Прежде чем мы разобьёмся - Мила Любимая

настроение для сарказма, — с раздражающей улыбкой заметил Марк, жутко нервируя своим видом. — Не всё потеряно.

Чёрт, ну и почему он так сильно меня бесит?!

Конечно, я знаю ответ на свой идиотский вопрос. Ведь дело совсем не в Барсове. А в его друге. Ну, или враге. Абсолютно плевать, кто они друг другу. Под горячую руку попадётся — сбежит сразу.

Может, придать ускорения?

Мне лучше успокоиться, иначе скоро начну выдыхать вместо воздуха пламя и сожгу всё к Дьяволу. И ладно бы речь шла о Сотникове, но его здесь нет…

Сделав несколько глотков чая, облизала губы. Он оставлял довольно приятно сладкое-кислое послевкусие. На языке остро чувствовались мята и манго. Очень необычное сочетание. Но вкусно. Кажется, я знаю, что буду делать в этом августе — совершать набеги на чайные магазины.

Марк молча уплетал свой тарт, периодически запивая его апельсиновым рафом. Что могу сказать, у мудаков предпочтения сходятся. В кофе, в девушках.

— Как ты? — Марк отставил в сторону пустую тарелку. — Пришла в себя?

— Да как в детстве, — наполнила кружку остатками синего чая. — Делаю вид, что я дерзкая ведьма, а не принцесса. Пью не чай, а волшебное зелье. Осталось купить конфетки в виде сигарет и всё, хоть коня на скаку останавливай.

Храбрилась.

Чихать на Барсова. Его половые трудности, раз он решил таскаться за мной, будто пёс.

Для себя.

Внутри всё ломалось, болело и противоестественно выгибалось, но снаружи я должна держаться. Потому что, если я не буду стараться, что дальше? Лечь на пол, стучать ногами, реветь и бить посуду?

Нет уж. Да и поздновато уже в истерички записываться.

Возможно, уйдет очень много времени на исцеление. Но, чёрт возьми, я костьми лягу, но восстану из пепла. Ян пожалеет… он обо всём пожалеет…

Ещё настанет тот день, когда я воткну в его грудь стальную стрелу, смазанную ядом, и вырву его без всякой анестезии. Растопчу на глазах у тупого мудака.

Верну долг.

Допив чай, огляделась по сторонам.

Ресторан располагался на Дворцовой набережной. Мимо проплывали речные трамвайчики и метеоры в Петергоф. Честно сказать, я даже не знаю, сколько времени. Из дома уходила ещё до восьми утра… наверное, уже десять-одиннадцать. Телефона-то у меня нет…

— Хочешь прокатимся? — предложил Барсик, проследив за моим взглядом.

— Давай ты подкатишь ко мне в другой день?

В другом году, в другой жизни, к другой мне!

— Я не хотел, чтобы это прозвучало в духе тупого подката.

Умеет же он быть милым. Настолько, что тошнит от передоза ванилью.

— Что ты хотел?

— Ты бы с большим удовольствием послала меня на хрен, да?

— Гораздо грубее.

— Понимаю, — он провёл рукой по едва заметной щетине. — Просто я беспокоюсь за тебя.

— Ладно. — похлопала себя по коленям. — Не обращай внимания. Я сегодня фиговая компания. Давай попросим счёт и всё.

— Ок, — кивнул Марк в ответ. — Без проблем.

От ресторана поехали на такси. Марк вышел со мной, почему-то считая своим долгом проводить меня до самой парадной. Состояние моё, конечно, оставляло желать лучшего, но я не идиотка. Могу уловить сигналы. А Барсов явно альфа-самца включил на полную катушку.

Что не так с этими парнями? Поражаюсь иногда…

Хотя я ему благодарна.

Стало легче. Не будь он рядом, я, может быть, совсем расклеилась. А так он, как якорь удерживал меня на плаву, не давая д конца погрузиться в черную дыру.

— Дальше сама, — повернулась к парню. — Спасибо и… пока.

— Позвонить тебе?

— Нет, — отрицательно покачала головой. — У меня нет телефона.

И даже если бы и да, всё равно нет.

Дождавшись пока Марк скроется за поворотом, направилась к двери парадной. В какой-то момент поняла, что совсем не хочу идти домой и просто упала на лавочку.

Слава богу, бабульки сегодня сняли с наблюдения почётный караул.

Тогда я и увидела свою мать, наблюдавшую за мной со спины. Ну, или не за мной. Вообще, она стояла на месте и весело щебетала с кем-то по телефону. Зачем-то прервала своё архиважное занятие, подошла ко мне и аккуратно опустилась рядом.

Ещё чего не хватало…

— Из-за этого мальчика с папой поругалась? — вдруг спросила она.

Кто только за язык тянул?

— Не твоё дело.

— Значит, нет.

Ну просто Салемская ведьма-прорицательница!

— Ты куда-то шла? Вот и топай.

— Глаза все заплаканные…

Точно ведьма.

— Слушай, не делай вид, что тебя не было кучу лет, ок?

— Аврора, — она сжала руки в кулаки, так что пальцы даже побелели от напряжения. — Я на твою любовь не напрашиваюсь, но я твоя мать.

Опомнилась!

— Поздно, мать.

— Хорошо. Как скажешь.

Она открыла свою маленькую сумочку и вытащила оттуда смартфон в знакомом лавандовом чехле.

Мой…

— Держи. Папа спит, если хочешь знать. Не заметит, как придёшь.

— Спасибо, — с трудом выдавила из себя, забирая телефон. — Но я не пойду домой… пока.

— Весь день здесь проведёшь?

— Не знаю.

Я правда не знаю…

Вот как представлю, что придётся видеть кого-то и говорить с Марьяной. Отец опять же. Он по-любому поднимет тему Сотникова. А я не уверена, что смогу достойно выдержать всё это.

Не смогу. Нет.

— Так, — мать резво вскочила на ноги, словно не у неё на ногах двадцатисантиметровые шпильки. — Поехали.

— Куда это? Спасибо за телефон, конечно. Только этим меня не купишь.

— Я и не пытаюсь, — она махнула рукой, показывая на свою миниатюрную Ауди. — Отвезу тебя в свою вторую квартиру. Она маленькая, но для одного человека вполне подойдет.

Нетушки…

— Мне от тебя ничего не нужно.

— Господи, вот упрямая! Ну ладно… давай так… будешь жить там не бесплатно.

— Это как?

— Ну, я приобрела небольшой бизнес… сеть кофеен. В одной из них не хватает сотрудника и подумала, вдруг захочешь…

— То есть ты предлагаешь мне работать и платить тебе за аренду квартиры? Правильно поняла?

— Боже, это ужасно прозвучало! — мгновенно поникла мать. — Опять всё испортила.

Вообще-то идея неплохая. Отличная.

— Почему же, — выдавила из себя вымученную полуулыбку. — Я согласна.

Это то, что мне сейчас нужно.

Именно то, что нужно!

Глава 36. Явление Дьявола

Похороню наших бабочек

На фабрике брошенных чувств.

Помнишь из жвачки ванильные

вкладыши?

Вызубрила их наизусть.

Любовь — это быть рядом,

Любовь принимать всё, как есть.

Любовь, как смертельный

торнадо,

Любовь навсегда здесь.

Но никто не сказал, что делать,

Когда она вдруг заканчивается.

Кому теперь верить,

Если он другой улыбается?

Такая любовь, как Ад,

Точная гравюра Преисподней.

Такая любовь — смертельный Яд,

Такая любовь уничтожит нас

сегодня.

И эта любовь не