Прежде чем мы разобьёмся - Мила Любимая

в сумку сменную обувь, форменную одежду, расческу, телефон и ещё кое-что по мелочи. Потом настал черед завтрака. Пусть мне и кусок в горло не лез, заставила себя съесть омлет и запить его чаем с ромашкой. Говорят, мята и ромашка успокаивают… ну, я не знаю… вот если бы подвернулся случай выплеснуть гребаный чай прямо Сотникову в лицо, тогда да…

Хватит. Меньше Сотникова.

Умывшись после скудного приёма пищи (омлет я в очередной раз пощипала, как синичка!) попыталась привести себя в порядок.

Волосы заплела во французскую объемную косу, на лицо нанесла праймер, немного подкрасила брови и ресницы, губы покрыла нюдовым блеском. Щечки освежила румянами. Без косметики сейчас вообще не вариант. Вся бледная, с мешками под глазами. На всей моей физиономии отразились горькие страдания по Сотникову. Разрыв разрывом, но образ надо держать в любом случае. Никто не увидит, как мне плохо без него.

В итоге провозилась и поняла, что до начала смены осталось всего полчаса. Ещё хорошо, что кофейня находится рядышком. На соседней улице.

Квартира, в которой я сейчас жила, была не такой маленькой, как я себе вообразила. Просторная студия с панорамным окном. Мать собиралась использовать её для работы. Как оказалось, в Дубае она не только с любовником зажигала, ещё и делала карьеру в качестве дизайнера обуви. У неё действительно очень красиво получается. Марьяна бы оценила. Хотя… сестра, скорее всего, обидится на меня. Мы с ней не собирались общаться с Полиной Вельской. А получилось так, как получилось…

Из парадной я выбежала уже изрядно запыхавшаяся и изо всех сил припустила к пешеходному переходу, чтобы успеть перейти его до того, как на светофоре загорится «красный». Чудом добралась до кофейни за какие-то пятнадцать минут. Даже время про запас осталось. Можно спокойно переодеться.

Дресс-код у мамы в кофейне стандартный — платье голубого цвета, чёрный фартук с фирменной нашивкой и лента для волос под общую гамму. Переодев босоножки на удобные черные ботиночки, я покинула подсобку и вышла к управляющей, которая временно работала за вторую баристу. Следующие несколько часов пролетели очень быстро за стажировкой. Пришлось впитать массу информации. От десертного меню до карты чая, рецептов авторского кофе и молочных коктейлей…

К концу смены я уже наловчилась и почти не путалась. Марина показала мне, как проводить закрытие и делать пересчет кассы, как закрывать кофейню. Все-таки завтра мне предстоит работать целый день самостоятельно.

За десять минут до закрытия, двери в кофейню открылись и внутрь прошла парочка — симатичная блондинка в джинсовом комбинезоне в компании смазливого брюнета. Странное чувство… лицо брюнета показалось смутно знакомым, словно мы прежде уже встречались. Хотя я сто процентов видела его впервые в своей жизни.

Парочка остановилась у витрины с пирожными, выбирая эклеры.

— Как обычно, колючка? — самодовольно усмехнулся парень, приобняв девушку за талию. — Черничные эклеры, черничный латте?

— Возьми мне нормальный капучино, Черничный Принц. А себе латте. Пока у нас ещё черника отовсюду не полезла.

Парень рассмеялся и подошёл к кассе, озвучив их заказ. Черничные эклеры, черничный латте…

Забавная парочка.

Пусть мне от ванили между ними хочется хорошенько прополоскать горло, чтобы поменьше сахара было.

Обслужив их и упаковав эклеры с кофе, проводила блондинку и брюнета заинтересованным взглядом. Всё-таки он на кого-то очень похож. Может, на актёра какого-нибудь?..

Мы с Мариной вместе закрыли кофейню, управляющая выдала мне свои экземпляры кличей от самого заведения, служебных помещений и отдельно от кассы, скинула на телефон контакты поставщиков и свой номер телефона тоже. На случай проблем или вопросов.

Милое место мама выбрала в качестве кофейни. Уютное, ламповое, сюда хочется возвращаться снова. Жаль только из-за загрузки не успела всё детально рассмотреть. Ну ничего, у меня еще будет полно времени…

Попрощавшись с Мариной, направилась в сторону дома. И настолько уставшая, что про Яна даже и не вспомнила.

По крайней мере до того момента, пока не подошла к своей парадной и не увидела Сотникова сидящим на скамейке.

Вот чёрт.

Люцифер покинул Ад.

Глава 37. Прямой эфир с телеэкранов

/Аврора/

Спокойно, Аврора. Просто помни об уголовном кодексе, и всё будет хорошо…

Повторяла про себя эти слова, будто священную мантру. Хотела в них верить… вот только ни хрена положительного у меня не получалось. Потому что он припёрся как ни в чем не бывало! Смотрит своими прекрасными голубыми глазами без всякого стыда. А мне придушить его хочется! Голыми руками. Я даже представила, что сделаю с Сотниковым, в какой последовательности и куда конкретно воткну отравленную стрелу. В его гнилое черное сердце. Такое же черствое, как старый заплесневелый сухарь!

— Привет, — хриплый голос Яна резанул по мне словно включённая до отказа бензопила.

— Как ты нашёл меня?

Чёрт, каких невероятных сил, какой железной выдержки мне стоило сейчас оставаться спокойной и хладнокровной. Пусть ментально я уже давно выпотрошила этого парня, как сделала маленькая девчонка со своим плюшевым мишкой в фильме ужасов, названия которого я уже не помню.

— Тебя только это волнует, Пожарова?

Он спросил это со своей привычной наглой улыбкой, способной растопить лёд в любом сердце. Но это сейчас не прокатит. Нет уж!

— Меня волнует только то, что я безумно устала и хочу домой. Всё.

Боже!

Это адски больно!

Смотреть на него, делать вид, что всё нормально, со мной всё хорошо и меня нисколько не заботит, с кем он спит, когда и сколько… потому что я была готова выцарапать глаза каждой Барби в жизни Яна Сотникова от ослепляющей, сумасшедшей ревности, бурлящей в моей крови. Внутри у меня всё кипело и шкворчало, словно кто-то ворошил тлеющие угли раскаленной кочергой. Не оставлял их в покое, заставлял огонь разгораться, превращаясь в страшной пожар, в настоящее стихийное бедствие.

Я должна была уничтожить Яна. Я!

А вместо этого сама попалась на крючок. Проглотила ядовитую приманку, как послушная рыбка. Стала ручной, послушной, доверчивой дурой!

Где были мои мозги? Где была моя гордость?

— Интересно узнать, после чего ты так устала, Пожарова?

Что это ещё за намёк?

— Не обоснуешь? — зло уставилась на него, скрестив руки на груди.

— Подожду, пока это сделаешь ты.

Как красиво придумал. Просто виртуозный кукловод.

— Если ты решил расстаться, можно было сделать всё честно, Ян. Неужели я бы не поняла? Впрочем, я не хочу с тобой говорить.

Уверено направилась в сторону двери в парадную, но Сотников вскочил следом за мной и схватил под локоть.

— Аврора, твою мать!

— Всё сказал?

— Честно говоря, меня уже задолбала