Босс под полтос. Вместе из мести? - Виктория Борисовна Волкова

– Не сочиняй, – морщится негодующе Глеб.— Сначала выкупи эти участки. Потом поговорим… — смотрит многозначительно. Видимо, если Богдан себя проявит, даст добро на участок старого элеватора. Вон, он виднеется за деревьями. Место шикарное. Сухонос кого только в больших кабинетах не уговаривал, никто не позволил…

А тут сам губер намекает.

– Завтра выкуплю,— припечатывает взглядом Дася. – Нас с Марго утром нотариус ждет. А ты пока готовь свои предложения.

– Вот ты шустрый, как понос,— бурчит довольно Портнягин. – Ладно, мне пора,— пожимает руки друзьям детства. Поворачивается к Ясе.— Тебя подвезти?

– Я сама,— упрямо заявляет та.

И минут через десять после губера уходит.

Мы тоже возвращаемся к себе. Садимся на террасе пить чай с малиновым вареньем и эклерами. Из дома, кутаясь в плед, словно приведение выползает Майка.

– Богдан,— Майя садится за стол напротив нас. – А фотки уже готовы? Ты говорил, будут сразу. Я посмотреть хочу. И похвастаться. Вы же самая красивая пара у нас в Агдальске.

– Это мама твоя - красивая. Талия осиная. А я так… табло лосиное, — смеется Дася.

– Ну скажешь тоже! – возмущаюсь я. – Не говори так… Я же тебя выбрала!

– Не-а, — довольно ржет Сомов. – Это я тебя выбрал. Как фотку в досье увидел…– проговаривается ненароком.

– В досье?— эхом тянет Майя. – В каком еще досье?

– Кхмм, – закашливаюсь я. Ребенку не обязательно знать о нашей войне с ее папой.

Глава 51.

– В таксопарке, Футболка, – самодовольно заявляет Сомов. Демонстративно переводит разговор.— О, уже фотки подъехали. Держи! – кидает ссылку.

А сам поворачивается к брату.

– Как думаешь, Глеб согласится?

– Естественно. Только опять дурацких требований вагон выдвинет, — морщится Егор. Тянется за эклером. Съедает в два приема. Как Дася.

В каком медвежьем углу вас воспитывали, мальчики?

Чуть не ору в голос.

Но молчу. Егор Олегович — человек посторонний. Пусть его, кто другой одергивает. А мне Даси хватает!

– Что ты делаешь?— заглядываю в экран к дочери.

– Открывает врата ада, – ржет Богдан.

– Что? Зачем?— ничего не понимаю.

– Петя просил ссылку ему прислать. Я заодно отправила папе, бабушкам и Нине. Мы же одна семья…

Что?

Меня опаляет багрянцем. Алеют уши, жар, кажется,, пронизывает до костей.

Сейчас начнется.

И, конечно, первой звонит мама.

– Я от тебя такого не ожидала, Маргарита!

– Прости, – только и могу выдохнуть.

Не оправдываюсь, не объясняю. Все равно, никто не поверит. В срочном порядке организовать свадьбу только Дася способен.

– Тем более был губернатор. Ты просто обязана была меня с ним познакомить…

– Зачем?— интересуюсь на всякий случай.

– Я хочу устроить выставку своих работ в нашем музее. Он может помочь? Поговори с ним, — заявляет она с напором.

Нормальный поворот! Но в этом вся мама. Она рисует, а я пою.

– Спасибо за поздравления! – забирает у меня трубку Дася. – Мы обязательно устроим праздник. Это так… репетиция была, – сообщает радостно.

– Спасибо, Богданчик, – ласково откликается мама. - А то от Маргариты ничего добиться нельзя. А что касается выставки…

– Давайте лучше в Пушкинском музее устроим, — неожиданно предлагает Сомов. – И закрытую распродажу. Или аукцион…

– А можно?— неуверенно бросает мама.

– Нужно! — заявляет мой новый муж. Ясное дело, хочет выпендриться.

Обходит Сухоноса на повороте.

Пас! Штанга! Х*р! Гол!

И сразу становится намбер ван у тещи.

– У тебя есть знакомые в Пушкинском музее?— поднимаю глаза на любимого.

– Мм… да, — закончив разговор, Сомов закидывает в рот макарунс. И кивает с набитым ртом.

– Богдан у нас меценат. Помогает культурным объектам в Долганово, – улыбается Егор.

– А Пушкинский музей? — уточняю на всякий случай. Мне почему-то Московский представляется…

– Так, у нас в Долганово, – вздыхает Дася.— Музей имени Пушкина. И тещеньку порадуем, и продажи коттеджей поднимем… Купившему коттедж…— задумчиво тянет Дася.

– Копилка в подарок?— подхватывает Егор…

– Нее, — мотает головой Богдан Олегович. – Картина от заслуженной художницы Агдальска. Эксклюзивный подарок. Представляю, сколько она их наклепает.

– Мама обидится, — предупреждаю на всякий случай.

– Отличный бонус, Марго. Я даже не рассчитывал…Ну что, Маета, ты всем фотки со свадьбы отправила?

– Кроме семьи, еще Насте Вольтовой, – признается дочка. – Это моя подружка. Ее папа – известный айтишник…

– Вот и хорошо. Ярославе тебя не удалось обогнать. Она только на канале светской хроники опубликовала. Свадьба года, так сказать… — улыбается Богдан.

– Покажи, – тянусь к Дасиному айфону.

– А вот смотри…

По диагонали пробегаю взглядом по фоткам, выбранным с любовью. Читаю коротенькую статью о свадьбе десятилетия. Проваливаюсь в комменты, где мои зрители пишут добрые слова и поздравления.

Прижавшись к теплому боку мужа, утираю слезы умиления.

Классно-то как! И неожиданно натыкаюсь на странный комментарий о том, как глупая свадьба отвлекает народ от главных новостей года.

А ну-ка! Откуда хейт подъехал?

Пролистываю ленту вверх и с изумлением гляжу на большой пост-анонс о нашем театре. Постановка Чикаго с новыми артистами и пространными намеками, что старые всем надоели. Уволились — и скатертью дорога. Театр – это не частная лавочка. Он служит людям…

Да йошкин кот!

 Сжимаю кулачки, кипя от негодования. И только потом обращаю внимание на рейтинги.

Да на наших новостях уже в три раза больше лайков. И просмотры зашкаливают.

И улыбаюсь мстительно.