Измена: Любовница Носит Моё Лицо - Виктория Северина

class="p1">— А мне можно.

Кассиан промолчал.

Селеста усмехнулась.

— Конечно.

— Ты способна удерживать её лучше.

— Потому что ношу её внутри.

— Да.

Ответ прозвучал спокойно.

Селесту передёрнуло.

— Как удобно.

Кассиан подошёл.

— Если она жива, положение опасно и для тебя.

— Для меня.

— Именно.

— Не для тебя?

Он нахмурился.

— И для меня.

— Но лицо распадается у меня.

— Селеста.

— Имя забывают моё.

— Перестань.

— Сын отдёргивается от меня.

Кассиан взял её за плечи.

— Послушай.

Она не вырвалась.

— Найди её.

Голос стал тихим.

Убедительным.

Тем самым, которым он когда-то объяснял, почему маленький перенос безопасен.

— Если связь продолжит колебаться, ты начнёшь терять больше.

Селеста смотрела.

— Что?

— Я не знаю.

— Лицо?

— Возможно.

— Голос?

— Возможно.

— Воспоминания?

Кассиан помолчал.

— Возможно.

Селеста почувствовала настоящую панику.

Он сразу увидел.

— Поэтому нельзя ждать.

— А если она умрёт?

— Всё закрепится.

— Точно?

Кассиан не ответил мгновенно.

Этого оказалось достаточно.

— Точно? — повторила Селеста.

— Насколько это возможно.

Она рассмеялась.

Коротко.

— Теперь даже ты не уверен.

Кассиан сильнее сжал её плечи.

— Я уверен, что её существование мешает системе завершиться.

— Системе.

Селеста посмотрела на его руки.

— Отпусти.

Он отпустил.

Она подошла к окну.

Город за стеклом жил обычным утром. Кареты. Слуги. Дым. Кто-то торговался возле соседнего дома. Где-то в этом городе жила женщина, которую почти никто не мог запомнить.

Селеста могла.

И впервые это оказалось не преимуществом.

Она нашла Лиану через три дня. Не при помощи людей Кассиана и не благодаря какой-то особенно умной магии. Просто пошла по тем местам, которые всё ещё всплывали в украденной памяти. Старый квартал. Дом Безымянных. Серое здание с маленькой вывеской «Имена». В первый день Селеста прошла мимо дважды и каждый раз чувствовала странное давление под висками. На третий остановилась напротив и вдруг вспомнила женщину, сидящую в гостиной Кассиана с вышитой салфеткой на коленях. Рена Эст. Потом Хранитель. Роэн Вальд. Это воспоминание принадлежало Лиане, и именно оно удержало направление.

Селеста пришла вечером.

Одна.

Кассиан дал ей небольшой нож с тонким тёмным лезвием. Не ритуальный. Обычный, только с наложенной печатью, способной остановить сердце быстрее простого удара. Селеста спрятала оружие под плащ и всю дорогу старалась не касаться рукояти.

Дверь Дома Безымянных открыл мужчина, которого она сразу узнала.

Роэн.

Он посмотрел на неё и нахмурился.

— Вы кто? — спросил Хранитель. Потом взгляд задержался на лице чуть дольше, словно что-то в нём показалось неприятно знакомым.

Селеста почувствовала почти облегчение.

Он не узнал.

— Мне нужна Лиана, — сказала она.

Роэн изменился.

Не сильно.

Но рука сразу легла на косяк, закрывая проход.

— Какая?

Селеста усмехнулась.

— Ты знаешь.

Он посмотрел внимательнее.

— Имя.

Она молчала.

— Ваше имя, — повторил Роэн.

Селеста почувствовала раздражение.

— Лиана Вейр.

Роэн не моргнул.

— Нет.

Одно слово ударило сильнее, чем должно было.

— Что?

— Вы не та Лиана, которая назвала мне это имя.

Селеста почувствовала холод.

Вот оно.

Человек, который помнит.

— Значит, она здесь, — сказала она.

Роэн не ответил.

— Я не пришла сражаться с тобой.

— Очень утешает.

— Мне нужно поговорить.

— Сначала назовите своё имя.

Селеста сжала челюсть.

— Зачем?

— Потому что в этом доме люди называются сами.

Она почти рассмеялась.

— Селеста Моррен.

Имя прозвучало тяжело.

Роэн несколько секунд смотрел.

Потом кивнул.

— Подождите.

Он закрыл дверь перед её лицом.

Селеста осталась на улице.

Это унижало.

Она, жена Кассиана Вейра, стояла у какой-то мрачной конторы среди холодного ветра и ждала разрешения войти к женщине, чью жизнь забрала.

Нет.

Не её жизнь.

Она сразу поправила себя.

Потом разозлилась, потому что уже понимала, насколько глупо звучит эта поправка.

Дверь открылась снова.

Роэн отступил.

— Она согласилась.

Селеста вошла.

Внутри пахло бумагой, уксусом и старым деревом. Где-то ниже чувствовался холод, знакомый по лечебным помещениям и моргам. Селеста старалась не думать, сколько мёртвых находится под этим полом.

— Оружие оставьте, — сказал Роэн за спиной.

Она резко обернулась.

— Какое?

— То, что под плащом.

Селеста замерла.

— Откуда знаешь?

Он пожал плечами.

— Люди, пришедшие просто поговорить, реже держат локоть так близко к боку.

Она почувствовала раздражение.

— Я не отдам.

— Тогда разговор будет при мне.

— Нет.

Роэн смотрел спокойно.

Селеста тоже.

Из коридора донёсся хрипловатый женский голос:

— Пусть входит.

Селеста перестала дышать.

Голос.

Другой.

Но она узнала.

Не ушами.

Чем-то внутри.

Роэн повернул голову.

— Уверена?

— Да, — ответила Лиана из комнаты. — Если захочет убить, ты всё равно прибежишь на шум.

— Ты удивительно веришь в мою скорость.

— В твою привычку вмешиваться — гораздо больше.

Селеста почувствовала странный укол.

Они говорили легко.

Привычно.

Это почему-то разозлило.

Роэн всё-таки отошёл.

— Дверь остаётся открытой, — сказал он Селесте. Потом добавил уже холоднее: — И если достанете нож раньше, чем она закончит говорить, я сломаю вам руку.

Селеста усмехнулась.

— Как благородно.

— Нет.

Роэн посмотрел на неё.

— Просто не люблю убийства в рабочем помещении.

Он ушёл.

Селеста вошла.

Лиана сидела у окна.

Первое мгновение Селеста не узнала её.

Вообще.

Перед ней была женщина в простом тёмном платье, с распущенными по плечам волосами и лицом, которое не совпадало ни с одним знакомым образом. Левая щека покрыта грубой неровной тканью шрама. Висок стянут. Угол губ чуть поднят, поэтому спокойное выражение казалось насмешливым. Родинки не было.

Селеста остановилась.

Лиана посмотрела.

Не встала.

— Значит, всё-таки пришла, — сказала она.

Голос.

Хриплый.

Чужой.

И всё равно внутри Селесты что-то болезненно отозвалось.

— Ты знала? — спросила Селеста.

Лиана усмехнулась.

— Не настолько хорошо думаю о себе.

Она указала на второй стул.

— Сядешь?

Селеста не двигалась.

Смотрела на лицо.

На последствия.

Вот что осталось.

Она видела повреждения раньше в зеркальных обрывках, но не так. Там всё исчезало быстро. Здесь женщина дышала, моргала, двигала губами. Шрам был живым.

— Что? — спросила Лиана. — Не нравится работа Кассиана?

Селеста вздрогнула.

— Я не…

— Не начинай.

Лиана подняла ладонь.

— Если пришла рассказывать, что не знала, сразу уходи.

Селеста сжала пальцы.

— Я не знала всего.

— Это другое.

— Да.

Лиана посмотрела внимательнее.

Селеста всё-таки