Второй шанс для многохвостой лисицы - Селина Катрин

Яори внезапно, будто уловив ход моих мыслей, качнул головой и склонился чуть ближе. Так близко, что тёплое дыхание коснулось моего лба.

— Если бы я не верил тебе… разве стоял бы здесь?

То, как он это произнёс…

Так просто, так искренне — внутри меня сердце болезненно сжалось. Мне ещё никто и никогда не доверял просто так. Потому что я — это я. Мне даже родители не доверяли собственную жизнь, вечно считая, что я не справлюсь одна, а тут…

— Я чувствую… что этот толчок был только что не просто так.

— Какой толчок? — Он даже сразу и не понял.

— Этот. — Я выразительно указала подбородком на землю. — Остров Алый Рассвет пострадает в ближайшее время. Надо срочно эвакуировать всех жителей, иначе будут погибшие.

Дракон посмотрел на меня… с тем самым удивлением, с которым смотрят на чокнутых.

— Элирия, ты уверена? — протянул он с сомнением. — Наши оракулы молчат, никто не предсказывал катастроф.

— Честное слово! Уверена! Я знаю это. Просто поверь мне. — Я умоляюще сложила руки перед собой и даже чуть поклонилась. — Всех людей надо спасти, и делать это после Первого Дыхания нельзя, потому что будет уже поздно. Я понимаю, что все готовятся к празднованию и как мои слова выглядят со стороны, но поверь! Я стала бы говорить об этом так уверенно, если точно бы не знала!..

На бесконечно долгие несколько ударов сердца Яори прикрыл глаза. Перекатился с носков ботинок на пятки и обратно, а затем распахнул веки и чётко сказал:

— Ладно, давай тогда займёмся Алым Рассветом.

Он схватил меня за руку и повёл в сторону южных ворот. Я так изумилась тому, насколько лёгким оказался Яори на подъём, что лишь через пару десятков шагов вспомнила:

— Погоди, а флакон с приворотным зельем⁈ Разве не стоит отдать приказ об обыске павильона Зимних Слив?

— Ничего страшного, полежит в комнате леди Ханами ещё три дня. Ты вроде сказала, что он туда попал случайно и она сама не знает, что он там.

— Да, но… а вдруг его найдут? Вдруг принц Эван пострадает?

— Я его предупрежу, чтобы ничего не пил и не ел. Пойдём, ты сама сказала, что у нас не так много времени, а вывезти, как я понимаю, надо весь остров.

Глава 24. Алый Рассвет

Принц Эван Аккрийский привык всё делать вдумчиво и основательно. Первым делом он отправил старшим братьям по записке с просьбой особенно тщательно проверять ближайшие дни еду на привороты. Он помнил, что в прошлой жизни зелье подлили ему и именно он допустил самую большую ошибку, которую только может совершить дракон. Но всё же на всякий случай позаботился о братьях. Мало ли как сложатся обстоятельства в этой ветке реальности. Разумеется, он не писал им никаких подробностей и тем более ничего не говорил об Авроре и её подарке. Просто намекнул, что пищу надо проверять.

А вот дальше начинались сложности.

Кредит доверия к Элирии у Эвана был огромный, и дело было даже не в том, что на ауре девушки стояла печать богини, дело было в том, что с самой первой секунды вся сущность дракона потянулась к этой рыжей лисичке. Он сам удивлялся, насколько легко она вошла в его пространство — словно солнечный свет, к которому не нужно привыкать. Рядом с ней не надо было взвешивать каждое слово и думать, как будет трактован тот или иной взгляд; наоборот, что-то внутри расслаблялось, расправлялось, находило своё место. С той самой прогулки под луной в ночь цветения сакуры Эвану хотелось сбросить всю свою броню и лжеличность и быть собой.

Он не назвал бы это притяжением. Отнюдь. Но в глубине, там, где у драконов хранилась их подлинная природа, уже теплилось простое и ясное ощущение: эта девушка не угроза и не случайная переменная. Она — тот поворотный стежок на полотне, ради которого дракон готов свернуть небо, лишь бы она навсегда осталась в его жизни.

Прода 14.02.2026

И всё-таки, как ни доверял Эван Элирии, срывать праздник Первого Дыхания брата без каких-либо веских доказательств он не мог. А потому основной его проблемой стала самостоятельная эвакуация острова Алый Рассвет без привлечения драконьих ведомств и создания шумихи.

Куда организовывать вывозку людей, было непринципиально, но Эван справедливо предположил, что многие захотят посетить именно центральный остров. А потому заранее отдал приказ страже впускать всех с Алого Рассвета.

* * *

Яори попросил шестую часть клепсидры, чтобы написать несколько записок и отправить со слугой, а затем мы таки отправились в ближайший порт. Первая проблема нарисовалась сама собой. На Алом Рассвете будет землетрясение, а значит, людей надо как-то вывезти.

— Тысяча риенов, — фыркнул кормчий, а у меня дёрнулся глаз.

Такой ценник обычно ставят либо за контрабанду, либо за то, чтобы отвезти тебя лично к богам на перекус.

— Голубчик, ты с ума сошёл⁈ — ошеломлённо спросила я. — Тебя просят лишь сделать пару рейсов туда-сюда на ветровом судне — и только. Между прочим, ближайшие трое суток центральный остров будет закрыт, и ты не заработаешь ни скрипта! Тебе самому это выгодно!

— Ну и что? — фыркнул противный толстый мужчина, лениво почесав пузо. — Зато на сегодня мой рабочий день окончен. Я устал.

И, разумеется, лукаво бросил взгляд на Яори — как хищник, который увидел наивного зайчика, готового заплатить любую цену, лишь бы не устраивать скандал.

Яори, ясное дело, тут же кивнул.

— Ну, если человек устал…

— Если человек устал, он идёт домой спать, а не пытается срубить с нас месячную выручку порта! — перебила я, вцепилась в рукав Яори и дёрнула на себя. — Ты что, сбрендил? Или мы печеньками из золота питаемся? Ты из чьего кармана собрался столько выкладывать?

— Элирия, послушай, деньги — не проблема…

— Ещё какая проблема, нас грабят на пустом месте! Этот мелкий плут просто твой алый плащ увидел и ценник в десять раз накрутил! Яори, я понимаю, что ты занимаешь место Правого Крыла Дракона, но ты же ведь не принц Аккрийский, чтобы сорить риенами направо и налево? Тем более ты говорил, что у тебя семья, братья есть… Наверняка маленькие, им помогать надо, — сказала я, поднимая палец вверх. — А этот кормчий — откровенный жулик.

Яори моргнул, словно впервые услышал, что у него вообще-то есть родственники и все они не обязаны питаться солнечным светом. Впрочем, удивляться нечему — мужчины в деньгах ориентируются так же уверенно, как птенцы в грозу.