Дьявол - Мишель Хёрд

— Нет, meu anjinho. Если ты продолжишь в том же духе, я кончу. А я хочу, чтобы это произошло, когда я буду внутри тебя.

Я отстраняюсь, но прежде чем успеваю обдумать дальнейшие действия, Энцо склоняется надо мной и вновь завладевает моими губами. От этого поцелуя у меня поджимаются пальцы на ногах.

Когда он устраивается между моих ног, я чувствую, как его член касается моего лона. Мое тело напрягается, и по нему разливается жар. Обхватив мою голову ладонями, он целует меня с неистовой страстью, заставляя разум затуманиться от желания.

Наши языки сплетаются в танце, дыхание сбивается, а губы покалывает от поцелуя. Но когда бедра Энцо начинают двигаться, и его твердая плоть касается моего клитора, внизу живота вспыхивает фейерверк чувств, настолько сильных, что они почти граничат с болью.

Энцо стонет, разрывая поцелуй, и прижимается своим лбом к моему. Его взгляд, полный похоти, пронзает меня насквозь.

Он не перестает тереться об меня, разжигая во мне жгучее желание. Поэтому я начинаю приподнимать бедра, пытаясь усилить трение между нами.

Уголок его рта слегка приподнимается.

— Мой храбрый ангелочек. Ты меня удивляешь. — Он опускает руку, и я чувствую его пальцы между нами, когда он прижимает набухшую головку члена к моему входу.

Нервозность накатывает с новой силой, а тело напрягается.

— Хочешь, чтобы я остановился? — спрашивает он.

Я быстро качаю головой и шепчу:

— Я просто нервничаю.

— Я не буду входить в тебя до конца. Если ты расслабишься, будет не так больно.

Я киваю, но когда он снова прижимается к моему входу, чувствую, что напрягаюсь еще больше.

Энцо начинает осыпать поцелуями мою шею, помогая отвлечься, а затем слегка скользит в меня. Я громко ахаю, и он тут же поднимает голову, чтобы заглянуть мне в глаза.

Медленно он погружается в меня еще на дюйм. Его взгляд внимательно следит за мной, улавливая каждую мою реакцию. И мое сердце наполняется еще большей любовью к этому удивительному человеку.

Черты его лица смягчаются, и только тогда до меня доходит, насколько он был напряжен. Он явно боится спровоцировать меня или причинить боль.

— Я люблю тебя, — говорю я, кладя руки ему на плечи и проводя ладонями по груди. — Всего тебя. И хорошего, и плохого. Твою темную сторону, что убивает без колебаний, и чувствительную душу, которая исцеляет меня. — Мои руки продолжают исследовать каждый дюйм его тела, и с каждым прикосновением к теплой коже мое желание к нему становится все сильнее. — Ты принадлежишь мне, сердце мое, — тихо шепчу я. — Навсегда.

Энцо отстраняется, хватает презерватив, и я вижу, как исчезает его привычная стальная сдержанность. Его глаза вспыхивают темным, голодным огнем, пока он быстро натягивает презерватив.

Затем его тело прижимается к моему, и я вновь чувствую, как он пристраивает головку к моему входу. На этот раз он входит глубже, но всего на пару дюймов, а затем замирает.

Мои губы приоткрываются, и я громко ахаю, отчего его взгляд тут же устремляется к моему лицу.

Я быстро киваю, чтобы он не подумал, что что-то не так. Просто пытаюсь справиться со странным чувством наполненности внутри меня.

Энцо снова толкается, и мои глаза округляются, когда он входит в меня гораздо глубже, чем в первый раз. Боль внизу живота становится резкой, но терпимой. Или, может, мне так кажется, потому что его бедра продолжают двигаться, а член проникает так глубоко, что моя спина невольно выгибается. Жгучая боль на мгновение лишает меня чувствительности в нижней части тела.

— Ш-ш-ш... ш-ш-ш... ш-ш-ш, — успокаивающе шепчет Энцо, нежно целуя мою шею. — Прости, meu coração. Тебе очень больно? Хочешь, чтобы я остановился?

Я качаю головой.

— Я в порядке. Ты до конца вошел?

— Еще нет.

— Что? — ахаю я. — А насколько ты вошел?

— На дюйм или два, но я подожду, пока ты не расслабишься.

Боже, помоги мне. Он разорвет меня пополам, если войдет еще глубже.

— Дженна, — говорит Энцо. Он редко обращается ко мне по имени, поэтому я быстро поднимаю глаза и смотрю на него, когда он продолжает: — Я внутри тебя.

Меня охватывают настолько сильные эмоции, что я не могу дышать, а на глаза наворачиваются слезы.

Энцо не двигается и продолжает нежно целовать мою шею, давая мне время осознать происходящее.

В глубине моей души что-то оживает. Мечты. Будущее с мужем и детьми. Путешествия по зарубежным странам. Желание испытать все самое лучшее, что может предложить этот мир.

Такое чувство, будто моя жизнь вернулась в прежнее русло после долгого восьмилетнего перерыва.

Я обвиваю руками шею Энцо, и, начиная плакать, шепчу:

— Спасибо.

Он крепко обнимает меня, пока я пытаюсь справиться со всеми приятными эмоциями, что он во мне пробудил. Когда мне, наконец, удается успокоиться, он плавно выходит, а затем снова входит в меня.

Энцо начинает медленно двигаться, и я чувствую, как мурашки и удовольствие возвращаются с новой силой.

Мое дыхание снова учащается, и, глядя ему в глаза, я понимаю, каково это – впервые заниматься любовью с мужчиной.

Глава 28



Энцо

Когда дело касается Дженны, у меня терпения хоть отбавляй, хотя я сам часто говорю, что у меня его нет.

Впервые оказаться внутри нее – это необыкновенное ощущение, но мне приходится изо всех сил стараться не потерять контроль.

Мало того, что она невероятно узкая, так еще и румянец на ее щеках сводит меня с ума.

Я трахал стольких женщин, но каждый раз это было лишь способом достичь оргазма, который не приносил мне истинного удовлетворения.

Медленно двигаясь, я внимательно наблюдаю за Дженной, приближая ее к финалу. Я не трогаю ее клитор, желая, чтобы она кончила именно от моего члена.

— Энцо, — стонет она, черты ее лица напрягаются, а ногти впиваются в мои плечи.

Моя женщина уже готова кончить.

Я вхожу в нее еще глубже, наблюдая, как ее губы приоткрываются, голова откидывается назад, а тело напрягается, прося об освобождении.

Зная, что она зависима от моих поцелуев, я целую ее так, как ей нравится: жадно и страстно. Язык двигается в такт с моими движениями, и каждый раз я проникаю в нее все глубже.

Одна моя рука