Молия - Маргарита Серрон

его позвал с нами в баню? Ты что, совсем сбрендил? Ты посмотри, как он меня сегодня разукрасил, и ты думаешь, что я буду с ним парится в одной парилке? — Макс орал на Филю уже пол часа, Моля лежала на своей кровати и молчала, уставившись в потолок. Филя заварил кашу, вот пусть и расхлебывает.

— Я тебе десятый раз объясняю, что это стратегический ход. Не все вопросы можно решить мордобоем. Ну выведешь ты из строя Киана, так он пошлет к нам своего помощника, как его, Матвея. А так мы сразу все решим. Напоем его, язык развяжем и выведаем его намерения, а заодно на ночь его, голубчика, выведем из строя. Он и не заметит, как отключится. Это шикарный план. А ты и так чуть все не испортил. Зачем драться полез? Спасибо Молечке, что развела вас драчунов в разные стороны. А то бы еще и с участковым пришлось разбираться. Посидел бы под арестом девять суток — по-другому бы запел. Мы делом приехали заниматься, получим деньги и делай, что хочешь. А сейчас не смей нас подставлять, — Профессор тоже орал, он умел не давать спуску, когда чувствовал, что его гениальные планы рушатся.

Макс замолчал и насупился. Филя был прав и чего он завелся? Ведь тертый уже калач, а поддался на провокацию, не смог остановиться.

— Ну и ладненько, давайте обсуди наш ночной поход. Моля это тебя касается. Нельзя на дело идти с таким кислым настроением, ничего не получится. А ну вставай, тебя как подменили. Ты что, так в подвале напугалась? Что молчишь весь вечер? Или за Максика переживаешь? Так на нем как на собаке, два дня и все заживет. Ну подумаешь, Жанночка ему пару маленьких шовчиков на лицо наложила. Это не то, что моя поврежденная нога. Даже не знаю, сколько связки восстанавливать буду. Я сегодня так устал, что шагу ступить не могу. А рука? Эти смены погоды меня просто доконают. Ноет и ноет зараза.

— Филя заткнись уже, кто ночью полезет в подвал?

— Как кто? А Молька нам на что? Ты охрана, я — стратег и организатор, а Моля — разведчик. Это ее поле деятельности. Мы не пролезем, застрянем. А она пройдет, боком, я уже замерил ее самое выдающееся место. Замотаем грудь и пролезет. Моль, иди сюда, давай потренируемся грудь твою заматывать. Я могу сам все сделать.

Макс грохнул кулаком по столу. Филя подскочил на своем стуле.

— Не смей Мольку лапать. По морде захотел?

— Макс, ты что? Совсем рехнулся? Она сама себя не замотает, а со мной — самый безопасный вариант. Или мне про палатку напомнить и твои шалости? Хватит бычится. У тебя сегодня тестостерон в переизбытке вырабатывается. Ты что такой агрессивный? Пойди побегай по улице или по отжимайся. Итак, повторяю для непонятливых. Киан приходит к нам в гости, и все ведут себя как порядочны, воспитанные люди.

— Ладно. Урода потерплю, но один только вечер, ради дела. А грудь Моле будем вдвоем заматывать, я за тобой следить буду.

На шум из своей комнаты вышла Моля.

— Вы тут что? Грибов галлюциногенных объелись? А меня кто-нибудь спросил, хочу ли я вечером видеть в бане и за столом Киана, хочу ли я лезть в монастырский подвал ночью? И согласна ли я заматывать себе грудь в конце концов? Вы что раскомандовалась? Сами лезьте в свой подвал, может сегодня днем тебе Филя и весело там было, а я посмотрю на тебя ночью, когда вся нечисть кладбищенская и, не только, вылезет из своих нор и начнет охоту за твоей трусливой душонкой.

— А почему сразу за моей? А Макс? За ним грешки и не такие водятся, — профессор позеленел, видя, что, Моля не шутит.

— И до Макса доберутся, им нет разницы, чей душой кормиться. Монахов только не тронут, зубы об них сломают, а мы в самый раз. Думаешь Филя, если ты руками до книги не дотронешься, так жизнь у тебя в шоколаде будет? Хочешь сухим выйти?

— Ты это к чему Молька?

— Да к тому, я видела, как ты сегодня бегал, когда думал, что за тобой никто не наблюдает. Симулянт ты, вот кто. Не хочешь монахам воду носить и дрова рубить, так честно скажи нам. А руку ты забинтовал, чтобы книгу, проклятую не трогать. Знаешь, какие последствия могут быть, вот и выкрутился. А я молчать не собираюсь. Ты вот и полезешь в подвал за свой цирк дешевый, отрабатывать будешь, начислим тебе штрафные работы, чтобы друзей не подставлял.

— Да ты, как ты можешь так говорить? Я же сам пострадал от призраков кладбищенских, я удар на себя принял, они теперь знают мою тонкую душевную организацию и мстить будут. Нельзя мне лезть в подвал. Макс, ты что молчишь? Ааа, сговорились. Двое против одного. Вот так значит. Хорошо. Не хотел говорить, но что ты, Молька, делала с Кианом в домике деревянном в лесу, когда снег повалил? А? Отвечай.

— Ты что следил за мной? Ах ты гад, Филька.

— Тебя не было пол часа, потом ты выбежала как ошпаренная из домика. Может это ты перед нами комедию играешь, а сама со своим любовником план придумываешь, как нас обмануть?

— Ах ты сволочь! — Моля кинулась с кулаками на Филю, такого она не ожидала. И самое обидное было, что профессор ее вычислил в один момент, даже не напрягаясь. Девушка вспомнила бабулю и начала молотить кулаками закрывающегося руками Фильку со всех сил, изображая обиженную и оскорбленную. «Не переживай, бабуля, сделает все, чтобы уничтожить книгу. Если нужно — сама полезу на гору и достану эту проклятую книгу. Стоп! — Моля остановилась и замерла, как вкопанная — а это идея. Нужно идти одной, а там была не была.»

— Моля успокойся, — за Филю вступился Макс, — а ты правда зажималась в домике с этим уродом?

— Вам всем какое дело до моей личной жизни? Почему ты Фильку не пытаешь за его брехню, что ты ко мне пристал?

— Да с профессором все понятно, не впервой он цирковое представление перед нами разыгрывает. А то, что ты гордость потеряла, это в новинку.

— А я и не скрывала свои чувства к Киану, я еще неделю назад сказала, что влипла, но буду сопротивляться до последнего. И вообще, я человек взрослый, могу делать что хочу и с кем хочу.

— Да, но только не перебегать во вражеский лагерь. А если Филя прав, и урод этот использует тебя, чтобы до книги добраться?