Не целуй меня - Лана Ирис

И как я умудрилась уснуть в логове монстра?..

Глава 34.2

— Мне очень понравилось, но давай дальше как-нибудь сама, — вышвыривает меня и захлопывает передо мной дверцу. Мне еще до школы топать и топать.

— Вот ты говнюк! — кричу отдаляющейся вслед машине.

Что понравилось?

Вдыхаю морозный воздух, накинув капюшон. Мимо меня проходят несколько школьников, таких же, как и я прогульщиков, косятся на меня и перешептываются. Кажется, все видели эту нелепую сцену. Псих бесподобен.

Направляюсь через парк медленным шагом, рассматривая птичек с красными пузиками, восседающих на веточках. Вот бы мне так. На деревце почирикать.

Зачем я вообще иду? У меня даже учебников с собой нет. Придется зайти в библиотеку. Корю себя. Надо было заехать домой. В любом случае часть уроков пропустила.

— Вы можете мне помочь? — маленькая девочка шмыгает покрасневшим носиком.

— А?

— Моя кошка, — она указывает на маленького пушистого комочка на веточке. — Не могу достать. Она ловила птичку, — уточняет. — Всем все-равно. Проходят равнодушно мимо.

Жалостливо плетусь к дереву и подпрыгиваю. Но мне тоже достать нереально.

— Кись, кись, кись, — пытаемся вместе с девочкой вызволить несчастную. Та мяучит диким ором, будто наступил конец света.

У меня в душе тоже стойкое предчувствие армагеддца. Со вчерашнего дня никак не отпускает.

— Она замерзла.

— Вызовем спасателей? — девочка отчаянно хныкает.

— Я попробую залезть на дерево, — улыбаюсь, глядя на нее. — Пожалуйста, не плачь. Я помогу тебе.

Залезаю я легко. А вот слезть обратно — пытка. Все казалось не так высоко, пока я не оказалась наверху. Да, мои физические способности оставляют желать лучшего.

— Беги домой, согрей ее, — кидаю котейку девочке. Она ловит ее шарфиком.

— Спасибо вам, — у девочки слезки текут из глаз.

Это так мило. Я уже давно не плакала из-за кого бы то ни было.

Она достает из кармана чупа-чупс и оставляет под деревом, благодарно улыбаясь.

— Извините, у меня больше ничего нет.

— Этого достаточно, — говорю я, свесив ножки с веточки. На душе становится теплее. Девочка с кошечкой убегает.

А теперь назревает вопрос: как мне слезть?

Как, как… Как говорится: «каком кверху и по-быстрому» Так я и делаю. По-быстрому. Но в процессе повисаю на своем пальтишке. Раскачиваюсь. Падаю в сугробик. В своей пижамке. От соприкосновения голой кожи о снег, меня прожигает. Визжу отчаянно. Пальто остается висеть на той самой веточке. Хорошо, хоть сапожки длинные и теплые, ножки не мерзнут.

Я спасла кошку. Кто спасет мое пальто?

— Черт! — подпрыгиваю. Почти достаю до рукава. Тяну. Ткань с треском рвется. Продрогла до косточек. Чупа-чупс не спасает. Я в полной Ж. Как и всегда.

— Вот что с людьми творит доброта.

Вздрагиваю. Поворачиваюсь на низкий баритон Артура. Он наблюдает за мной, положив руки в карманы.

Ухмыляется как-то недобро. Убийственно-недобро. Без настроения. Но это ничего. Мы все исправим.

— Артур… — теряюсь. В голове звучат заготовленные фразы про любовь, но у меня чувство, что сейчас не то время. Сначала надо одежду добыть. Улыбаюсь, покручивая за щекой чупа-чупс. — Ты мог бы одолжить мне свое?

Указываю на его пальто. Оно пахнет моим парнем. Оно пахнет моим Любимым парнем. У меня при мысли об этом мурашки горяченькие по задубевшей коже бегут.

— Не мог бы.

…

— Н-нет? Как это не мог бы? — теряюсь еще больше. Я просто выпадаю из реальности. Меня флешбэкает в прошлое. Улыбка сходит с моих окоченевших губ.

— А зачем?

— Зачем? — повторяю недоверчиво, глядя в потемневшие бездны глаз. — Я замерзла.

— И что?

— Как это что⁈ Артур! — топаю ножкой от возмущения. — Дай мне свое пальто!

— Нет, — Артур кривит губы в ледяной усмешке.

Кажется, ситуация его забавляет.

В его глазах плещется ледяная лава.

От его реакции становится в разы холоднее.

Иней на веточках начинает сильнее сверкать, подливая масла в огонь

Из уст этого маньячины не хватает фразы: «Тепло ли тебе, девица? Тепло, ли тебе, красная…».

Тогда наступит полная идиллия.

— Я могу заболеть!

— Сама виновата. Впредь не делай глупостей. Хотя… Кому я говорю. Ты не умеешь не делать глупостей.

Бледнею. Чувствую, как в животе скручивается узел злости.

— Артур…

— Не называй меня по имени.

Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. Поэтому я молча смотрю на него.

— Это шутка? Я почти голая.

— Тебе идет. Я возбудился.

Краснею. Обратно бледнею.

И снова краснею.

— Ты давно здесь?

— Давно. Видел все. В том числе и твою спасительную операцию. Марина, ты — неудачница по жизни.

…

— И ты не хотел мне помочь? — невидящим взглядом гипнотизирую его равнодушное выражение лица.

Пытаюсь игнорировать поток грубости, врывающийся из его рта.

Он все еще злится. Теперь понятно, почему ночью он оставил меня спать в комнате своего братца. А сам спокойно свалил. Ему просто плевать на меня. Безнадежно эгоистичный, чокнутый, грубый, агрессивный…

И как я могла в него влюбиться?

— А почему я должен тебе помогать? — безразличным тоном бросает.

— Ты же мужчина. Помоги девушке, — уже не так уверенно бормочу.

— Почему именно я? Вон еще мужчина, — кивает на алкаша на лавочке, напротив. Этот дядечка тут каждое утро проводит в отключке, ему не страшен «ни снег, ни зной, ни даже дождик проливной». Ну и разит от него спиртным нехило. — Пусть он поделится своей одежкой. Ему не холодно. У него пожизненно горючее внутри.

Неприязненно сглатываю.

— Но я… Не хочу просить его…

— А я не хочу тебе отдавать свое пальто. Мы делаем только то, что хотим. Видишь, как все просто.

Вот вроде бы слегка логично. Но что-то здесь слегка не логично.

— Зачем… ты так со мной обращаешься?

— Тебе же нравится, когда с тобой обращаются как с дерьмом. Может, теперь и мне перепадет твоя благосклонность.

— Ты о чем?

Подходит ко мне. Улыбается дерзко, и как-то… болезненно.

Да, видок у него неважный. Никогда его таким замученным не видела. Кожа бледная. Темные круги под глазами, будто он совсем не спал…

— Чувствую себя полным ничтожеством, но даже после произошедшего, я не против провести с тобой ночь.

А затем, даже не попытавшись мне помочь, проходит мимо меня. От него исходит приятный любимый аромат, и я невольно прикрываю глаза.

— Если ты больше не хочешь мне помогать, найди себе другую девушку и с ней проводи ночи!

— Ладно. Так и сделаю.

Выдыхаю рвано. Судорожно. Мне больно, что он соглашается так просто.

Оборачиваюсь. С гневом на него гляжу.

— А я тогда со Славой Князевым буду! — стараюсь его поддеть в ответ.

— Без понятия кто это.

— Ну, конечно! — со смешком.

Он уходит, не останавливаясь, а не могу просто так