Замуж за Чудовище - Анюта Васильева

бушующим потоком мчится по венам, разнося по всему телу жар возбуждения, который, возрастая с каждым мгновением, усиливает внизу живота огненный шар, окончательно лишая рассудка.

В этом вихре страсти я окончательно стираю все границы.

Все мои страхи уходят, оставляя лишь желания и страсть. В воздухе витает запах нашей страсти, обостряя чувства. Каждое прикосновение мужчины — это искра, разряд тока пронзающий насквозь. Эти ощущения настолько остры, невероятны и где-то за гранью. Я теряю контроль полностью вверяя себя мужчине.

От непрерывных толчков взлетаю всё выше и выше. Каких-то пара мгновений и собравшийся внизу живота огненный шар лопается. Миллиарды разноцветных искр перед моими глазами, и я чувствую, как с обрыва лечу вниз.

Демид со мною как с маленькой. Целует в висок, гладит плечи, и убирая взмокшую от пота прядь волос мне за ухо, спрашивает уже не в первый раз, то, как я себя чувствую?

— Всё хорошо. Я сейчас полежу и пройдёт. — улыбаюсь.

— Ты бледная, Дарина, и ты пугаешь меня. — голос Демида в самом деле взволнованный.

Я и сама боюсь честно признаться, но Демида пугать не хочу.

Я впервые в жизни узнала, что такое быть женщиной по-настоящему, и каково это, получать удовольствие от секса. Я испытала самый настоящий оргазм и в этих невероятных ощущениях забылась настолько, что не заметила, как мышцы живота и бёдер сковал спазм. Сейчас мне хорошо, легко, но вместе с тем очень страшно.

— Давай врача вызову.

— Не нужен врач. Я в душ хочу.

— Уверена? Ты всё ещё бледная.

— Мне уже значительно легче. — прикусываю язык. Понимаю, что, по сути, я проговорилась.

— Завтра днём мы идём к врачу! — строго!

Ничего не отвечаю, только опускаю взгляд. Моё “нет” сейчас ничего не решит, я это понимаю и конечно, меня слегка это напрягает.

Демид, он очень суровый. Ещё в начале нашей с ним супружеской жизни, я понимала, перечить Аскарову не стоит.

Всё равно будет так, как он сказал.

— Идём. Помогу тебе помыться.

— Демид…

— Не спорь!

А есть ли смысл спорить?

Аскаров помог мне заплести такую косу. Он сказал что делал это впервые, но для первого раза получилось у него хорошо.

Аккуратно под тёплыми струями душа намылив моё тело, Демид, нежностью своей дарил успокоение. Наконец я полностью пришла в себя и после водных процедур, укутав меня в большое махровая полотенце, на руках мужчина отнёс меня обратно в постель. Кажется, стоило только прилечь. Почувствовать, как сильные мужские руки обнимают со спины. Я тут же уснула.

* * *

Чувство тревоги, или может быть какого-то волнения заставляет меня распахнуть глаза. За окном темно, но я всё же понимаю, что совсем скоро наступит утро.

Аскарова рядом нет. Меня это здорово напрягает и я, встав с постели ищу глазами халат. Впрочем, я его и не доставала из гардеробной, откуда ему тут взяться.

Слышу голос Демида где-то вдалеке дома. Возможно, он в своём кабинете. Меня словно магнитом тянет к нему. Стянув с постели покрывало укутываю в него и очень тихо на цыпочках бреду по коридору на звук голоса своего мужа.

— Прекрати истерику, Илона. Всё уже случилась и обратно переиграть ничего нельзя!

Моё сердце обрывается, голова идёт кругом и ноги подкашиваются. Каким-то усилием я заставляю себя устоять на ногах и идти дальше. Я сама должна всё это услышать.

43 Глава

Аскаров стоит посреди своего кабинета ко мне спиной. Остановившись у порога, смотрю мужчине в спину. Я слышу голос Илоны, но разобрать, что именно она говорит, я не могу. Единственное, что понимаю, она не то, действительно истерит, не то плачет.

— О боги. Что я все эти годы мог в тебе находить? — этот вопрос Демид задаёт как будто бы сам себе. — Ты же пустышка!

Неожиданно Аскаров отстраняет телефон от уха, включает громкую связь!

— … твоя сучка малолетняя, что присосалось к тебе как пиявка, пустышка! Да с ней же даже поговорить не о чем.

— Во-первых, язык свой попридержи. Tы о моей жене говоришь! — от тона мужчины по коже пронёсся озноб. Демид, неспешно поворачивается и кладёт телефон на стол, только после этого поднимает на меня взгляд. — Во-вторых, с ней не только есть о чём поговорить, с ней и помолчать мне в кайф! — отвечает Илоне, но смотрит в мои глаза, и будто бы мне тоже говорит это.

— Не смеши меня, Аскаров. Ещё скажи, что влюбился! Ты же никого не видишь, кроме себя. У тебя один бизнес на уме! — женщина как-то резко замолкает, и чуть позже, я понимаю почему. Взяв себя в руки, Илона заговорила уже совсем другим голосом. — Демид, нам хорошо было вместе. Ну хочешь, мы с тобой поженимся. Ты ведь хотел этого. Я ребёнка твоего приму, и как родного воспитаю.

От слов женщины я вздрогнула, а по лицу самого Аскарова скользнула тень. Его глаза приобрели звериный блеск, он плотно сомкнул челюсть, и я видела, как от злости у Демида заходили желваки.

— Женится? Ты в своём уме, Илона? Сколько мне было, когда я этого хотел, восемнадцать?

— Почти двадцать! — Демид усмехается.

— Тебе своих собственных детей заводить опасно. У тебя даже пёс сдох от голода. Потому что ты укатила на Мальдивы, забыв про него. Никогда моего ребёнка не будет воспитывать чужая женщина, — у него есть мать!

— Демид, ради нашей прошлой дружбы, умоляю...

— Я сотню раз тебе говорил, — не играть в азартные игры! Ты в казино поплелась на трезвую голову, а значит, отдавала отчёт в своих действиях. И давай смотреть правде в глаза. Ты даже когда слишком пьяна, хорошо соображаешь.

— Я была не в себе.

— Единственное, чем могу помочь тебе, — попробовать переговорить с Донцовым, чтобы тот оставил тебе два брошенных тобою салона в провинции.

— Ты издеваешься? От них дохода, максимум триста тысяч в месяц.

— Это пассивный доход! Ты ими не занимаешься. Попробуй начать всё с нуля. Может, поумнеешь!

— Я не смогу одна! — скулит женщина.

— Не вижу смысла продолжать этот бессмысленный разговор. Я озвучил тебе то, что могу для тебя сделать. На этом всё!

Аскаров сбросил вызов и посмотрел на меня уже более внимательно.

— Где ваша воспитанность, девушка? — против воли я заливаюсь краской, но и улыбки своей сдержать не могу. Потому что глаза Демида мне улыбаются.

— Она что-то проиграла? — задаю вопрос, спешно перебирая ножками, подхожу ближе к своему мужу.

— Она всё проиграла. Всё, представляешь! И бизнес Балашова, и свои салоны на кон поставила.

— Зачем она так поступила?