Не целуй меня - Лана Ирис

Глава 33

К чему вражда? — скажете Вы.

Это всего лишь глупая ссора! Влюбленные повздорили, подумаешь… Нужно поговорить спокойно, без лишних эмоций. Объясниться с «холодной» головой.

Это мелочи. Все наладится.

Безусловно, это правда, и я также рассуждала.

Но в тот момент я еще не знала, что все произошедшее будет иметь такие ужасающие последствия.

В тот момент, после нашей ссоры, я не могла все это так оставить. Мне натерпелось что-то сделать, после нашего неприятного разговора. Изменить ситуацию, в которой, как я считала, мы оба виноваты. Повернуть в другую, «правильную» сторону. Сторону, где хэппи-энд, о котором я фантазировала много ночей подряд. Где мы счастливы.

И, так как Артур игнорировал мои звонки, я в порыве жгучих эмоций отправилась за ним. Прямо так, не переодеваясь, после того, как бесконечное количество времени простояла у входа в квартиру, глядя в темное пустое пространство непонимающим, до боли опустошенным взглядом, с безумно стучащим сердечком.

— Вы уверены, что знаете, где это находится? — тыкнула пальчиком в карту на телефоне. — Это примерно, у пекарни, а точный поворот я не помню.

После того, как я не смогла попасть в его квартиру, а консьерж сказал, что Артур не появлялся, уверенно отправилась в развалины. Таксист попался понимающий, но честно признаться, я боялась ехать с ним в лес. Мало ли что. Уже так поздно. Я дико нервничала, и не могла этого скрыть.

— Я знаю где это находится. Это поместье влиятельных людей, хоть и разрушенное. Но это их земля. Туда редко кто ездит. Почти никогда. Вам вход разрешен?

Подозрительно на меня покосился.

— Меня там друзья ждут, — покраснев, выдавила я. — Они знают, что я должна приехать. Там вечеринка. Везите.

Мужчина молча кивнул, а я понадеялась, что со мной все будет хорошо. Сегодня я рискую ради своего Артура. Ради нас. Обычно так поздно боюсь ездить одна.

Смотрю в окно и понимаю, что руки дрожат. Они ледяные, и сердце быстро бьется. Я не знаю точно, что я ему скажу, но должна сказать…

Мы наговорили друг другу много плохого, но ведь еще есть шанс все исправить? Или…

Я осознаю, это глупо, после того, как я закричала, чтобы он оставил меня в покое. Но, понимаете, на самом деле я не думала так! В голове, в душе, в сердце, в каждой клеточке моего тела кипело едкое сожаление. Я сильно разозлилась на него, но и он был на эмоциях.

Мы обязаны помириться. А еще я хотела попросить за Князева. Фраза Артура про то, что Славы «не будет в этом мире» очень напугала меня. Наверное, мне следовало бы поговорить об этом в первую очередь.

Поправив спадающий на лицо капюшон, я вылезла из такси, заплатив переводом последние средства. И задней мыслью подумала, что мне явно нужна подработка.

Идти страшно, но я иду по заснеженной петляющей тропе. Пару раз набрав Артуру, с ужасом замечаю, что у меня садится батарея.

— Черт, — шепчу, огибая пошатанную табличку с надписью.

Подхожу к воротам и неуверенно дергаю за калитку, уже было решив, что она заперта. Но к счастью, открыто, и я безмерно радуюсь, потому что сразу всплывает радостная мысль, что Артур здесь, я не ошиблась.

У меня в голове возникает романтичная картина: Артур страдает после нашей ссоры. Он напряженно сидит за роялем весь такой мужественный и стильный, скрестив ноги в своих красивых штанах… Небрежно закинув черное пальто на крышку музыкального инструмента… Скорее всего, на нем темная рубашка, закатанные до локтя рукава, открывающие невозможно прекрасные руки, с внушающе выпуклыми венами. Его изящные длинные пальцы скользят по клавишам. Волосы в идеальном беспорядке, откинуты назад. Серьга в ухе сверкает в свете луны, исходящем от окна. Очень заметная широкая шея, выпирающий кадык, немного запрокинутая голова. Веки с неприлично длинными черными ресницами прикрыты, а чувственные губы, напротив, слегка приоткрыты, и мыслями он… представляет меня. В его фантазиях я в длинном шелковом платье, соблазнительно танцую для него… Только для него… Лямка невинно спадает с моего плеча, оголяя…

— Ой… — выдыхаю, улыбаясь, как дурочка. — Опять?

Стопорюсь, поняв, что я приспокойненько преодолела все извилистые пути «Хогвартса», и даже не свалилась нигде. Более того, не споткнулась ни разу.

Прохожу в обжитую сумрачную комнату с камином и фортепиано, и разочарованно выдыхаю. Артура тут не нахожу.

Меня начинает потряхивать, потому что доходит, что я здесь одна. В огромном склепе, освещаемом лишь несколькими фонариками и лунным светом. Одна. Или нет?

Выхожу на улицу, к берегу. Мороз дикий. Вглядевшись в темную заснеженную даль, забегаю обратно. От перепада температуры изо рта парит. Я ежусь.

Еще раз возвращаюсь к комнате с роялем, для чего-то медленно пробежав пальчиками по ледяным клавишам. От вида этой комнаты у меня приятное томление в сердце.

Воспоминания страстных поцелуев накатывают…

Кругом голова… И мы все кружимся, кружимся… В тот момент я поняла, что Люблю…

Инструмент от моего прикосновения издает мощные звуки, отзывающиеся эхом в углах комнат, и по телу пробегается еще одна волна нервной дрожи. Хоть и не впопад, но звучание кажется мне эмоциональным и значимым. И я продолжаю неловкую игру.

Эта музыка, как наша ссора, внезапная, бурная, будто молния посреди темного неба. Яркая, ненужная, но вспыхнувшая в мгновение. Она не была запланированной, впрочем, и не была неожиданной. Но она нарушила хрупкую тишину, погружая в болезненное внутреннее разрушение.

Я уже давно не испытывала такой боли и мне тяжело осознавать, что я позволяю себе погрузиться в нее…

В этой комнате так зябко.

Я долго еще играла, если это можно назвать игрой. Скорее била по клавишам от нахлынувших чувств, конечно же, не попадая в ноты. А потом долго думала о случившимся, пока не услышала шум шагов.

— Артур?.. — вышла из комнаты в большое помещение, где обычно собирались ребята. — Это ты? Давай поговорим.

Шаги, отчётливо звучавшие до этого, внезапно затихли.

— Артур⁈ — крикнула, когда послышалось еще несколько шагов.

Я прошла вглубь темноты, прищуриваясь. Мимо меня скользнула черная тень.

Мурашки вспыхнули на коже. И мурашки были не взволнованные и томящие, как это последнее время бывает рядом с Ним. Скорее, устрашающие.

Возникло ощущение, что это вовсе не мой Артур.

Дрожащими руками я достала телефон из кармана пальто и начала набирать Артуру. Гудки шли, а потом мой телефон сдох. И мое сердце издало глухой удар. Я словно предчувствовала нечто нехорошее. И это самое пугающее, что я ощутила за последнее время. Скользкий морозящий