Отряд "Везунчиков" или оковы проклятий - Эстер Рейн

которым бегали крошечные молнии. Вероятно, они испытывали сильную боль, но старались не показывать этого, зато их бледный вид и пот на лбу говорили за себя. Серп еще не пришел в себя, он стоял вплотную к демонице, и удар получил очень мощный. Рэтхан по-прежнему оставался прикован к стене, он смотрел на меня с мольбой и ужасом, видимо надеясь, что я все-таки испугаюсь и сбегу прочь.

Единственные, кто могли противостоять суккубу, были мы с Раном. Но воины из нас были неважные.

— Пожалуй, ты даже достойна того, чтобы стать статуей в моей коллекции. Поставлю тебя при входе, чтобы другим было неповадно перечить мне! — Демоница направила на меня ладонь, но Ран успел закрыть меня.

На моих глазах мой любимый, нежный, улыбчивый муж превратился в холодный камень. Я закричала, но кого это могло спасти?

— Не самая изящная скульптура. Думаю, его лучше разбить, — хмыкнула Нер.

— Не трогай его. Не смей! — На этот раз я загородила собой эльфа, лишь бы он остался цел, а способ расколдовать его, может быть, и найдется.

— Как же ты мне надоела! Ах! — неожиданно воскликнула Госпожа и, неловко взмахнув руками, рухнула на пол. — Ты? Мерзкое создание! Когда ты уже сдохнешь!

Валамео, о котором я совсем забыла, умудрился незаметно подобраться и подсечь ногу демоницы своей цепью. Теперь он пытался удержать ее руки, чтобы она не смогла создать новый мерцающий шар, но силы изувеченного ирвинга были на исходе.

— Беги, Ивета… — хрипло произнес он.

Но я упрямо покачала головой, мне под руку попала моя сумка, не осознавая, что я делаю, я сунула руку в ее глубины, надеясь найти хоть что-нибудь, но желательно огнемет. Чуда материализации не случилось. В моей сумке по-прежнему не было ничего полезного. Только если этой стерве телефоном по голове запустить. Вынув свой смартфон, я зажала кнопку включения, когда раздалась приятная мелодия, я со всей доступной моей измученной душе злобе запустила гаджет в демоницу.

— Чтоб тебя испепелило, гадина!!! — закричала я.

В следующий момент раздался взрыв, ослепив меня яркой белой вспышкой, в ушах зазвенело, и меня плотно прижало спиной к статуе Рана. В ушах громко стучала кровь, отсчитывая мгновения, которые я находилась оглушенной. Наконец звон стал стихать, а глаза начали различать размытые силуэты. Я терла их руками, боясь, что пропущу нападение демоницы, но в зале никто не двигался.

— Ивета?! Ты жива? Ивета! — словно из-под воды я услышала хриплый взволнованный голос Рэтхана.

Попыталась ответить, но из моего горла вырвался каркающий хрип.

— Ивета! — Рядом оказалось лицо Серпа, он внимательно всматривался в мои расширенные зрачки.

— Я в порядке, — с трудом выговорила слова, которые оцарапали мне горло. — Где Нер?

Наг отошел от меня, исследуя зал на предмет одной мерзкой демоницы, но я уже и сама видела, что ее нигде не было. Осмотрев все, Серп замер напротив черного пятна на полу, удивительно схоже повторявшего контур тела суккуба.

— Ты убила ее, — удивленно произнес наг.

Очень медленно истаяли путы на Даяне и Марегоне.

— Что ты в нее бросила? — хриплым обессиленным голосом спросил Даян.

— Свой телефон…

— Тот самый, которым ты махала перед моим носом и таскала повсюду в сумке? А если бы он взорвался раньше?

— Он не мог взорваться. Я не знаю, что произошло. Может, он с демоницей магнитными полями не сошлись… Что с Валамео? — Я с трудом стала подниматься на подрагивающие колени.

— Он мертв, — ответил Серп, обследовав раскинутое на полу тело ирвинга.

— А Ран? Мы можем его спасти? — Мой голос задрожал, я совсем не готова была терять своего эльфа.

Глава 43

— Попробуй оживить его сама. Ты явно обладаешь какими-то силами, природу которых я не понимаю. Попытайся согреть его и позвать своим сердцем. Он окаменел совсем недавно, возможно, у тебя получится, — ответил мне Даян.

Я кивнула и села, крепко обняв статую. Всю любовь, которую я нашла у себя в сердце, я направила к окаменевшему сердцу эльфа, все тепло и нежность, которые были в моей душе, я мысленно послала в его тело. Сконцентрировавшись, я перестала слышать и замечать, что происходит вокруг. Я была теплым комочком света, тянущимся к обездвиженной статуе. Мгновение текло за мгновением, но ничего не происходило, я стала отчаиваться, но в этот миг услышала тоненькие детские голоса:

«Папа, папочка! Вернись к нам!»

Неужели это мои дети? Как они могут понимать, что происходит и принимать Рана за отца? Вопросы кружились в моей голове, но в это время сила моей энергии усилилась, и розовый кокон тепла окутал всю фигуру эльфа. Я услышала приглушенный слабый стук, затем еще один чуть громче, и еще… Сердце Рана просыпалось. Кажется, самую малость потеплел камень, который я обнимала. От радости у меня потекли слезы, первая же упавшая на статую слезинка заставила камень треснуть, словно хрупкую скорлупу. Стук сердца усилился. Изнывая от надежды и нетерпения, я припала солеными губами к обездвиженным губам Рана.

«Пожалуйста, пожалуйста, вернись ко мне…» — мысленно молила я, и вот я почувствовала едва заметное дыхание на своей щеке, приоткрыв глаза, я увидела, как дрожат ресницы эльфа. Он оживал и возвращался ко мне.

— Живой, живой! — не в себе от радости, воскликнула я, крепче сжав постепенно становившееся мягче тело.

— Ивета, — слабый голос у меня над ухом, — ты жива?

— Мы все живы! Ну… почти все…

— Главное, что с тобой все в порядке. — Теперь уже Ран сжимал меня в объятьях и зарывался носом в мои волосы, вдыхая мой запах.

Немного придя в себя и отойдя от эмоций, мы наконец встали на ноги. Пока я оживляла Рана, мои мужья освободили Рэтхана. И из объятий эльфа я сразу же угодила в крепкие объятия оборотня.

— Ивета, зачем ты вернулась сюда? Ты могла погибнуть! — принялся ругать меня оборотень.

— Ты серьезно думаешь, что я могла бы оставить тебя в беде?

— Тебе следовало так поступить.

— Никогда. Я никогда никого из вас не оставлю. Но у меня к тебе есть серьезный разговор! — Я сделала свой голос построже, наглому оборотню придется ответить за все свои поступки. И тайную женитьбу без спросу, и ту ночь близости, когда