Вторая молодость Фаины - Адель Хайд

— Вот и славно! А теперь давайте немножко приведём себя в порядок и пойдёмте обратно. Уверена, что там вас кавалеры заждались. Вы же только один танец танцевали? — переключилась на другую тему Раиса Леонтьевна

— Только один, — кивнула я, уже начав продумывать, как завтра лучше организовать встречу.

— Пойдёмте, Фаина Андреевна, завтра будете думать, — потянула меня из комнаты Раиса Леонтьевна.

Но когда мы вышли с Раисой Леонтьевной в зал, то я поняла, что все мои усилия по мирному урегулированию конфликта с князем Дуловым провалились.

Не в самом танцевальном зале, но чуть ближе к выходу стояла группа людей, в основном мужчины, и оттуда доносились звуки скандала. Мы с Раисой Леонтьевной переглянулись, и она решительно пошла в ту сторону. Мне ничего не оставалось, как только пойти следом.

Когда мы подошли, стало понятно, что князь Дулов человек не воздержанный, видимо, ни в еде, ни в питье, ни в остальных грехах, и похоже, что он, может от духоты, а может и выпил где-то ещё больше, только выглядел он совсем невменяемым, и было заметно, что теперь ему «море по колено». Участниками скандала были князь Дулов и штабс-капитан Орлов.

— Это недостойно оскорблять женщину, особенно в её отсутствии, — говорил штабс-капитан, видимо, продолжая начатый диалог

И тут князь Дулов поднял взгляд и увидел меня. У него появилась мерзкая ухмылочка на лице, и он сказал:

— Но почему же в её отсутствии? Вон, она присутствует собственной персоной!

Все стоявшие вокруг тут же обернулись и посмотрели на меня. Я сжала руки в кулаки, ногтями впившись в ладони, чтобы хоть как-то удержаться от того, чтобы не убежать.

— У вас ко мне какие-то претензии, князь? — резко, громко и жёстко спросила я, не выдержав напряжения.

На мгновение князь Дулов даже опешил, но горячительное в его крови продолжало толкать его на подвиги.

— У меня претензии ко всему вашему семейству, милочка, — заявил он.

Вмешался Пётр Орлов:

— Извольте обращаться к даме как положено, князь, — сказал он.

Князь усмехнулся:

— Так это к даме положено!

И здесь Пётр Орлов не выдержал:

— Вы не достойны звания мужчины! — сказал он. — Если вы ещё хотите это подтвердить, то я жду вас завтра на рассвете на Оранжерейной поляне.

— Постойте, господа! — раздался голос Михаила Ананьевича. — Это что же у нас дуэль?

Пётр Орлов взглянул на градоначальника:

— Дуэль, Михаил Ананьевич.

— Так дуэли запретили, Пётр Васильевич, в одна тысяча восемьсот тридцать втором, — сказал Нуров, холодно улыбнувшись, и добавил, — прошу меня простить, господа, но я буду вынужден арестовать вас, как только вы обнажите оружие.

Стоявшие вокруг возмущённо загудели, особенно офицеры. И Нуров оглядев всех заявил:

— Но могу вызвать наряд и прямо сейчас

Я поняла, что моё присутствие здесь становится крайне нежелательным. И уже хотела уйти, как что-то внутри меня вдруг воспротивилось этому. А почему я должна покидать бал? Почему бы Михаилу Ананьевичу не вывести пьяного князя Дулова?

С одной стороны, я понимала, что лезть между мужчинами, особенно когда уже брошен вызов чести, дело неблагодарное. Но, с другой стороны, не было у меня желания, чтобы моё имя полоскали, да ещё и штабс-капитан Орлов оказался в тюрьме или куда там сажают офицеров за нарушение дуэльных законов.

И тогда я сказала:

— Князь, вы пьяны и сегодня я с вами разговаривать не стану! А завтра я предлагаю вам поговорить в присутствии моего законника.

Посмотрела на Михаила Ананьевича и спросила:

— Михаил Ананьевич, вы сможете обеспечить нам встречу завтра в полдень у вас в доме?

Возникла напряжённая тишина. Видимо, князь Дулов не ожидал от меня такого подхода.

Воспользовавшись этой паузой, я повернулась к Петру и сказала:

— Пётр Васильевич, я очень ценю ваш порыв. Но прошу не нарушать законы империи, а с князем Дуловым мы разберёмся на законном поле.

После чего оглядела всех вокруг и добавила:

— Считаю, что правда за мной, но, если, между нами, с князем остались какие-то взаимные претензии поверьте, мы их решим вполне законным способом.

Все продолжали стоять и смотреть. Удивительно, но князь Дулов тоже молчал. Мне стало весело, и я вспомнила фразу из любимого некогда кинофильма:

— Всем спасибо, все свободны!

Люди вздрогнули и начали расходиться. А я подумала: «Вот она великая сила искусства».

Пётр Орлов подошёл и встал рядом, а князь Дулов, проходя мимо меня, остановился, кинул взгляд на Орлова, потом перевёл на меня.

Мне захотелось отшатнутся, от князя неприятно и кисло пахло вином, но агрессии он не проявлял. И скорее прошептал, чем сказал:

— Готовьтесь, Фаина Андреевна, недолго вам осталось землицей-то владеть.

Он сказал это так тихо, что я еле расслышала, и сразу отошёл, оставив меня в раздумьях: «Почему он так в этом уверен? И что же всё-таки такого в этой земле?»

Глава 40

Михаилу Ананьевичу всё же удалось увести князя Дулова, а мне ещё удалось потанцевать, и не только мне, но и Вере тоже. Несмотря на мои опасения, что после того, как князь Дулов попытался спровоцировать скандал, местное «обчество» от меня отвернётся, произошёл обратный эффект. Оказалось, что меня здесь уже многие считали «своей», уральской, да ещё и под покровительством, если не Нурова, то Раисы Леонтьевны, дамы уважаемой и почитаемой, а князь Дулов человек приезжий, да ещё и «неприятный он какой-то», как сказала одна дама.

Подошли две дамы и посочувствовали мне и заодно спросили про открытие магазина, я с удовольствием их пригласила, посетовав, что карточек нет, но записала их имена и пообещала, что они приглашены и всё для них будет так же, как и для тех, кому посчастливилось карточки получить.

С Петром Орловым станцевали аж четыре танца, когда он пригласил на третий ещё сомневалась, но сидевшая рядом с нами пожилая, одетая в чёрное высохшая, но при этом не утратившая прекрасного чувства юмора княгиня Волошина, сказала:

— Я бы на вашем месте не обращала внимания на эти пережитки, танцуйте до упаду, а то потом будете жалеть.

И я танцевала. И с Петром, и с другими офицерами, правда пришлось пресечь попытку навязчивого ухаживания со стороны сослуживца Петра, ротмистра Диваева, он так ретиво бросился «отбивать» меня у Петра, что мы стали привлекать внимание. Я тогда ему сказала:

— Айдар Абубакирович, это лишнее, я с вами потанцую, но другой танец

И отказалась от бокала лимонада, который он притащил быстрее Петра, стараясь того обогнать, что чуть на облился сам и нас с Верой чуть было не забрызгал.

После выговора настойчивый башкир оказался