в ковше воду, заварила ивовую кору. Пока настой готовился, она обтерла тело мужчины холодной водой, сменила повязку на ране.

— Не вздумай умирать, — уговаривала она его. — Борись. Твоя семья надеется увидеть тебя живым и невредимым. А я надеюсь скорее получить новый арбалет. Не обманывай наших ожиданий.

До обеда провозилась она со своим пациентом, и когда жар немного спал, Наоми наконец смогла освежевать пойманных вчера зайцев. Одну тушку получила Тайра. Из второй Наоми приготовила похлебку.

Первым, что увидел Кристиан, был паук, спускающийся на тонкой ниточке паутины с низкого потолка. Потом над ним возникло миловидное лицо девушки в ореоле каштановых кудрей. Солнце золотило кружащиеся в воздухе пылинки и путалось солнечными зайчиками в ее волосах. Девчушка, по виду пятнадцати-шестнадцати лет, казалась слишком серьезной и сосредоточенной для такого юного возраста.

Когда она заметила, что Кристиан пришел в себя, ее золотисто-карие глаза распахнулись от удивления. Кончик носа задергался, будто она к чему-то принюхивается.

Кристиан заметил, что челюсти девушки медленно двигаются, она что-то тщательно пережевывала.

Он хотел спросить у нее, где он, но в этот момент девушка выплюнула в ладонь зеленовато-коричневую кашицу и шлепнула ему на грудь. При этом ее волосы мазнули по его лицу.

От неожиданности Кристиан дернулся.

— Ты что делаешь?

Он не узнал свой голос — глухой и надтреснутый.

— Две недели никаких претензий не было, а тут очухался, и началось, — проворчала она.

Раз уж над ним было не небо, а под ним не острые камни, значит, кто-то из местных нашел его и принес к себе. Последним, что он помнил, было нападение разбойников. Их интересовали не деньги, не багаж, им нужна была его смерть. Причем, как понял Кристиан, кучер был заодно с этими ребятами. Он даже не стал изображать испуг, а преспокойно болтал с главарем, вероятно, посчитав исход дела предрешенным. Пятеро на одного. Дорога безлюдная, дикий луг. Случайный проезжий на помощь не придет.

Нападавшие совершили одну большую ошибку: они не приняли в расчет, что Кристиан на тот свет пока не собирался. Он оказался слишком вертким и прытким для запланированного убийства, не требующего особого напряжения. Как минимум одного героя с большой дороги Кристиан отправил к праотцам. Еще одного, драка с которым перешла в рукопашную, он утащил с собой в пропасть.

— Человек... Со мной был...

— Он был тебе так дорог? Крепись. Твой друг погиб. Когда я нашла вас, он был уже мертв. Я не могла спасти его, — проникновенным голосом произнесла девушка.

— Он не мой друг. К тому же он редкостный негодяй.

— Значит, тебя не должно огорчить, что ему не повезло и его переломанное тело сожрали волки. Если бы не я, они сожрали бы и тебя.

— Спасибо. Как зовут тебя?

— Наоми. А тебя?

— Крис.

— Просто Крис?

— Для тебя да.

Кто он, девочке знать не обязательно. И хотя она не похожа на болтушку, которая сразу же побежит делиться с подружками, осторожность не помешает.

— Наоми, позови родителей, — Кристиан говорил, собирая последние силы. Его сильно клонило в сон, болело все тело, а сильнее всего голова — будто по ней стучали чугунным молотом. Ему нужно договориться с ними, чтобы они помогли ему добраться до Тура. Бабушка и Энни должны знать, что с ним все в порядке.

— Свою мать я никогда не знала, мой отец — волк.

Последние слова Кристиан уловил уплывающим сознанием. Он провалился в сон.

Глава 32

Кристиан проснулся только на следующее утро. И опять во время перевязки.

— Может все-таки хватит размазывать по мне свои плевки, — поморщился он.

— Мои «плевки» тебя лечат.

— Было бы все так просто, тогда б и в лекарях нужды не было.

— Смотри, — Наоми протянула начищенное до блеска блюдо, которое использовала как зеркало.

Кристиан хмуро осмотрел осунувшееся лицо, обросшее щетиной. На щеках, на лбу оставались еле заметные следы от ссадин и царапин.

— Хочешь сказать, ты и лицо мне обплевывала?

— Лечила, — поправила его Наоми. — Несколько раз в день, — добавила с улыбкой.

— Больше не надо, — проворчал он.

— Скажи, Наоми, а есть возможность... — Кристиан тщательно подбирал слова, — выйти... прогуляться...

— Ты еще слаб. Встать не сможешь.

— Но мне очень нужно... подышать.

— А-а, — Наоми сообразила, о чем он говорит, и протянула ему медный таз. — Дыши здесь, я помогу.

— Неудобно как-то.

— С тех пор, как ты пришел в себя, ты стал слишком стыдлив. А ведь я тебя эти две недели не только лечила. Еще и кормила, и обтирала водой. Ну и со всем, чего так сейчас стесняешься, помогала.

— Только не говори, что после всего я обязан на тебе жениться. У меня уже есть невеста.

— Зачем жениться? — удивилась Наоми. — Какой с тебя толк? Один убыток. Нет, ты обязан дать мне денег. Уж им-то я найду хорошее применение.

— Значит, таков твой план?

— Хороший, да? И надежный.

— А если я сбегу и оставлю тебя с носом?

— Не получится. Лес тянется на сотни лье, и только я знаю тропки, как выйти к людям. Ты, конечно, можешь попробовать выбраться из леса. В итоге ты заблудишься, и тебя сожрут дикие звери. Это в том случае, если тебе повезет.

— Странное везение. Боюсь спросить, что будет, если не повезет.

— А если не повезет, ты попадешься Коатлю.

— А кто это? Местный полоумный?

— Можно и так сказать.

— А как же ты, хрупкая девушка, выживаешь в лесу, полном опасностей?

— Я же говорила. Мой отец — волк.

— А-а, ты такая же, как ваш Коатль? — усмехнулся Кристиан, намекая на то, что у Наоми мозги набекрень. Кто в здравом уме станет утверждать такое? Он