Мишень Номер Один - Вета Мур

Так у меня на одно занятие стало меньше. Папа всячески обзывал мою учительницу по эстрадному вокалу. Но ему пришлось признать – она права. Мой ангельский голосок никого не впечатлил.

Со скрипкой всё было по другому. Елена Павловна, указку которой я помню по сей день, всегда считала, что даже из самого запущенного случая бездарности можно сделать талантливого скрипача.

Я каждый день говорила папе, что ходить туда не буду. Но всё заканчивалась скандалом и новой выученной композицией. Он не верил, что Елена Павловна, которая на глазах у других выглядела, как ангел с нимбом над головой, является злом в чистом виде. Поэтому мне пришлось всё сделать самой. Папа приезжал за мной каждый день в одно и то же время. К его приезду, я успевала вывести из себя учительницу своим непослушанием и потерянным смычком. И в одним день, он увидел, как она надулась от злости, назвала меня бездарностью и почти влепила пощёчину. Но не успела. Папа всё увидел и больше я не брала скрипку в руки. Про Елену Павловну мне мало что известно. Однако, такое отношение к собственной дочери Оленьев стерпеть не смог. Она потеряла работу и уехала из города. По личным причинам.

Раньше я злилась на папу, хоть и понимала, что он желает мне добра. Он всегда заботился о нас с Олеськой. Защищал и любил. Однако, мне не нравится, когда он решает что-то за меня. Даже что-то несущественное. Как, например, что мне съесть на завтрак или купить из одежды. Поэтому я и делала всё наоборот, лишь бы позлить его. Чтобы он понял, нельзя управлять моей жизнью. Портить отношения не хотелось. Для того, я и меняла его точку зрения своими словами и действиями. Плавно направляла в сторону необходимого для меня решения. Чистая манипуляция, которую я часто применяла, чтобы не поступаться собственным желаниям.

Сейчас мне нужно сделать то же самое. Папа хочет, чтобы я была с этим парнем, скорее всего, о нём он говорил Светлому. Я же хочу от него избавиться. Или чтобы он сам отказался со мной встречаться. Сделаю так, чтобы мы не сошлись характерами.

– Егор, – поздоровался со мной парень.

– Валентина.

Я не заметила в нём яркой заинтересованности. Будто его заставили сюда приехать под дулом пистолета.

– Жена уже почти накрыла на стол, – весело сказал папа. – Так что прошу к столу. Не будем ведь мы ждать очередных гостей у порога.

– Будут ещё гости? – непонимающе я выгнула бровь смотря на улыбающегося папу. – Папочка, ты тут аукцион решил устроить?

Папа решил пропустить мою фразу мимо ушей и просто пошёл на кухню, чтобы помочь маме накрыть стол. Или он просто решил оставить нас с Егориком наедине.

Я громко выдохнула и тут же почувствовала, как щупальца этого парня крепко сжали мою поясницу.

– Ну что, – усмехнулся он. – Идём к столу?

– Конечно идём, – фыркнула я сбросив с себя Егоркины щупальца. – Только без рук, Егорик. А то придётся отрубить.

Егор – симпатичный. Но его прикосновения заставляют глаз дёргать от нервов, а ногу топать от недовольства. Я ощущала от него некую угрозу. Он выглядит, как одуванчик весенним утром, но нутро при виде него скукоживается. Можно было подумать, что у них с Романом Андреевичем похожая аура. Но нет. Светлый вызывал у меня разные эмоции. Весь спектр. Но брезгливости и неприязни там не было.

– Валя, я понимаю, что ты хочешь показать свой характер. Но не стоит, – холодно бросил Егорик засунув руки в карманы брюк. – Твоё общество мне приносит столько же дискомфорта, сколько и тебе.

– Как мы понимаем друг друга.

– Идеальная пара.

Он дурашливо начал ходить туда-сюда осматривая стены с нашими семейными фото. Не удержался даже несколько раз прокомментировать каждый элемент нашего дома. Даже маминой любимой вазе досталось. Теперь на ней ярлык «китайской безвкусицы».

Папа действительно хочет меня свести с ним?...

Я же его придушу подушкой во время нашей первой брачной ночи. До старости он не доживёт. Будет другой повод собраться всем вместе.

– Я думал, что меня здесь встретит элитная красавица с идеальной внешностью, а на деле… – цокнул Егор. – Чучело с длинным языком.

– Чё ты сказал?! – вспыхнул внутри меня гнев.

– Чё… – рассмеялся парень. – Еще и образованная, с правильно поставленной речью.

– Слушай сюда, индюк наманикюренный, речь формируется при правильно поставленной челюсти. Мне твоя речь тоже не нравится. Может, тебе челюсть подправить?

Он рассмеялся и остановился напротив меня.

– Сама Оленьева испортит свеженький маникюр?

– У самой Оленьевой есть несколько полезных номерков, которые сделают всё вместо неё, – я тыкнула ему в грудь острым ногтем заставляя отойти. – Даже коготки не придётся портить.

– А ты мне нравишься.

– К сожалению, это не взаимно.

Он фыркнул, видимо, не поверив, что может кому-то не понравиться. Судя по его растерянному взгляду, я должна была прыгнуть ему на шею после таких признаний, и зацеловать до смерти. Но увы. Моё сердечко бьётся для другого.

******

Для меня завтрак всегда был самой приятной частью дня. Только не сегодня. Когда я сижу рука об руку с мерзким типом, который пытается выглядеть заботливым молодым человеком. Даже салфетку постелил мне на колени, чтобы я случайно не запачкалась абрикосовым вареньем. Руки чесались засунуть эту салфетку ему в глотку поглубже, чтобы он наконец-то заткнулся.

– Да, в Лондоне обычно дождливо. Но надеюсь, что Вале там понравится, – ласково посмотрел на меня Егорик, будто только пол часа назад не называл чучелом. Да, я это запомнила.

– Не понравиться, – фыркнула я посматривая в экран телефона.

Светлый так и не написал. Не хочу верить, что всё, что было между нами вчера – ничего не значит. Он не обязан писать мне поэмы каждую секунду. Но хотя-бы что-то. «Доброе утро, Валюша», «Как у тебя дела?». Даже этого не было.

В дверь неожиданно позвонили, я даже подпрыгнула от резкого звука. А ещё от гадких щупальцев Егорика, которыми тот сжимал мою руку.

Папа резко поднялся, прокашлялся и с улыбкой сказал:

– А вот и