Лавка «Любовные снадобья» - Татьяна Ма

– Что стряпаешь? – сунула нос в кастрюльку Корнелия.

– Спагетти тебе сделаю с итальянским соусом.

– Не знаю, что за Итальятина такая, а пахнет вкусненько, – облизнулась кошка.

Когда они сели за ужин и Лиза начала уписывать спагетти – а готовить-то у нее получалось все лучше и лучше! – Корнелия вдруг сказала:

– Ну, хорошо. Пожар – это не колдовство, а мымринино упущение. Так?

– Угу, – с набитым ртом промычала Лиза.

– А червивую голову кто мымрине сделал? – прищурилась Корнелия.

– Думаешь, она такая дура, чтобы свои недоделанные снадобья на себе же проверять? Она скорее бы мне подсунула или хотя бы той же мисс Маус.

– Что же, по-твоему, получается, мымриня не колдовала, и ты этого не делала. Тогда кто же?

Лиза задумалась. Правильные вопросы Корнелия задавала. Если не она и не мэриня, то в городе объявилась новая ведьма, что ли?

– Вкусно-о-о, – поглаживая живот, совершенно по-кошачьи мурлыкала рыжая.

Лиза посмотрела на нее внимательно. И чего это она сегодня такая подозрительно покладистая и добрая?

– Твоих лап дело? – спросила Лиза. – Ты мымриню сколдовала?

– Красиво получилось, да? – засмеялась Корнелия. – Я хотела ей змей на голову насадить, но, кажется, это уже где-то было. А потом, когда тебя стражня увела, я мымриню обмяукала, она в обморок и свалилась. А тут смотрю червячок дождевой ползет… Ну я и посадила его мымрине на голову, он и прирос.

– А потом размножился?

– Колдовье, оно такое – иногда не знаешь, что выйдет, – назидательным тоном произнесла Корнелия.

– А если бы мистер Чоколейт не появился так вовремя, ведь меня могли упечь за порчу мымрининой головы, – осознала Лиза и зло зыркнула на кошку.

– Могли. В Сансторме запрещено таким лихим колдовьем заниматься.

– А как же обращенный в жабу мельник? – напомнила Лиза.

– Так раньше можно было, а потом мэр Симплтон издал закон, что никакого обращающе-превращающего колдовья быть не должно. За ослушание – ссылка!

– Так, выходит, ты меня чуть под статью не подвела! – ахнула Лиза.

– Ну, извини. Я разозлилась, – жалостливо промурлыкала Корнелия, – и не подумала. А потом пошла к мистеру Чоколейту, и он придумал, как выйти из данной ситуации.

– А почему это мистер Чоколейт так тебе помогает?

– Я с его котом дружу, – засмеялась Корнелия.

– Это тот, который шерсть боялся водой измочить?

– Нет, тот дворовый, толстоед, а у мистера Чоколейта настоящий, потомственный фамильяр. – Глаза Корнелии засияли изумрудной зеленью.

– Ох и гулена ты, – покачала головой Лиза.

– Да я только для общего дела и стараюсь.

Корнелия поднялась, пощипала себя за щечки, которые тут же раскраснелись, и сказала:

– Пойду я к своему котику, узнаю, как у них там в шоколадной лавке дела, а ты давай за варево принимайся. Завтра лавку на полдня откроем, а после обеда пойдем наряды к балу покупать!

– Что это ты раскомандовалась? А ну брысь! – прикрикнула Лиза.

– Уже ушла, – засмеялась Корнелия и добавила: – Не забудь, что зелья только на колодезной воде варятся, иначе будет несварение желудочков и сердечек.

И до чего наглая кошка! Вроде и помогает она Лизе, а все равно одно вредительство да недоделки!

Помыв посуду, Лиза положила на стол книгу «Заказы». Пришла пора сварить первое настоящее зелье.

Глава 55

Кошачий волос, мандрагорин корень, лебеда, вероника да вербена, гвоздика да мать-и-мачеха, подорожник обыкновенный, роза северная, ржаной колос, куриная слепота, цветик-семицветик, коричный порошок да горчичный нарост, цаплино перо да ромашкина лапа, шишка кедровая, еловая, сосново-дубовая, смех павиана, слеза синицы, танцующий пион, перевернутый георгин, живокость утколапа, мертворог носохряка, горицвет, василистник, горец-гордец, укроп пахучий, фенхель живучий, белена черная, белена белая, белена старушечья, кувшинка квакушечья, душица, золотарник, анничков кустарник, – чего только не было в ингредиентах, которые Лиза нашла на полках в маленьком чулане. Еще целую охапку трав она насобирала в тот день на поле. Когда собирала, не знала Лиза, что рвала. А теперь смотрела на засушенные стебельки и яркие лепестки – и названия сами всплывали в голове.

– Что ж, пора приниматься! – закатывая рукава, проговорила Лиза.

Однако тут же она поняла: воды-то колодезной нет. Взяв обливное ведерко, Лиза вышла в сад. Еще не совсем стемнело, но серые лапы сумерек уже ползли по земле.

Колодец Лиза отыскала под когда-то раскидистым старым-престарым дубом, который рос в дальнем уголке ее придомного садика. Только теперь дуб этот стоял покореженной оглоблей, таращился в стороны сухими ветками. Лишь на самом верху зеленело несколько листиков. Сколько Лиза ни смотрела на дуб, сколько ни пыталась его в чувства привести, ничего не получалось. Видно, от настоящей старости никакое колдовье не поможет.

К колодцу Лиза подходила с опаской. В деревне, бывало, баба Прасковья ей не разрешала по воду ходить. Вот и сейчас Лиза осторожно откинула тяжелую деревянную крышку и, сделав глубокий вдох, заглянула в длинное колодезное нутро. И ничего не случилось. Оттуда Лизу обдало ледяной свежестью.

Сбоку к каменной стене крепился крюк, на котором висело ведро. Вроде не страшно. Ведро с крюка снять, отпустить, колодезную ручку крутануть, дождаться, пока ведро опуститься до воды, зачерпнет, а потом крути себе и крути, наматывай цепь на маховик, пока ведро не вытянешь. А вот дальше будет сложно. Помнила Лиза, как чуть не улетела в колодец, пытаясь ухватить тяжелое, наполненное водой ведро. Тогда сосед ее спас да полапать при спасении успел. Козел!

– Чтоб у него и правда рога выросли и козлом блеять начал! – произнесла вслух Лиза и, стащив ведро с крюка, начала крутить ручку маховика, отправляя ведро вглубь колодца.

– Надеюсь, ты не мне такое желаешь? – раздался позади насмешливый голос.

От неожиданности Лиза вскрикнула, выпустила рукоятку, а ведро отпустить забыла. Ее дернуло и тут же потянуло в темные глубины колодца. Однако чьи-то руки успели ухватить ее за талию и за ноги, вернее, чуть повыше, и резко вытянули наверх.

– Господи, да что ж ты пугаешь меня так все время! – Лиза долбанула кулачком в грудь Ричарду.

– Да что ж мне тебя постоянно спасать приходится! – тоже не остался в долгу Ричард.

– Невыносимый ты все-таки человек! – Снова треснула его Лиза.

– А ты ведьма несносная!

Ричард закрутил Лизины руки ей за спину.

– Чего ты обниматься лезешь? – насупилась Лиза.

– Я не обнимаюсь, а спасаю себя от побоев! – Вдруг засмеялся он и тут же, пока Лиза не успела сказать еще какую-нибудь ерунду, дерзко поцеловал ее в губы.

Она обмякла в его руках и отвечала на поцелуй со всем