Страж Особого Назначения 2 - Катерина Дэй

— Отпусти меня, он не причинит мне вреда, — Иви всхлипывала и заикалась от истерики. — Рейз может застрять в обороте, если не примет волка. Он превратится в ничто! Я хочу ему помочь.

— Он сейчас не понимает ничего, — тихо сказал Шакал. — Ты ничем не поможешь ему в данный момент, он сейчас опасен для тебя.

— Нет! Нет… — вырывалась и брыкалась Иви. — Ты не понимаешь… я помогу ему… Пожалуйста, остановись.

Шакал остановился, прекращая идти к дверям главного здания, но не выпускал ее из рук.

Иви повернула голову и видела, как Рейз сбросил с себя Джинкса и Неона, и отличным хуком послал в нокаут Форса. Затем яростно срывал с себя цепи, не обращая внимания на усилия остальных парней, пытающихся вцепиться в его ноги и сковать.

Шокированная, она смотрела на все это и слезы градом текли по ее щекам. К нему подбежали другие стражи и пытались удержать, но были отброшены на землю.

— Рейз! — кричал Форс получивший удар в лицо. — Посмотри на меня! Что ты хочешь? Приди в себя, гребаное дерьмо!

Рейз извивался и рычал, скаля острые клыки и когти — гнев превратил его красивое лицо в нечто ужасающее. Он был похож на дикаря, наполненный яростной ненавистью к кому-то, кого желал убить.

— Он не в своем уме, — прошептал Айс.

Леон и Неон, пытающиеся удержать Рейза, были ранены. Это наводило на мысль о том, что им придется серьезно ранить Рейза, чтобы подчинить и удержать его.

— Он не узнает своих друзей и одержим жаждой убийства, — раздался голос главного целителя. — Его нужно вырубить и сковать.

— О Боже! — Иви давилась рыданиями. Она понимала, что сейчас Рейз ничего и никого не узнает. Сейчас он с такими безумными глазами, клыками, нечеловеческими руками с острыми когтями и мощным телом был похож на смертоносную машину для убийств.

Он застрял между двумя формами чего Иви больше всего и опасалась. И вздрогнула, когда Джинкс и Леон подскочив к Рейзу одновременно размахнулись и нанесли сокрушающий удар. И только после этого Рейз, пошатнувшись, упал навзничь на землю.

Она смотрела, как мужчины связывают его, надевают кандалы на руки и на ноги, затем укладывают на носилки. Слеш и Форс куда-то его понесли. Рейз зарычал и Джинкс с гримасой боли на лице снова ударил его.

Это было уже слишком. У Иви закружилась голова, в глазах померкло.

Она потеряла сознание.

* * *

Сознание возвращалось постепенно.

Иви всегда считала обморок проявлением слабости личности, но теперь поняла: это защитная реакция. Сталкиваясь со слишком сильными эмоциями и не в состоянии справиться с ними, тело отключается. Просто чтобы не носиться бессмысленно, как курица с отрубленной головой, и не навредить себе.

Осознание того, что Рейз застрял в обороте и его при ней избивали, правда в благих целях, оказалось слишком сильным потрясением. Иви не смогла с этим справиться. Слишком много чувств и мыслей пытались сосуществовать одновременно. Ее разум попытался переварить, подобрать слова ко всем ее чувствам, но ее сознание отказалось в этом участвовать, и она отключилась.

Иви резко села. Душа ушла в пятки. У окна стоял Ашар.

— Вам стоит прилечь, Иви, — сказал целитель Саливан склонившись над ней. — Вы в лазарете.

— Рейз, где он? Что с ним? Ашар, куда его унесли? — Иви чувствовала вновь приближающую истерику.

— Сейчас он изолирован ото всех, его надежно охраняют, — целитель ей преподнес что-то в широком плоском сосуде. — Вдохните через нос, — велел он. Иви подчинилась и чуть не задохнулась от резкого запаха мяты и, кажется, валерианы. — Это успокоит вас.

— Куда именно его изолировали? — Иви под строгим взглядом целителя сделала еще пару вдохов нюхательной травы.

— Он в допросном помещении, — тихо сказал Ашар, — в клетке.

Иви побледнела.

— Ему нельзя в клетку и прикованным быть нельзя, ты же знаешь, Ашар. Это жестоко по отношению к Рейзу. Ты же знаешь его прошлое, — чуть не плача проговорила она. — У него даже дом с панорамными окнами и много простора. И спит он в спальне на открытом воздухе. Ашар…

— Он не прикован, там никаких пут, только решетка, которая сможет удержать его внутри. Мы не можем продолжать удерживать его с помощью грубой силы. Но Рейзу нельзя позволить свободно передвигаться по резервации в таком состоянии. Здесь работают и люди, а раз уж Рейз даже в нас видит угрозу, то неизвестно, что он сделает с людьми. Я не хочу рисковать! Мой дорогой друг сейчас опасен. Пойми, Иви, не только больно тебе. Я сделал так, как лучше ему и всем, — явно волнуясь, Ашар запустил ладонь в густые волосы и обратился к ней с неуверенным выражением лица: — Другого варианта нет. Я разговаривал с Чиаррой, и она мне рассказала про случай в их клане и, что произошло с тем мужчиной, застрявшим в обороте. Рейз жив, но он сейчас живет только на инстинктах. Ему необходимо принять срочно одну из форм, чтобы не потерять себя.

— Ему нужно принять волка, — прошептала Иви.

— Позвольте с вами не согласиться, Иви, — сказал Саливан. — В образе зверя для него мир заиграет иначе, и кто знает, захочет ли он снова быть человеком.

— Но в образе зверя оборотни ведь разумны, — тихо сказала Иви.

— Если ему понравится быть зверем, — с сожалением посмотрел на нее целитель, — то его разум останется мыслящим, но не так остро будет восприниматься все то, что причиняет ему боль. Должно быть что-то очень сильно значимое для него, чтобы он захотел вернуться в человеческую форму.

Иви тихо заплакала.

— Это все из-за меня, — тихо произнесла она. — Это моя вина. От начала и до конца во всем виновата я, и от этого не скроешься. Я не могу думать о том, что он превратится вничто. Я не могу смириться с этим. — Она обхватила колени и начала раскачиваться взад-вперед. — Я должна вернуть его. Я должна быть с ним и говорить с ним.

— Его тяга к тебе сильна, Иви, — с болью в голосе проговорил Ашар.

— Вы должны вывести его из состояниямежду, Иви, — сказал целитель, — а какую форму он примет это решать ему. Ваша задача состоит лишь в этом — помочь ему. Иначе он так и останется обезумившим, непомнящим кто он и где он. Это хуже всего. Волком он может убежать в лес став свободным, но в такой застывшей форме… — Саливан покачал головой. — Сделайте все возможное, Иви. Он выбрал вас, значит должен вспомнить вас не разумом, а инстинктами. Разговаривайте с ним о ваших общих ярких моментах. Он с