Измена: Любовница Носит Моё Лицо - Виктория Северина

села.

Между ними стоял маленький стол.

На нём лежало зеркало.

Селеста заметила и отвела глаза.

— Когда всё началось, я правда не понимала, — сказала она. Слова звучали заранее подготовленными, хотя она никому их не репетировала. — Кассиан говорил, что это усиление. Что можно перенять отдельные черты, не отнимая их у другого человека полностью.

Лиана кивнула.

— Верю.

Селеста замерла.

— Что?

— Верю, что сначала ты не знала.

От этого стало почему-то хуже.

— Потом начала догадываться, — продолжила Селеста. — Когда появились воспоминания.

— Мои.

— Да.

— И родинка.

— Да.

— И голос.

Селеста стиснула зубы.

— Да.

Лиана смотрела спокойно.

Без крика.

Без ярости.

Селеста почти хотела, чтобы она закричала.

— Когда ты поняла точно? — спросила Лиана.

Селеста отвела взгляд.

— Не знаю.

— Знаешь.

— Всё происходило постепенно.

— Я тоже постепенно умирала. Дату назвать могу не для каждой части.

Селеста почувствовала боль.

— Не надо.

— Ты пришла меня убить, а я должна беречь твои чувства?

Слова прозвучали без злости.

Это было хуже.

Селеста посмотрела.

— К моменту той комнаты, — сказала она. — Когда были люди. Кольцо. Адриан.

Лиана не двинулась.

— Тогда знала?

— Да.

— Что у меня забирают имя?

— Да.

— Что для меня всё может закончиться смертью?

Селеста молчала.

Лиана ждала.

— Кассиан говорил, что ты уже почти не удерживаешь связь, — сказала Селеста. — Что после завершения…

Она остановилась.

— После завершения что?

— Тебя почти не останется.

Лиана кивнула.

— Значит, знала.

Селеста закрыла глаза.

— Да.

Тишина.

С улицы донёсся шум колёс.

Кто-то прошёл по коридору.

Обычный вечер.

— И всё равно согласилась, — сказала Лиана.

Селеста открыла глаза.

— Да.

Вот это оказалось самым тяжёлым словом за последние недели.

Не «Лиана».

Не «Селеста».

Да.

Лиана медленно кивнула.

— Хорошо.

Селеста нахмурилась.

— Ты всё время говоришь «хорошо».

— Потому что теперь хотя бы не врёшь.

— Я не прошу прощения.

— Прекрасно.

Лиана слегка откинулась на спинку стула.

— Я и не собираюсь прощать.

Селеста почувствовала раздражение.

— Я не сказала, что заслуживаю.

— Тогда о чём спор?

— Не знаю!

Она встала.

Слишком резко.

Стул ударился о пол.

Лиана не дрогнула.

— Ты сидишь и смотришь так, будто всё уже поняла, — сказала Селеста. Голос стал выше, и на последних словах неожиданно прорезалась её старая интонация. — Будто я просто однажды решила: да, убей жену, мне нужен её дом.

Лиана подняла глаза.

— Нет.

Селеста замолчала.

— Ты долго к этому шла, — продолжила Лиана. — Сначала влюбилась в женатого мужчину. Потом решила, что его брак уже умер. Потом поверила, что берёшь только то, чем я всё равно не пользуюсь.

Селеста побледнела.

Это были её мысли.

Не украденные.

Собственные.

— Потом стало поздно отступать, — сказала Лиана. — Потом жалко потерять то, что уже получила. Потом ты решила, что если я всё равно исчезаю, глупо отказываться от победы.

Селеста смотрела.

— Откуда…

Она не закончила.

Лиана усмехнулась.

— Потому что люди не так уж оригинальны.

Селеста села обратно.

Силы внезапно ушли.

— Да, — сказала она тихо. — Именно так.

Лиана отвернулась к окну.

— Хорошо.

— И тебе этого достаточно?

— Для чего?

— Чтобы ненавидеть.

Лиана задумалась.

— Я ненавижу то, что ты сделала.

Селеста ждала.

— А тебя?

Лиана пожала плечами.

— Не знаю.

Ответ удивил.

— Почему?

— Потому что на ненависть к тебе у меня сейчас слишком много другой работы.

Селеста невольно усмехнулась.

Потом лицо снова стало серьёзным.

— Ты могла сказать, что я заслужила.

Лиана посмотрела.

— Что именно?

Селеста коснулась тёмного следа на щеке.

— Это.

Лиана несколько секунд молчала.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я слишком долго слушала мужчину, который решал, какая женщина заслуживает сохранить лицо, имя, память и жизнь.

Она покачала головой.

— Не хочу учиться у него.

Селеста почувствовала, как внутри что-то сжалось.

— Но ты не прощаешь.

— Нет.

— Даже если я всё признаю?

— Особенно не ради этого.

Лиана наклонилась чуть вперёд.

— Ты помогла уничтожить женщину ради мужчины и чужой жизни. Не потому, что была глупой девочкой до самого конца. Ты знала достаточно и продолжила.

Селеста опустила глаза.

— Да.

— Вот с этим и живи.

Фраза.

Та самая.

Когда-то Лиана уже говорила ей почти это.

После признания про постель.

Теперь смысл стал другим.

Селеста положила руку на плащ.

Пальцы наткнулись на рукоять ножа.

Лиана увидела.

Конечно.

— Кассиан отправил? — спросила она.

Селеста подняла глаза.

— Нет.

Лиана усмехнулась.

— Тогда нож сам пришёл.

Селеста медленно вытащила оружие.

Тёмное лезвие блеснуло.

Лиана не встала.

Только посмотрела.

— Он сказал, что если ты умрёшь окончательно, связь закрепится.

— А ты поверила.

— Я не знаю.

— Но пришла.

Селеста сжала рукоять.

— Моё лицо разрушается.

— Вижу.

— Я начинаю терять части.

— Какие?

— Пока не знаю.

Лиана кивнула.

— Удобно.

Селеста почувствовала злость.

— Тебе легко.

— Правда?

Лиана провела пальцами по шраму.

— Расскажи ещё.

Селеста закрыла глаза на мгновение.

— Не это имела в виду.

— Тогда что?

— Ты уже потеряла.

Слова вырвались сами.

Лиана замерла.

Селеста продолжила, хотя уже понимала, насколько мерзко звучит:

— Тебе больше нечего удерживать.

Тишина.

Лиана медленно встала.

Теперь они стояли друг напротив друга.

— Вот тут ты ошибаешься, — сказала она. Голос был тихим. — У меня осталось ровно то, ради чего ты сюда пришла.

Селеста сжала нож.

— Что?

— Я.

Это слово не прозвучало красиво.

Просто факт.

Селеста почувствовала раздражение, страх и ещё что-то, чего не могла назвать.

— Если ты останешься жива, я могу потерять всё.

— Возможно.

— Имя.

— Моё.

— Оно уже моё!

Селеста повысила голос.

Лиана не отступила.

— Тогда почему его приходится защищать ножом?

Слова ударили.

Селеста шагнула вперёд.

Лезвие поднялось.

До груди оставалось меньше вытянутой руки.

Лиана смотрела.

Не на нож.

На неё.

— Давай, — сказала она.

Селеста побледнела.

— Не провоцируй.

— Я не провоцирую.

Лиана развела руки совсем немного.

— Ты за этим пришла. Делай.

Селеста почувствовала, как сердце колотится.

— Замолчи.

— Кассиан сказал, что после этого всё станет правильно?

—