Ветвь Арутты - Елена Кароль

— Вот и я так же думаю. Большинство обычных людей и впрямь посчитали бы тебя за монстра, и могли причинить вред, просто в силу своей необразованности. Но видишь ли, мало кто знает, что первые эльфы могли становиться деревьями. Сами эльфы это старательно скрывают, но у них для этого свои причины. Причем самое смешное, не стыд за свое происхождение, а досада на то, что нынешнему поколению это недоступно. Давно уже недоступно, если уж совсем честно… В общем, всё сложно.

— Ого… — пробормотала растерянно, когда Кирьян сделал паузу. — Тибальд не говорил… И в учебниках этого нет!

— Ещё бы, — пренебрежительно хмыкнул ловчий. — В учебниках этого нет, только в закрытых архивах со спецдоступом. Для эльфов это позор — лишиться былого всемогущества. Думаешь, просто так одна из ветвей практически выродилась? Нет, сладкая моя, всё взаимосвязано.

— Каким образом?

— Родственные браки никому на пользу не идут, — цыкнул демон. — И если у людей это выражается прежде всего в телесных уродствах, то у прочих рас, сильных магически, все немного иначе. Да, вначале будет всплеск магически одаренных детей, но следом всё равно придет угасание. Причем куда более сильное и неминуемое. Отклонения в магии, отклонения в психике, бездетность — эти уродства могут быть не видны внешне, но от этого не перестанут быть уродствами. А итог всё равно один — гибель расы, как таковой.

— Хочешь сказать… — прошептала, не веря в дикость собственных слов, — что родоначальниками целой расы действительно были всего двое? Одна эльфийка-арутта и один эльф-мэллорн?

— Честно? Не знаю, — Кирьян пожал плечами. — Может и нет, но факт остается фактом, эльфы вырождаются. Чистокровных всё меньше, а из-за своей идеологии и нетерпимости к прочим расам им приходится вступать в родственные браки между собой. Элементарная биология, Есения. Нынешний Владыка пытается переломить ситуацию, собирая ко двору полукровок, но опять же далеко не всех, а лишь «избранных». Но что-то мы увлеклись… Как себя чувствуешь?

— Есть хочу, — призналась пару секунд спустя, после того, как прислушалась к своему организму. — В остальном всё нормально. И мне… — вздохнула, — не по себе от всего этого. Всё равно что выйти на улицу голой и вдруг обнаружить, что это никому не интересно.

— О, тут ты не права, — ухмыльнулся Кирьян, ловко разворачивая меня к себе так, что я оказалась лежащей у него на коленях, причем ни капельки не прикрытая одеялом. — Как минимум это интересно мне! Оч-чень интересно!

— А ты вообще извращенец, — рассмеялась, потому что просто не смогла оставаться серьезной, когда он так себя вел. — Древофил!

— Кто-кто? — не понял слово, которое я сама придумала только что. Объяснять я не спешила, предпочтя гнусно хихикнуть, и демон снова ухмыльнулся: — Ладно, сочту за комплимент. Тебе завтрак в постель или как?

— В постель!

А что? Мне надо! У меня, можно сказать, мир с ног на голову перевернулся только что! Причем, судя по тому, как нервно трясутся руки и капельку губы, он ещё не закончил свои кульбиты.

— А возьми-ка вот это, — Кирьян сунул мне в руки крупный камень силы, заряженный под завязку, и только после этого бережно переложил обратно на подушки. — Держи, не отпускай.

— Зачем? — удивилась, потому что куда охотнее подержалась бы за него, но ловчий уже отошел к двери, чтобы крикнуть кого-нибудь из прислуги.

— Есть идея, — туманно отозвался демон и немного отвлекся, давая распоряжение подошедшей Лоре. Вернулся ко мне и только после этого продолжил: — Судя по этой тетради и твоим собственным рассказам, твоё развитие застопорилось три года назад. А так как арутта всё же магическое дерево, то нуждается не только в правильном поливе и подкормке, но и своевременном магическом вливании. Вот скажи мне, как часто ты ходила в лес, когда жила в Одмуне?

— Ну… — Я мысленно прикинула и пожала плечами. — По-разному. Иногда пару раз в неделю, иногда раз. Большие перерывы были редкостью.

— А всё почему? — уточнил демон, словно подталкивая меня к верному выводу.

Но мне было не до разгадывания загадок, поэтому я просто спросила:

— Почему?

— Потому что ты инстинктивно тянулась к магической аномалии, впитывая магию кожей, — Кирьян с умным видом наставил на меня палец. — А может и не только кожей, да? Признавайся, что ты обычно делала в Гиблой Пади кроме сбора трав?

— Я… — несколько раз ошалело сморгнула и, не веря самой себе, прошептала: — Ела.

— Кого? — ловчий аж воздухом поперхнулся.

— Цветочки, — хихикнула, смущенно прижимая пальцы ко рту и глядя на Кирьяна шальными глазами. — И веточки. В принципе растения. Так это получается я не просто так ела? А потому что не хватало магических микроэлементов? Инстинктивно, да?

— Тебе это нравилось? Ты чувствовала себя лучше? — вместо ответа демон закидал меня вопросами, и я просто кивнула, не веря, что объяснение моей ненормальной тяги жевать всё, что только подворачивалось под руку, лежало прямо на поверхности.

А ведь и в теплицах мне больше нравились «элитные» магические растения мастера, а не банальные кабачки с петрушкой! Даже если откровенно горчили!

— Дай-ка… — Кирьян неожиданно склонился ко мне и ловко вытащил камень силы из моих, казалось бы, крепко стиснутых пальцев. — Ну вот! Что и требовалось доказать. Оцени.

— М-м, что? — сначала просто непонимающе перевела взгляд на его ладонь, где лежал серьезно потускневший камень, но потом прищурилась, всматриваясь в его нутро магическим зрением, и ахнула: — Да он почти пустой! Но как такое может быть? Я ведь не маг! Я просто физически не могу впитывать магию!

— А кто тебе сказал, радость моя, что ты не маг? — многозначительно ухмыльнулся ловчий и подкинул на ладони камень, чтобы в следующую секунду крепко сжать его в кулаке, а ещё через пять вручить мне полностью заряженный. — Кушай, Есения. Маленьким детям нужно очень хорошо питаться, если они хотят вырасти в больших и красивых принцесс.

— В смысле, маленьким? — уточнила насторожено, хотя камень приняла и сразу крепко сжала его в левой ладони, на этот раз очень хорошо чувствуя, как в меня льётся крохотный освежающий ручеек сырой энергии.

— Тебе всего пять лет, — снисходительно пояснил Кирьян, но в глазах в этот момент промелькнуло странное.

— Телу, — согласилась… И вздохнула.

— О, нет.

— Да.

— О, нет!

— Ага.

— Всё, добей меня.

Ну, я и рассказала. А чего теперь скрывать? Про другой мир, смерть в девятнадцать, перерождение в дереве…

В подробности сильно не вдавалась, всё же это заняло бы слишком много времени, но и этого Кирьяну хватило, чтобы надолго впасть в задумчивость и по итогам размышлений глубокомысленно констатировать:

— Значит, ты взрослая.

— Мне