Рабыня эльфийского принца, или Отверженная Истинная Пара - Анна Кривенко

И в этот момент вместе с болью ко мне пришла злость. Злость на то, что эти ушастые нелюди зашли так далеко в своём высокомерии и гордыне. Люди им, видите ли, не такие! Убивают, издеваются, считают животными! Возможно, наша с Миралем парность — это не более, чем наказание королевскому роду за жестокость!

Я вскинула подбородок и посмотрела на принца холодно.

— Я много раз предупреждала вас, но вы не слушали. Я говорила, что нам не быть вместе, что я вам не подхожу, а вы…

Но вместо ответа Мираль вдруг молниеносно кинулся ко мне и… рванул за ворот платья, разрывая его.

Я вскрикнула и собралась ударить его в ответ, но Мираль так побледнел, что я просто посмотрела вниз и поняла в чём дело.

Он всё это время не мог поверить увиденному. Стоял и твердил себе, что это какая-то глупая шутка, ошибка, неправда, но потом вспомнил о медальоне, который недавно подарил своей «любимой», и теперь решил его разыскать, порвав на мне платье.

Грудь почти полностью оголилась, а в ложбинке поблескивал его подарок…

— Это правда… — прошептал принц, вдруг посерев, словно умирающий. — Вот почему Данэй был против. Он знал!!! О небо, но почему???

Я горько хмыкнула.

— Да уж, страшное дело: быть связанным парностью с какой-то там бесправной вещью! — каждое слово наливалось ядом, выплескивая вот в такой форме мое жуткое разочарование. Я не смогла остановить рвущиеся наружу слова. — Какой ужас! А ведь вы много раз признавались этой «вещи» в любви! Обещали сделать всё что угодно, лишь бы я была с вами… Нет, не всё что угодно! Вы НИЧЕГО не сделаете. И НИКОГДА не сделаете. Потому что вы… никогда не поставите магическое благословение этой парности выше привычного уклада собственного общества. Вы — раб, Ваше Высочество! И мне вас жаль!!! — последние слова я произнесла так, словно забила последний гвоздь в крышку его гроба. — А теперь прощайте! Больше вы меня не увидите…

Бросив на пол его подарок, который со звоном покатился по каменной поверхности, я сжала рукой разорванный лиф платья и стремительно выскользнула на улицу.

Преследователи уже давно рассеялись кто куда, поэтому я беспрепятственно пересекла улицу и побежала что есть сил немного в другом направлении.

Бежала настолько быстро, что ничего не замечала вокруг.

Наконец, я буквально влетела в густое насаждение деревьев, которое оказалось лесом, примыкающим к городу, и только тут позволила себе остановиться.

Легкие просто разрывались на части, сердце выскакивало из груди и грозило перестать биться, я же сползла на землю, прислонившись к шершавой коре какого-то старого дерева.

Душа была вывернута наизнанку, и боль в груди пульсировала невыносимая.

Всё. Конец. Он не ринулся за мной. Это естественно. Он только рад избавиться от меня. Никакая человечка ему не нужна. Я мусор для него!

Ах он придурок лицемерный!!!

Но это была лишь жалкая попытка вызвать внутри себя ярость.

Вместо того, чтобы разозлиться, я горько разрыдалась, чувствуя, что сил сдерживаться у меня больше нет.

Только земля и лес будут свидетелями моей слабости. Только им я доверяю свою боль. Потому что попаданка Варвара Соболева никогда не позволит себе отчаяться по-настоящему. Она только поплачет несколько минут, чтобы очистить свое сердце от агонии разочарования и боли отвержения, а потом встанет и пойдет вперед. Правда, Варварушка?

Не молчи, Варвара! Принц не стоит твоих слез!!!

Я кричала это самой себе, чувствуя, как всё леденеет внутри.

— Но я все еще люблю его… — прошептали потрескавшиеся губы.

— И это пройдёт, — ответила своей душе, пытаясь удержать её от полного впадения в отчаяние. — Человек привыкает ко всему! Ты человек! Гордись этим, попаданка!!!

Глава 45

Ломка и открытие о себе

Мираль

Она убежала, а принц остался стоять посреди затхлого темного помещения, словно приворожил его кто. Мысли путались, в голове набатом стучало отчаянное: «Этого не может быть! Только не человек!!!»

Боль, казалось, начала разъедать каждую клеточку тела, сердце неистовствовало в груди, мечась, словно птица в клетке.

Его любимая обожаемая пара, о которой он мечтал днем и ночью — человеческая женщина!!! Та самая, которую он купил, чтобы насолить сестре. Та самая, которая была страшнее лесной обезьяны, но вдруг за короткий срок преобразилась до неузнаваемости.

Она — его пара…

Пара, которой он восхищался, как никем еще в своей жизни. Сильная, отважная, остроумная, просто уникальная в своем роде. Та, кого он любил, даже не видя лица, и был готов на всё, лишь они были вместе.

В последние недели его жизнь полностью перевернулась. Мираля больше не интересовали амбиции, соревнования, даже собственная гордость больше не имела никакого значения. Всё превратилось в пыль после того, как он познал любовь.

И если бы дело было только в плотском влечении к паре, основанном на магической парности, то тут и думать было бы ничего: отмахнулся, сжал зубы и перетерпел некоторое время. Именно подобного действия все эти дни настойчиво добивался от него Данэй. Но ведь… Мираль не просто жаждал женского тела, он любил всей душой! И эта душа уже не могла жить без своей драгоценной пары.

В последнее время принц уже даже не думал о внешности пары. Ища объяснения тому, что она отказывалась показывать ему лицо, принц допускал мысль, его любимая несколько непривлекательна и стыдится этого. Но он давно переступил через это. Какая разница, насколько она красавица, если он тянется к её душе и если нежность, которая наполняет его до краёв, адресована личности, а не миленькому личику???

Да, он был готов, казалось бы, на всё, но ЭТО???

О боги! Она ЧЕЛОВЕК!!!

Безумие! СУМАСШЕСТВИЕ!!!

Как же больно осознавать, что все ТАК!!!

Мираль наконец-то отмер и зарычал, как раненый зверь:

— Я не могу любить человека!!!

Кулаки были стиснуты, вены на теле вздулись от неистового напряжения, зубы готовы были рассыпаться в крошку от того, что принц с огромной силой их сжал.

— Эрхо!!! — взвыл принц наконец, задирая голову к низкому потолку и обращаясь к главному эльфийскому божеству. — За что ты наказываешь меня??? Чем я провинился???

Накатила ярость — безумная, отчаянная и невыносимая. Выхватив из ножен короткий меч, Мираль начал бить им по деревянным стенам. Полетели щепки, хилая конструкция начала сотрясаться, но ярость всё не проходила. Миралю хотелось крушить и уничтожать, хотелось причинять боль и обязательно найти кого-то виновного в своей глубочайшей жизненной трагедии.

Он всё потерял! Он пару свою потерял!!! Теперь у