Притяжение - Анастасия Ковальковская

Настя напряглась, но не испугалась. Внутри неё была уже другая Настя — сильная, осторожная, уверенная в себе.

Она тихо сжала руку Лизы.

— Лиза… — тихо сказала она, — смотри… тот мужчина… в сером пальто.

Лиза последовала взглядом подруги:

— Да, вижу. Но… он ничего не делает. Просто стоит.

Мужчина отошёл к барной стойке, заказал что-то и, не замечая Настю, сел за дальний столик. Его взгляд иногда скользил по залу, но на Настю больше не был направлен с угрозой — скорее, с интересом.

Настя выдохнула.

— Он просто здесь, — сказала она себе тихо, — я свободна. Он ничего мне не сможет сделать.

Женя заметил её напряжение:

— Всё в порядке? — спросил он мягко.

— Да, — кивнула Настя. — Просто старые воспоминания…

После того как мужчина в сером пальто вышел из кафе, Настя ощутила странное любопытство. Она вспомнила о коте — том загадочном нике, сообщения которого когда-то одновременно пугали её и поддерживали. Сообщения, которые были для неё маленьким маячком в одиночестве, пока не появился Паша.

Теперь, когда её жизнь постепенно обрела порядок, Настя вдруг поняла, что хочет знать правду. Кто скрывался под этим ником?

Она поднялась со стула, Лиза и Женя удивлённо посмотрели на неё:

— Куда ты? — спросила Лиза.

— Нужно кое-что выяснить, — спокойно ответила Настя, хотя сердце слегка ускорило ритм. — Вернусь через минуту.

Мужчина уже стоял на улице возле кафе, проверяя телефон. Настя подошла к нему прямо, без сомнений.

— Простите, — сказала она твёрдо, — вы кот?

Мужчина поднял взгляд, удивлённо приподняв бровь.

— Кот? — переспросил он, слегка улыбаясь.

— Скоро ты сама всё узнаешь.

Настя нахмурилась, сердце слегка забилось быстрее, но она не отступила:

— Я хочу знать. Сейчас.

Мужчина пожал плечами, улыбка не сходила с его лица:

— Я не могу рассказать тебе всё сейчас. Но обещаю — придёт время, и ты поймёшь сама.

Он повернулся и направился прочь, оставляя Настю стоять на улице.

В груди было смешанное чувство — любопытство, лёгкая тревога, но и странное спокойствие.

— Скоро сама… — повторила она про себя, глядя, как он растворяется в толпе.

Настя почувствовала, что это не угроза и не страх, а знак того, что ещё есть тайны, которые нужно пережить самой. Она улыбнулась сквозь лёгкую напряжённость, поворачиваясь обратно к кафе, к Лизе и Жене.

— Похоже, — подумала Настя, — мой путь ещё не закончен.

Глава 31 Конец

Настя медленно вернулась в кафе, сердце ещё слегка стучало от встречи с мужчиной в сером пальто.

Лиза и Женя сидели за столиком, смеялись, обсуждали музыку, и их улыбки сразу сняли напряжение.

— Ну что? — сказала Лиза, — пропала на час, а мы уже переживали, что тебя похитили новые таланты.

Настя тихо улыбнулась и села рядом:

— Просто… немного отвлеклась, — ответила она. — Но всё в порядке.

За это время на сцену вышла новая пара музыкантов. Девушка с гитарой начала тихо петь, а её голос был мягким, мелодичным, словно рассказывая маленькую историю из жизни. Настя прислушалась, и в её груди разлилось странное чувство лёгкости.

— Слушай, — сказала она Лизе, — я понимаю, что ещё многое впереди… но сейчас я могу просто быть здесь. И это здорово.

Женя кивнул, наливая им всем кофе:

— Да, жизнь уже не та, что была раньше. И это прекрасно.

Настя улыбнулась шире, подняв кружку:

— За новую жизнь. Без страха.

— За нас! — ответили Лиза и Женя, и они чокнулись.

Настя сидела за столиком с Лизой и Женей, смеялась над их шутками, погружённая в лёгкий уют вечера. Они почти не обращали внимания на сцену, пока мужской голос не зазвучал с особой интонацией, и строки начали проникать прямо в сердце:

«Ты не знаешь меня даже по имени

Но я снова у тебя за спиной

Ты задела всё живое внутри меня

И одна шагаешь снова домой…

Где ты захотела спрятаться?

Следы твои не останутся

Дождись, милая, всё кончится

Дожди видят, как охочусь я…»

Настя замерла. Каждое слово отзывалось в ней странной смесью воспоминаний и тепла. Она сразу узнала первые строки сообщения кота, которое когда-то появилось в её телефоне, открывая её мир новым образом.

Инстинктивно Настя повернула голову к сцене и застыла. Там стоял Паша. Его руки держали гитару уверенно, пальцы ловко перебирали струны, а мужской голос звучал проникновенно и идеально, словно каждая нота шла прямо к сердцу.

Она не могла оторвать глаз. Он был идеален: концентрация, лёгкая улыбка, уверенность в каждом движении. Каждое слово, каждая нота — всё было как будто специально для неё.

Сердце Насти слегка забилось быстрее, дыхание замедлилось. Она вспомнила те тревожные дни, те моменты, когда Паша был рядом, спасал, заботился, но теперь это было уже не только защитой — это было красотой, талантом и теплом, которые она видела впервые в новом свете.

Паша поднял взгляд, и их глаза встретились.

В его взгляде была та же глубокая забота и тепло, которые она помнила, но теперь они переплетались с музыкой, с каждой нотой, с каждым словом, которое он пел прямо для неё.

Он начал петь припев, его голос мягко, но уверенно разливался по залу:

Где ты? Я бегу за тобою

Разрываясь мечтою

Растворяясь в ночи

Не молчи (не молчи)

Вместе не встречать нам рассветы

В два конца две планеты

Вдаль уносишься ты, ты

Где ты?

Настя ощутила, как каждое слово отзывается в её сердце.

Словно Паша пел именно для неё, через расстояние, через прошлые страхи и боль.

Слёзы легко подступили к глазам, но это были не слёзы страха или боли — это была слеза облегчения и радости, что он рядом, что всё прошлое позади, и теперь она может слушать, чувствовать и быть здесь, в этом моменте.

Паша продолжал смотреть на неё, не отрывая взгляда, начал петь второй куплет.

Я сделал бы тело себе из твоего запаха

Я двери сносил бы с петель, чтоб ты заплакала

Я продал бы душу, затем отнял обратно

Чтоб ты любила меня неадекватного

Где ты? Я бегу за тобою

Разрываясь мечтою

Растворяясь в ночи

Не молчи (не молчи)

Вместе не встречать нам рассветы

В два конца две планеты

Вдаль уносишься ты, ты

Где ты?

Вибрирует в её груди, как будто музыка и голос Паши обвивали её, защищали и одновременно открывали новые ощущения — радость, тепло, доверие.

Слёзы вновь подступили к глазам, но теперь это были слёзы облегчения и счастья, слёзы того, что он здесь, что он поёт именно для неё, и что