11 дней изменят всё - Юлия Андреевна Архарова

Вчера, когда он спонтанно предложил начать встречаться, отношения с Линой представлялись ему пусть и непростыми, но все же весьма реальными. Они соседи, между их квартирами есть дверь, по сути, они живут в одном пентхаусе. Конечно, Дем отдавал себе отчет, что Лина – девушка с особенностями, но все же хотел попробовать начать с ней отношения. Месяц, пока длился срок аренды, у них был. Вернее, три недели. А потом Демьян что-то придумал бы. Честно говоря, он и не загадывал так далеко. Просто не успел. Да и неизвестно продлился бы этот роман дольше пары недель, они ведь только начинали узнавать друг друга…

Утром, когда их совместные фотографии утекли в сеть, возникли дополнительные трудности. Теперь же, после рассказа Руда и серфинга самого Демьяна в сети, сложность задачи поднялась на невероятную высоту.

Быть может, он поторопился, когда предложил Лине начать встречаться? Если бы знал, кто она в действительности, то не решился бы закрутить с ней роман… Хотя, даже в этом случае, не исключено, что вчера, под действием момента, он все равно повел бы себя так же.

Если мыслить рационально, то Лина – это одна большая проблема. И надо решать, нужна ли ему она. Особенно сейчас, когда он собирается уйти из агентства. Ввязываться в это сложное время еще и в сражение с Максимилианом Стрельцовым, было бы форменным безумием. Дем должен прилагать все усилия для того, чтобы сохранить актерскую карьеру и помочь семье, а не бросаться в спонтанный роман с непредсказуемыми последствиями.

Одно дело крутить роман с простой девушкой, пусть и довольно богатой. Другое – с владелицей гигантского состояния, влиятельный родственник которой щелчком пальцев может стереть тебя в порошок. Способов масса, даже не прибегая к криминалу, – оборвать приток денег в агентство «Серафим», сделать самого Демьяна этакой персоной нон грата в шоу-бизнесе, разрушить карьеру с помощью скандала… Не то чтобы Дем испугался, просто не чувствовал в себе сил вступать в эту схватку. Не был уверен, что оно ему действительно нужно – ведь он только несколько дней назад познакомился с девушкой, а значит, сможет забыть соседку как мимолетный сон…

Правда, следовало учесть один нюанс – Лина открылась ему, доверилась. Затворница, которая обитала на последнем этаже замка, пусть и против воли, впустила его в свою жизнь. Оттолкнуть ее от себя – равносильно тому, чтобы предать, нанести еще одну душевную травму, растоптать чувства. А чувства у Лины к нему определенно были. Вопрос в том, насколько серьезные. Вот же черт!..

С другой стороны, он, прежде всего, должен думать о своем положении, о семье, а не о новой знакомой, как бы сильно она ему не нравилась. Мало того, должен думать на перспективу. По уму продолжать взаимоотношения с Линой имело смысл только в том случае, если он планировал рискнуть и воспользоваться ее влиянием или финансами, а Демьяну от одной мысли о подобном было тошно.

Вероятно, Руд прав, он действительно дурак. Галин бросил взгляд на менеджера и горько усмехнулся.

Ладно, надо признать:

Каролина Стрельцова, как бы хорошо им не было вместе, не для него.

Она не его поля ягода, не его полета птица.

Лучше им сегодня вечером серьезно поговорить и все же разойтись друзьями. Для него лучше. Насчет Лины он уверен не был. Хотя и насчет себя, признаться честно, тоже…

Глава 21

Четверг. За 5 дней до…

К себе я поднималась с некоторым опасением. Да, безопасники уверили меня, что квартиру тщательно проверили, всех змей отловили, да и было их всего две и те неядовитые. Но все же чувствовала себя неуверенно, дом стараниями безумной преследовательницы Демьяна перестал быть моей крепостью и, кажется, фобий после вчерашнего у меня добавилось.

Когда я с некоторой настороженностью отворила дверь в квартиру, нос уловил аромат свежей выпечки. Я повесила пуховик в гардеробной, сняла ботинки, надела любимые тапочки с зайчиками, заботливо кем-то оставленные на привычном месте, и неторопливо направилась на запах.

Стол в столовой был накрыт на двоих, у плиты, в белоснежном кружевном фартуке поверх строгого форменного платья, кружилась Сатия.

– Госпожа, один момент, – с улыбкой обернулась ко мне личная помощница.

– О, блинчики! – приятно удивилась я.

– Они самые, они самые, – пробормотала Сатия, колдуя над сковородкой.

– Тогда я пока на минутку отлучусь в ванную.

Я прошлась по квартире. Заглянула в спальню, кабинет, даже гостевую… Выглядел дом так, словно вчерашние события мне приснились. Не было ни следов змей, ни толпы чужих людей. Все чисто, все вещи на своих местах. Все как всегда. Ребята хорошо постарались, чтобы все привести в порядок, и ничего не напоминало о недавнем происшествии. Жаль, что из памяти те несколько часов, что я простояла на столе, так же быстро стереть не получится.

Обычно Сатия не готовила мне завтрак, а лишь приносила заказанное из ресторана. На моей памяти она лишь пару раз сама вставала к плите, случалось это, только когда я болела.

В ванной я помыла руки и расчесала спутавшуюся после сна шевелюру. Неплохо было бы залезть в горячий душ и одежду сменить, но я и так задержалась. Блинчики остынут, Сатия будет недовольна.

И словно в подтверждение моих слов, в дверь постучали.

– Госпожа? Долго вас ждать? Все же стынет!

– Иду, иду, – со смехом отозвалась я, Сатия в своем репертуаре.

Я уселась за стол, напротив верной помощницы. Между нами на тарелке высилась гора исходящим паром блинов, вокруг которых во множестве были расставлены пиалы и тарелочки. Чего только не было – красная рыба и икра, творог и сметана, сыр и бекон, мед и три вида варенья, включая мое любимое – абрикосовое с косточками…

– У тебя офигенные блинчики! – умяв несколько штук вместе с начинкой, сказала я. – Почему я их раньше не пробовала?

– Ну, во-первых, готовка не входит в мои должностные обязанности, – хитро посмотрела на меня Сатия, – а во-вторых, ты никогда не просила меня сделать блинчики.

– Похоже, придется пересмотреть условия контракта. Я хочу их есть хотя бы раз в неделю!

– Это можно, – пытаясь сдержать довольную улыбку, кивнула помощница, а затем вдруг спросила: – Ты сама как после вчерашнего?

– Уже нормально. Но если бы мне на этом столе, – я хлопнула ладонью по поверхности, – пришлось простоять всю ночь, то не уверена, что мы бы с тобой сейчас разговаривали.