Созвездия твоих глаз - Екатерина Маркмирова

– Я сказал матери только, но точно знаю, что между ними с отцом секретов нет. На нас это никак не повлияет.

– Элизабет? А она как этому отнеслась? Мне казалось, что она радовалась за тебя и твою невесту, – немного ядовито процедила я.

Дэвид обнял меня за талию. Мы смотрели друг на друга в зеркальное отражение. Котяра с хитрыми синими глазами довольно улыбнулся и ответил:

– Стивен летел сюда из-за тебя. Обо всём ему сообщил знакомый из участка. Они с мамой знали, что ты не хотела им говорить о себе, поэтому решили воспользоваться поводом. Стивен любит тебя. Ультиматум он мне поставил тоже лишь потому, что волновался за тебя. А насчёт обмана Энджи – мама, как мне показалось, не сильно была удивлена. Отреагировала как будто такие вещи – частое явление.

«Отец прилетал из-за меня!» – Я выцепила главную мысль из рассказа любимого.

– Хорошо. – Я немного повела плечами, стараясь не выдавать то, что его слова меня тронули. – А насчёт того, что мы вместе?

– Знаешь, у меня создалось впечатление, что она рада за нас.

– Серьёзно? – я скептически изогнула бровь.

– А почему нет? Мы сводные, а не родные. Маме до политики нет дела. Это только Стивен из-за карьеры волнуется. Я не понимаю почему. Он хочет стать губернатором Аризоны, мы же находимся на другом конце Америки. Кто вообще там узнает о нас? И кому до этого есть дело?

– Верно, – согласилась я.

«Мама, а ты что сказала бы? Не обижаешься на меня?»

***

После вкуснейшего завтрака, я развалилась на стуле и любовалась Дэвидом. Я соскучилась по его чертам за последние четыре дня. Взгляд то и дело падал на его грудь и пресс и каждый раз я начинала дышать чаще. Желание накатывало волной, я непроизвольно сомкнула бёдра под столом и закусила нижнюю губу.

– Где ты научился так вкусно готовить? – Стоит переключить своё внимание на что-то другое.

«Вчера я была более уверена в себе», – мысленно щёлкнула себя по носу. – «Просто вчера я не видела его глаз».

– Пришлось научиться. До появления твоего отца в нашей жизни, мама очень много работала. Сил на приготовление пищи у неё не было. А я хотел хоть как-то ей в этом помогать.

– Ты хороший сын, Дэвид, – говорю я. – Красивая кухня, – перевожу тему, осматриваясь.

В квартире Дэвида всё выполнено в стиле Хай-тек и мне очень нравится.

– Знаешь, у меня была фантазия последние пару недель… – чуть понизив тон, произносит он.

Глава 23

Дэвид

Вчера Куколка уснула прямо в машине. Мне доставило дикое удовольствие нести её на руках домой, да я словно Голлум из «Властелина колец» готов был повторять: «Моя прелесть», переодевая Куколку в свою футболку. Конечно, я взял её пижамные комплекты, но мне хотелось видеть любимую именно в своей футболке. Такой вот фетиш.

Несмотря на то что я теперь безработный и торопиться сегодня было некуда, устроил довольно раннюю пробежку, чтобы успеть приготовить завтрак до её пробуждения. Мне хочется о ней заботиться, делать приятное и видеть на красивом маленьком ротике улыбку. Сегодня любимой неловко, это очень заметно по её поведению, но я наслаждаюсь милым румянцем и чувствую, что в шортах становится теснее.

– Какая фантазия? – Эмбер хлопает ресницами, явно не понимая моего намёка.

Я поднимаюсь изо стола и походкой хищника иду к ней. Эмбер округляет глаза: они становятся похожи на большие зелёные блюдца, в зрачках можно увидеть моё отражение. Отодвигаю её стул и тяну за руку вверх. Из груди Куколки вырывается удивлённый выдох. Чёрт, член стоит колом и ему не терпится получить свой приз. От одних только воспоминаний, какие моя Куколка вчера стоны издавала, пересыхает во рту.

– У меня много фантазий, милая. Ты не знаешь, что вчера сорвала с меня все клеммы, а теперь ты в сексуальном рабстве, – низким голосом говорю я и подхватываю её за талию, усаживаю на столешницу, по-варварски засовываю руки ей под футболку и сдавливаю два аппетитных упругих полушария.

Эмбер издаёт сладкий стон. О, да, это потрясающая мелодия для моих ушей!

Я понимал, что не первый у Куколки, вчера в этом убедился, но то, какая она узкая, говорило лишь о том, что я максимум второй. Какой недотёпа у неё был, что смог отпустить от себя такую девочку? Такой же идиот, вроде меня.

– Иди ко мне, – прошу я и набрасываюсь на её сочные со вкусом капучино губы.

Одной рукой держу Эмбер за затылок, второй стягиваю с себя шорты. Скольжу по внутренней поверхности её бедра и касаюсь чувствительного бугорка. Даже через ажурную ткань чувствую, какая Эмбер горячая и влажная. Она откидывает голову назад и сильнее раздвигает ноги.

«Твою мать! Я сейчас, как перевозбуждённый подросток, кончу, не достигнув цели!»

– Детка, ты потрясающая! Ради этого стоило изрядно пострадать. Приподними попку, – прошу я.

Эмбер послушно выполняет мою просьбу. Чёрные трусики летят на пол. Зелёные глаза смотрят на меня затуманенным взглядом, а потом недоумённо: ведь вместо того, чтобы войти в неё, я встаю на колени и целую её между ног.

«Как же я хотел попробовать её на вкус!»

То, что я вытворяю языком с её бархатистой горошиной, приводит Эмбер в дикий экстаз.

«Да, это только начало, милая! Что там женщины в своих романах пишут – серебристые молоточки в голове стучат от оргазма? Так и будет!»

Я поднимаюсь с колен, заглядываю в затуманенные глаза любимой, а потом вхожу в неё полностью. Детка стонет, извивается, пытается ухватиться за меня, как за спасательный круг.

«Нет, милая, сейчас ты утонешь в волнах удовольствия!»

Я наслаждаюсь каждым толчком, растягиваю наслаждение, пока Куколка не сжимается вокруг меня несколько раз, повторяя моё имя. Мне так нравится, как она сейчас жалобно зовёт меня. Но я, чёрт возьми, не железный! Вскоре наступает и мой черёд погружения в эйфорию.

Мы лежим на столешнице вместе и пытаемся восстановить дыхание. Я поворачиваю голову к Эмбер и спрашиваю:

– Знаешь, какая песня у меня крутится в голове? – Куколка отрицательно крутит головой, не открывая глаз. – Смотрела фильм «Приведение» с Патриком Суэйзи и Деми Мур?

– Да, ещё бы. – Эмбер растягивает губы в улыбке.

– «О, моя любовь, моя дорогая.

Я так изголодался по твоим прикосновениям.

Долгое, одинокое время

А время течет так медленно

А время может сделать так много

Ты все еще моя?

Мне нужна