Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода - Анастасия Пенкина

этот человек пугал меня, обижал, подозревал. Но сейчас он был здесь. Несмотря на то, что ему было тяжело спуститься сюда, в место где убили его семью. Он все-таки пришел за мной.

И сейчас я не боялась ни его, ни темноты.

Глава 14

За лечение Корвина получилось взять только через два дня.

Мазь я приготовила еще вчера утром. На следующий день после того как мы выбрались из подземелья, я отнесла плесень Море. Она одобрила ночной сбор:

— Хорошая, правильная. С такой и нужно работать.

Она показала, что делать дальше. Высушить, растолочь, смешать с жиром. Настаивать всю ночь и до следующего вечера.

Я все сделала, как она велела.

Вечером, когда мазь была готова, я взяла поднос и пошла в восточное крыло.

На подносе стоял глиняный горшочек с мазью, чистая ткань для повязки и деревянная лопатка.

Теперь оставалось наложить компресс.

Я вошла в гостиную. Свечи горели в углах, пахло воском и сухими травами. Корвин сидел в кресле у камина в одной рубашке, расстегнутой на груди. Волосы влажные, будто он только что мылся.

Увидел поднос, нахмурился. Запах от мази шел не самый приятный.

— Что это?

— Лекарство, — ответила я невозмутимо. — Сними рубашку и ложись на кровать.

Генерал драконов не пошевелился.

— Сомневаешься?

— Да, пахнет мерзко, — честно ответил он.

— Но попробовать стоит, так что раздевайся.

Он усмехнулся, но поднялся. Перешел к кровати, сел на край. Стянул рубашку через голову, бросил на спинку стула.

Я поставила поднос на столик у кровати и села рядом с Корвином.

Он лег на спину, подложив руки под голову. Свет свечей падал на его грудь и живот, выхватывая из полумрака широкие плечи и мускулистые руки, узкую талию, длинные ноги. Мышцы перекатывались под кожей, когда он устраивался поудобнее.

Вот же… Я отвела взгляд.

Разлегся, будто султан, ожидающий представления от наложницы.

Но я тоже хороша, не время засматриваться на приятные женскому глазу телеса. Соберись, Аня.

Я открыла горшочек, зачерпнула мазь лопаткой. Запах был резкий, землистый, с кислинкой.

Начала с глубокого шрама на груди, края которого странно светились. Он остался от осколка, прошедшего насквозь.

Кожа дракона под моими пальцами была горячей и упругой. Я медленно, круговыми движениями втирала мазь, стараясь не думать о том, насколько близко я сижу.

— Что это за мазь? — спросил он, когда я зачерпнула очередную порцию.

— Из плесени, — ответила я. — Которая растёт в подземелье. Старуха научила.

— Старуха?

— Знахарка из леса. Она лечит оборотней. Сказала, что такая плесень помогает тем, у кого две ипостаси.

Корвин замолчал, переваривая, и я попросила его сесть и повернуться спиной. Теперь я наносила мазь на шрам под лопаткой. Пальцы скользили по его коже, и каждый раз я чувствовала, как под ними напрягаются мышцы.

Слишком близко... Слишком интимно.

Я задержала руку на его спине дольше, чем нужно. Чувствовала, как ровно и сильно бьется драконье сердце. Как поднимается и опускается его спина.

Мое собственное дыхание участилось. Я попросила Корвина повернуться ко мне лицом и положила поверх мази ткань. Пришлось нависнуть над ним, почти касаясь его лица, чтобы обернуть повязку вокруг туловища.

В голову полезли пошлые мысли. Я представила, как он тянет меня к себе, как целует, как его руки скользят по моей спине.

Я прикусила губу, заставила себя сосредоточиться.

Не время фантазировать. И что вообще за ерунда лезет мне в голову?

Я подняла взгляд. Корвин смотрел на меня. Его голубой глаз блестел в полумраке, второй скрывала повязка.

Он не отводил взгляд. Я… тоже.

— Я не знаю, поможет ли это хоть как-то, — произнесла я, стараясь придать голосу невозмутимости. — Но нужно с чего-то начинать.

— Не волнуйся, я не жду чудес, — сказал Корвин и сменил тему. — Ты за этой плесенью пошла в подземелье ночью, одна.

— Не одна, а с Гарретом.

— Но в итоге заблудилась и осталась одна.

— Так вышло, — я дернула плечами.

Корвин молчал, но я чувствовала как внимательно он смотрит на меня.

— Там что-то случилось, сделал он вывод. — Ты была напугана, когда я тебя нашел. Больше, чем если бы ты просто заблудилась.

Я не ответила. О случившемся в подземелье я не говорила ни Клариссе, ни Гаррету. Матушка могла подумать, что я лишилась рассудка как другие женщины из рода Блэкторн. А Гаррет… он был в подземелье, но ничего такого не видел и не слышал.

— Что случилось в подземелье, Розалинда? — спросил Корвин прямо.

Я отвела взгляд и неожиданно для себя призналась:

— Тени, — сказала я тихо. — И их жуткие голоса. Мне показалось... что из стен выходят фигуры, они что-то говорили, шептали.

Корвин внимательно слушал и не перебивал.

— Я не знаю, было ли это на самом деле, — продолжила я. — Может, я испугалась и страх нарисовал то, чего не было. Но мне было по-настоящему страшно.

Корвин взял меня за руку.

— Ты не должна была идти туда одна. Или с Гарретом. Я должен был пойти с тобой.

— Я понимаю почему ты отказался, — заверила я.

Он горько усмехнулся.

— Но ты пошла... Ради меня.

Я не ответила. Зачем отрицать то, что и так понятно?

Корвин сжал мою руку, потом отпустил.

— Спасибо, — тихо сказал он.

— Еще не за что, — ответила я, чувствуя как к щекам приливает предательский жар. — Увидим, поможет ли. Лежи так хотя бы час. Потом можешь снять повязку.

— Хорошо.

Я уже собралась встать, когда Корвин взял меня за руку.

Не грубо, не резко. Просто — положил свою ладонь поверх моей, пальцы переплел с моими.

Я замерла, глядя на наши руки.

— Розалинда, — тихо позвал Корвин. Голос его сел, стал ниже.

Я подняла взгляд на него. Он смотрел на меня. В его голубом глазу не было ни холода, ни насмешки. То, что я увидела, заставило сердце пропустить удар, гулко рухнув вниз.

— Что ты делаешь? — спросила я шепотом.

Он не ответил, потянул меня к себе, и я не сопротивлялась. Оказалась почти на нем, опираясь рукой о кровать рядом с его плечом.

Между нами не осталось расстояния. Я чувствовала его теплое, прерывистое дыхание на своей щеке. Сердце колотилось как безумное.

Он поднял свободную руку, коснулся пальцами моего подбородка, чуть приподнял мое лицо.

— Корвин... — выдохнула я.

Он не дал мне договорить.

Его губы мягко коснулись моих. Медленно, будто спрашивая разрешения. Я закрыла глаза и ответила на поцелуй.

Сначала осторожно, потом смелее. Рука Корвина скользнула мне на затылок, пальцы запутались в волосах. Другую, та что сплелась с моей, он прижал к