Прежде чем мы разобьёмся - Мила Любимая

Незнакомую девчонку можно описать всего одной короткой фразой: «идеальная сука».

Типичная фитоняшная кукла. Упругие сиськи, стоящие торчком, тонкая талия, маленькая круглая задница, стройные ноги, маникюр, педикюр, ресницы до бровей, естественно пухлые губы и всё такое… у меня в трусах даже зашевелилось. Буду честен, в паху прямо загорелось. Симпатичная девочка. Чё? Я же не железный. Взрослый парень со своими потребностями. Просто с недавних пор вроде как для этих целей у меня есть девушка…

Не скажу, что планировал с Пожаровой «всегда и навечно» или «долго и счастливо». Но в данный конкретный промежуток времени мне вкатывает быть с ней. Никто никогда не цеплял меня так, как Аврора. Чувства на грани, запредельные эмоции и секс такой, что оргазм выносит в стратосферу. Буду банальным: эта горячая булочка единственная, с кем хотелось не только трахаться двадцать четыре на семь.

Мне, чёрт возьми, с ней реально интересно. Наверное, с возрастом понятие о хорошем сексе как-то расширяется.

Блондинка, конечно, высший класс. Материал первого сорта. Всё равно, что актриса элитной порнушки. По фейсу видно — опытная, безотказная и максимально сговорчивая.

В том смысле, что я в состоянии оценить прекрасное и уделить пару минут на созерцание чего-то канонического, но одновременно мирского.

С другой стороны, ну и чего я там не видел?

Никогда не вёл затворнический образ жизни. Да и девчонки меня любили, чего уж. Что поделать, если я у мамы с папой такой красивый получился? Только любить.

Но я всё равно не мог провести с ней ночь.

Кому расскажи, не поверят. Но я и во сне не мог отделаться от Пожаровой. Она может быть и не такая конфетка… в плане… из другой весовой категории… я раньше не задумывался, но сейчас смотрел на эту блондинку и чётко для себя понимал, что рядом с моей Авророй она и рядом не лежит. Их даже сравнивать нельзя. Запрещено законом вселенского равновесия.

— Эй! — потряс блондинку за плечо, пытаясь ненавязчиво разбудить. — Давай, просыпайся уже. Сворачиваем лавочку.

В ответ она то ли простонала, то ли прохныкала что-то, но глаз не открыла. Протянула руку и на чистом автопилоте накрылась одеялом, продолжая заливать подушку слюнями.

Везёт, как утопленнику…

Стало быть, джентльменом мне не быть, так что врубаем хардкор.

— Ты кто такая? — холодно спросил, сильно повысив голос, и как следует её встряхнул. — Что здесь делаешь?

Блондинка захлопала ресницами, которыми можно было вполне устроить мини-ураган, и, протирая сонные глаза кулаками, сладко потянула:

— Ко-ооо-тик, разве ты ничего не помнишь?

Не помню, твою мать. И помнить там нечего. Я уверен.

Почти…

Потому что слова этой тёлки заставили меня сомневаться в собственной адекватности. Ни то чтобы я не мог трахнуть по приколу такую красотку. Нет… очень даже мог. Вполне в моём стиле. Но хотел верить, что мой мозг всё же не бесплатное приложение к члену.

Наверное, знал, что Пожарова из того редкого типа девушек, которые не станут терпеть измену и делить своего мужчину с кем-то ещё.

Она скорее бы наступила себе на горло или выпустила в меня весь свой колчан со стрелами, но не смирилась. Справедливости ради, второй вариант более вероятен.

И я уважал её гордость. А особенно решение (не совсем добровольное, ведь шансов отказать мне не было, но всё же...) быть со мной, несмотря на весь тот багаж дерьма, что имелся в нашем общем с ней прошлом.

Думаю, есть девушки, рядом с какими не хочется вести себя как полный мудак.

Да, бесспорно… ты всё такой же мудак, но другой. Рядом с ней хочется меняться… рядом с ней что-то светлое прорывается наружу. Будто гребаные подснежники посреди зимы. Весь тонешь в снегу и тьме, во льду Ётунхейма, где нет конца и края холода, но она… она, чёрт побери, солнце.

Моё персональное. Моё собственное солнце. Она Люси Певенси, которая залезла в платяной шкаф и спасла Нарнию.

И если передо мной стояли две чаши весов, то во всех вариациях я бы выбрал Пожарову. До первого нашего падения с Эвереста чувств.

— Мне всё понравилось, а тебе? — томно спросила блондинка, дотронувшись до моей груди указательным пальчиком с длинным острым ногтем, покрытым кислотно-зелёным лаком.

С недавних времён я фанат красного во всех его проявлениях.

И чтоб я помнил эту долбаную ночь…

Любая попытка нарыть хоть какие-то воспоминания заканчивалась жёсткой мигренью. Мне срочно нужно опохмелиться, кофе и обезбол. А, пожалуй, ещё и душ.

— Свали в туман, а? — раздраженно оттолкнул девицу, так что она упала на кровать попой кверху. — Пока я добрый и не задаю вопросов.

— Допроси меня, — усмехнулась она и перевернулась на спину, будто по команде раздвигая ноги. — С пристрастием…

Бля.

Считаю, что моей выдержке пора выдавать «Оскар». За терпение, стойкость и добровольный отказ от прекрасного.

— Малыш, — она подползла ближе и вцепилась когтями в мои плечи, словно ведьма из ужастиков. — Я могу сделать тебе хорошо. Ты слишком напряжённый.

Да ну на хрен!

Я вскочил с кровати, пока девица меня на ней же не изнасиловала. Это я, конечно же, утрирую. Потому что стояк уже максимально подтолкнул меня к провалу.

Душ! Мне лучше разрядиться, пока я реально не нагнул эту девку и не трахнул её жестко.

— Твоя девушка ничего не узнает, — улыбнулась она и приняла очередную бесстыдную позу. — Мы просто выпустим пар. Ты ведь хочешь меня? Хочешь сделать со мной всё то, что делал ночью? М-м-м…

Да я уже ментально её отымел во всех позах. И почти был готов провернуть это на практике.

Но что-то останавливало. Не давало предохранителям сгореть окончательно.

— А про девушку откуда знаешь? — вдруг щелкнуло в моем воспаленном от возбуждения мозгу.

— Что? — округлила глаза живая фантазия.

— Откуда знаешь, что у меня девушка есть?

— Так ты… — замялась она. — Сам вчера сказал.

— Вчера?

Ничего не помню, хоть черепную коробку вскрывай.

Припоминаю, что поехал от Пожаровой к себе, Марьяна с Русом прикатили, потом ещё приятель по художке пришёл с парой ребят… и всё вылилось в незапланированную вписку.

Не такой же я долбоёб, чтобы при друзьях девку какую-то окучивать и зажимать по углам? Тем более при сестре Авроры.

Нет.

Я кто угодно.

Мудак, гад, сволочь и подонок, но не идиот.

— Ну ты и козёл! — зло выдохнула постельная гостья. — Так и знала, что после секса принц чудесным образом превратится в парнокопытного.

Точно.

Про козла-то и забыл.

— Ага, —