Охота на княжну, или Сердце демона - Елена Легенькая

нескоро. Сейчас в княжествах неспокойно. Не до того, да и не к спеху. Поскольку мы уезжаем в седьмой княжеский дом. Хотела бы сказать поутру, но в этом мире, ещё не закончилась самая длительная ночь в году.

— Ты первая женщина, ради которой я так низко пал — до пола, — смеётся мой мужчина.

Хмурюсь.

— Почему не последняя? О второй жене даже можешь и не думать! Через мой труп.

Да, в каждом есть свои недостатки. Мой — лютая ревность, которая до добра не доводила никого.

— Ты была без сознания и не слышала клятву произнесённую жрецом смерти во время свадебного обряда. В ней была фраза, прошу заметить — обоюдная, что ни ты, ни я не сможем быть с другими. Мы связаны с тобой до конца жизни.

Не, ну такой расклад меня вполне устраивает. Это ж как мне жрец жизнь упростил. Сколько нервов сберёг, чтоб я себя не изводила. Браво! Надо руку ему пожать при встрече. Во Мужик с большой буквы!

Выгибаю вопросительно бровь.

— А ты часом со мной не из-за безвыходности? А? Признавайся!

Эйнар обнимает меня. Притягивает ближе. Трётся щекой о мою.

— Я давно тобой дышал. А вот ты — нет. Поэтому не признавался в своих чувствах, — ухмыляется. — Да и где это видано, чтобы демоны признавались, что любят? Но тебе скажу. Один раз, так что слушай внимательно. Я тебя люблю, Кара. И не ту, что была раньше. А ту, что сейчас передо мной.

На мгновение мне показалось, что он знает правду, что я попаданка. Я даже с дыхания сбилась. Благо вовремя взяла себя в руки. Нет, не знает. Но разницу он почувствовал. Так пусть же всё останется тайной. Моей, Хардрокса и Богини справедливости. Спасибо Аглай за бесценный подарок. За новую жизнь, рядом с любимым и любящим мужчиной.

Нерфик и Мирабель, наверное, неприятно удивлены новостям, что мы с Эйнаром вместе. Хотела я бы посмотреть на их вытянутые лица, да боюсь, что случай не представится. Им было велено вернуться в свои земли. Они теперь не у дел. Мирабель и вовсе повезло, что не казнили за её подлость и как дочь предателя.

Спалось мне плохо. И дело было не в жёсткости, а в переживаниях за Лару. Куда увёл её отец? Неужели он думает, что она сбежит? Хоть он и потерял своё могущество, но чуйка у него не хуже Слаера работает. Опыт не пропьёшь.

Как уснула и не помню. Проснулась от громкого стука в дверь и шума.

— Что случилось? — тяжело приподнимаюсь на локтях — тело затекло.

Мой муж стоит у окна. На нём надеты лишь штаны. Впору бы полюбоваться, да ситуация не способствует. Эйнар с силой сжимает кулаки. Дела, похоже, плохи.

— Войдите, — игнорирует мой вопрос Эйн.

— Ваше наитемнейшество, — кланяется слуга, — Великий князь требует вас к себе немедленно.

— Свободен, — даёт отмашку слуге Эйнар и обращается ко мне: — поднимайся. В седьмой княжеский дом ты отправишься без меня. Я прибуду позже.

Подхожу к окну. В темноте отчётливо видны очаги возгорания и вспышки боевых пульсаров.

Муж собирается очень быстро. Чувствуется военная сноровка.

— Будь осторожен, — тихо произношу, и Эйнар целует меня в губы мягко, бережно.

— То же самое хотел попросить и тебя. Не волнуйся. Бывало и хуже. Справимся. Не скучай в моё отсутствие.

Он ушёл.

Долго я не пробыла одна, ко мне пришла служанка. Принесла еду и предупредила не выходить из покоев, сославшись на приказ князя.

Я всё время смотрю в окно. Не могу перестать волноваться. Чувство тревоги не покидает. На полигоне тоже неспокойно. То и дело возникают вспышки пульсаров.

— Твари пробрались на территорию дворца? — настороженно интересуюсь у служанки.

— Нет, ваше темнейшество. Идёт турнир. Новое поколение демонов принимает силу.

Не может быть! Когда вокруг царит Хаос, они устроили турнир! Демоны! Срываюсь с места. Хватаю артефакт, завёрнутый в платок, и бегу вниз.

— Постойте! Князь будет недоволен.

Да пошёл он, тот князь куда подальше. У меня сестры возможно уже нет в живых. Я всё проспала! Жаль, что крылья так и не получается проявить. С ними бы быстрее получилось долететь по воздуху до полигона. А сейчас приходится только бежать сломя голову. Расстояние неблизкое, нутром чувствую, что нужно торопиться.

У входа на полигон стоит отец. Взгляд отстранённый. Он порывается вернуться на арену, но тут же разворачивается. Его терзают сомнения.

— Она там? — неверяще интересуюсь у Талога.

Кивает. Не произносит ни слова.

— Но почему тогда ты здесь? Почему не контролируешь ситуацию.

— Она либо примет тьму, либо умрёт. Рано или поздно это всё равно произойдёт. Я долго её оберегал, но и моё время подходит к концу. Ей нужен муж — защитник. Никто не возьмёт в жёны светлую. Нужно смотреть правде в лицо.

Совсем «крыша» поехала у отца. Безумец.

Срываюсь с места и бегу на полигон. Меня никто не остановит. Я злая и готова прибить любого, кто встанет на моём пути. Адреналин бьёт по венам. Я такой решительной не была даже в пещере, когда моя собственная жизнь была в опасности.

У меня волосы на голове шевелятся, когда вижу, как здоровенный егроан наступил на лежащую на земле Лару. В руке сам образовался огромный пульсар, сорвавшийся с ладони. Он буквально снёс монстра в сторону.

С замиранием сердца иду к сестре. Обращаю внимание, что на арене присутствуют жрецы смерти в хламидах. Есть и зрители. Я поражаюсь их диким традициям. Они видели, что Иларии нужна помощь, но никто не заступился. Воистину жестокие нравы и законы в Проклятых землях. Проще их изменить, чем привыкнуть.

Мне всё равно, что обо мне подумают и скажут. Пусть видят, как тёмная княжна седьмого дома становится на колени перед светлой.

Глава 50

На Лару смотреть больно. На ней нет кровоточащих ран. Но вот цвет лица стал серым. Глаза — сплошная тьма. Она приняла тёмную сторону силы. Сестра держится за грудь и корчится от боли. И вот куда её теперь в таком состоянии отправлять?

— Илар, ты как? Сильно болит? Я не понимаю, что мне сейчас делать и как тебе помочь. Есть два пути, и ты выберешь свой сама. Первый, я несу тебя сейчас к лекарям. Второй, путь твоей мамы. Она хочет, чтобы ты пикнула Проклятые земли. Вот, — протягиваю к ней кулон. — Ты перенесёшься в Империю, по другую сторону стены.

Плачу. Не могу сдержаться. Я неправильная десса. Надеюсь, демоны меня за слабость не побьют. Но мне