Обскур - Ирена Мадир

Дышу, стиснув зубы, почти готовая хныкать и просить о большем. Ворон не просто шлёпает, он смещает ладонь, задевает чувствительное место. Боль ровно такая, что посылает по телу электрический разряд боли наслаждения. Это уже настоящая пытка…

– Два.

Зубы впиваются в нижнюю губу, чтобы сдержать позорные стоны удовольствия от того, что грёбаный монстр просто бьёт меня по заднице! Это не должно нравиться, но от лавины эмоций хочется вопить, особенно когда ягодицу обжигает ещё один удар. Я зажмуриваюсь, проглатывая стон.

– Ты должна считать, Куколка, – напоминает Ворон. Его пальцы упираются в клитор и трут его.

– Три! – вскрикиваю я.

– Хорошая игрушка.

Очередной шлепок вызывает протяжный сладострастный вопль. Это глупо и неправильно, но я не способна больше сопротивляться. Даже тело предаёт и против моей воли, выгибается навстречу. Меня потряхивает от вихря чувств внутри: от страха, стыда и страсти.

Страх. Он холодный и острый, как лезвие, которым Ворон царапал меня. Ужас где-то глубоко в животе заставляет внутренности сжиматься от осознания происходящего. Я на четвереньках перед убийцей. Перед монстром, чьё присутствие ощущаю кожей. Перед сумасшедшим культистом, который играет моим телом. И сердце бьётся с такой силой, что кажется, Ворон услышит его стук и поймёт, что зрение Куколки возвращается…

Стыд. Горячий и густой, как смола. Он разливается жаром по щекам. Я ненавижу свою слабость и покорность. Ещё больше ненавижу то, что продолжаю скулить от действий Ворона. Сколько бы я ни повторяла, что всего лишь терплю, всё равно понимаю, что правда совсем в другом – я хочу. И это заставляет мой стыд разгораться лишь сильнее, ведь это предательство самой себя…

Страсть. Она пробивается сквозь страх и стыд, а может, даже подпитывается ими. Она дикая и всепоглощающая. Она не теплится, а полыхает внутри, в разуме и даже между ног. Мышцы напряжены, кожа кричит от каждого шлепка, а внутри всё сжимается от сладкого предвкушения.

Я ненавижу это.

Я молюсь, чтобы это продолжалось.

Снова и снова. Ещё раз. Шесть раз. Я знаю, потому что считаю, как и требует Ворон. Я почти готова расплакаться, но не от боли, а от методичности каждого удара, возводящего меня на пик желания. Пульсация между бёдер мучительна настолько, что я готова умолять Ворона трахнуть меня.

– Что такое, Куколка? – Он нежно поглаживает мои ягодицы, создавая ошеломляющий контраст ощущений. – Устала? Думаешь, этого наказания достаточно?

Воздух сгущается, становится тяжёлым, как свинец. Я уже плохо соображаю и могу только кусать губы, слизывая с них кровь, и держать в уме проклятую цифру шесть. Моя грудь вжимается в подушку, колени раздвинуты, а задница поднята вверх, открывая Ворону лучший вид. Вопреки всему, фантазия о том, как его горящие кровью глаза любуются моей красной от шлепков задницей, лишь усиливает возбуждение.

– Уже готова быть послушной игрушкой? – Ворон скользит по моему животу и дальше, туда, где я предательски влажная. Его пальцы дразнят, ласкают складки, но избегают самого главного.

Я всхлипываю и бормочу:

– Да…

– Хочешь кончить, моя милая Куколка? Тогда ты должна попросить как следует. Ты ведь помнишь спор? – Теперь Ворон задевает клитор, отдаляясь и возвращаясь снова. – Ну же, попроси, чтобы я дал тебе свой член.

Мои бёдра дёргаются навстречу, а стон дрожит в пространстве.

– Пожалуйста, – кое-как выговариваю я, – трахни меня.

Ворон низко, по-звериному, рычит, его зубы вонзаются в мой загривок, а пальцы наконец стимулируют так, как нужно. Из моего горла вырывается сдавленный хрип удовольствия. Ворон отстраняется, но ненадолго. Его руки впиваются в мои бёдра, притягивая ближе.

Я где-то на гране между обмороком и оргазмом, особенно когда Ворон начинает медленно входить. Это не плавное скольжение, а волна интенсивных, почти болезненных ощущений. Его член ребристый из-за пирсинга, и металлические навершия усиливают стимуляцию.

От блаженства я запрокидываю голову, с губ срывается протяжный стон. Ворон растягивает меня, заполняя до предела. Он продолжает пытку ожиданием, позволяя не только привыкнуть к его размеру, но и прочувствовать каждый шарик пирсинга внутри меня. Это всё ещё унизительно, и всё ещё невероятно возбуждающе.

– Видишь, Куколка, а ты спорила со мной. Но ты идеальная игрушка, да?

Я не отвечаю, потому что, кажется, его член каким-то образом повредил мне речевой аппарат, Морок его подери! Голова окончательно пустеет, когда Ворон начинает двигаться. Нет, не двигаться – вбивать себя в меня.

Рывки его бёдер резкие, властные, каждый выдох сопровождается низким стоном сзади. Я же жалобно всхлипываю от нарастающей эйфории. Металл трётся о самые чувствительные места при каждом толчке. Боль и наслаждение сплетаются в единую ослепительную вспышку. Мои пальцы впиваются в матрас, а тело само движется навстречу, предавая хозяйку снова и снова.

Ворон сжимает одной рукой мою талию, а другой стискивает волосы, оттягивая мою голову назад ещё сильнее.

– Ну же, Куколка, кончи на мой член, – хрипло требует он.

Перед глазами темнеет так, будто я опять теряю зрение, но мне плевать. Слепота лишь усиливает интенсивность ощущений. И его голос – заключительный аккорд в симфонии моего безумия.

Сейчас Куколка не способна ослушаться приказа своего чудовища.

Я кричу, утопая в удовольствии, а Ворон не сбавляет темп, продолжая трахать меня через оргазм, продлевая его до исступления. Он снова издаёт гортанный рык, впиваясь в меня сильнее. Его движения становятся резче, беспорядочнее, пока я наконец не чувствую потоки его высвобождения.

Но есть что-то ещё… Нечто внутри шевелится и течёт вместе с кровью по венам. Чем бы оно ни было, сейчас оно лишь усиливает тягучее блаженство.

Ворон тяжело дышит в спину, навалившись на меня. А я лежу под ним разбитая и дрожащая, чётко ощущая напоминание о своём позоре и его власти, разливающемся внутри меня.

Ворон приподнимается и отодвигается, а я переворачиваюсь на спину, пялясь в проступающий среди тьмы потолок. Что б меня! Я дала монстру отыметь себя! Добровольно. Предки, что со мной не так?

– Мия, – негромко зовёт Ворон, – ванная?

Я сглатываю и киваю, стараясь не смотреть в его сторону, хотя всё ещё вижу красный свет его глаз. Он выходит из комнаты, слышится хлопок двери, а затем звук воды. Ворон возвращается и легко поднимает меня, несёт по коридору, а после и укладывает прямо в наполненную ванную…

Вся моя концентрация направлена не на попытку