Социальная клетка - Софья Макаренко

– Ну смотри. Если что я могу написать ей, чтобы она задержалась немного...

– Нет! Сам разберусь если захочу, – не хватало ещё, чтобы мать меня сватать начала. Такого позора я точно не переживу. Честно, мне хотелось пойти за Таей и зажать её, где-то в подсобке, а потом увезти домой и продолжить начатое. Но я сдержался.

Мы с мамой посидели не долго. Спокойно попивали кофе и обсуждали сплетни наших общих знакомых. Но пока мать что-то рассказывала, я мыслями был в другом месте. В своей квартире вместе с Таей. На ней всё те же чёрные колготки и юбка. Я бы отымел её, разорвав лишнюю ткань. Слушал бы сладкие стоны, что издавал её милый рот. Я скучал по ней. Слишком сильно.

Когда я уже подходил к своей машине, то встретился с ней. Тая стояла, облокотившись о капот. На ней уже были джинсы и тёплая куртка. Она видимо ждала меня. Как же мне хотелось её притянуть к себе и не отпускать. Но нужно было сохранять самообладание. Я лишь прошёл мимо девушки и сел на водительское сиденье. Мне показалось, что сейчас Тая уйдёт. Но она лишь оттолкнулась от машины и решительно направилась к моей двери. Распахнула её и быстро устроилась на моих коленях. Я от изумления даже открыл рот.

А потом она, не дожидаясь моего ответа произнесла:

– Нам надо поговорить.

То, о чём лучше молчать

"It's the same game today as it always is

Сегодня мы играем в ту же игру, что и всегда.

I don't give these places fake my name explaining this

Я не даю этим местам изменить моё имя, чтобы всё объяснить.

And the wrists of my mind have the bleeding lines

На запястьях моего разума остались шрамы от порезов,

That remind me of all the times...

Напоминающие мне о прошлых временах.

I have committed

Я совершил

Dirty dirty crimes that are perfectly form-fitted

Страшные-страшные преступления, которые идеально соответствуют

To what I've done and what I'm doing

Тому, что я делал, и тому, что я делаю"

Twenty one pilots – Fake You Out

Влад

Хоть в детстве я подвергся насилию, но при этом не был жертвой. Мне пришлось побывать на двух сторонах этой разменной монеты. И я остался на скверной стороне. Там, где хаус и насилие. Где я руковожу процессом. Где я нападаю, а мои жертвы плачут и всхлипывает от боли. Иначе просто быть не могло. Ведь мой отец постарался до меня. Я был втянут во всё это ещё до рождения. Даже если бы отец не хотел бы меня вводить в курс дела, то это не значит, что я бы не прикоснулся к этому миру. Полному крови, мольбы, предсмертных речей и шантажа. Я понял для себя, что успешный бизнес не построить так легко и просто как казалось в детстве. Нужно идти по головам. Иногда даже в буквальном смысле.

По сути, я поднял отцовский бизнес на крови. Уверен, что он, будучи живым делал точно также. Только в отличии от своих мучителей, другие люди умирали быстро. Один точный выстрел в сердце или в голову, и они повержены. Мертвы. Я множество раз выслушивал кучу предсмертных просьб, вранья про бедных и голодных детей, про несчастны жён и конечно же сколько денег нужно, чтобы замолить свои грехи. Но они явно не ожидали того, с кем столкнуться. С тем человеком, которому глубоко наплевать. И который скрывает свои страхи под чёрной маской. В надежде, что их никто не увидит.

Моё лицо могли видеть только определённые лица. Такие как док, мой друг Глеб и мама. Больше никто не должен был узнать, как я выгляжу под маской. Носить её приходилось всегда и везде. Но к этому я привык. Всё ради безопасности. Хоть на меня и совершали покушение и не видя моего лица, но всё-таки маску я не снимал. Это было самое уязвимое место во всём моём теле. Его могли видеть только близкие. Те, кто не предаст. Не обидит. Конечно, Тая была исключением. Я мог бы и до конца целоваться с ней в темноте, скрываясь. Но это не доставляло такого же удовольствия как делать это при свете. Я мог разглядывать каждую родинку и веснушку на её миловидном лице. Смотреть как карие глаза закатываются от удовольствия.

И сейчас она была как на ладони. Сидела на коленях и смотрела на меня. Хоть и на парковке было не так уж светло, но я мог разглядеть полностью её. Тая бесстыдно сидела на мне, сложив свои тонкие руки на груди. В своей дутой огромной куртке она была похожа на снегиря, от чего я хотел расхохотаться. Но спрятал улыбку за чёрной маской.

– И о чём же ты хотела поговорить? – спросил я спустя пару секунд после её вопроса. Мне нужно было время, чтобы собраться и не разглядывать девушку так очевидно. Я смотрел выше макушки Таи. Рассматривал глазами каждую вывеску в ночи. Контролировал свои эмоции как мог. Но это было тяжело сделать. Моя эрекция реагировала на каждое движение Таи. В особенности на неумелое виляние её округлыми бёдрами. Такое, по сути, невинное, но в то же время порочное движение, возбуждает меня с каждой секундой всё сильнее. Хоть и нас разделяет ткань плотной одежды.

– О том, что ты исчез. И приходишь только тогда, когда я сплю, – начала говорить Тая, надув свои пухлые губы. Видимо перед выходом она дополнительно намазала их блеском, потому что они казались больше и аппетитнее, чем раньше. Но куда уж лучше. Она, итак, прекрасна выглядит. А таким образом может полностью лишить меня последнего рассудка. Куда уж дальше если моё сердце, итак, уже принадлежит ей.

Я отвёл снова свой взгляд куда-то в сторону, чтобы не смотреть как её щёки краснеют рядом со мной.

– Ты тогда плакала, и я решил, что тебе нужно время, – пробубнил я в маску, не в силах опустить свой взгляд на неё.

Всё это слишком смущало и возбуждало меня. Она на моих коленях. Вся такая милая с красными от мороза щеками. Пахнущая карамелью вперемешку с кофе. Просто загляденье.

– А не проще было бы извиниться нормально передо мной и