До скорой встречи - Лекси Аксельсон

Как, черт возьми, это влезет в мою задницу?

Кровать прогибается под весом Дэнни, когда он опускается на колени. Затем хватает меня за ноги и с животной грубостью притягивает к себе. Приподнимает мою талию, пока я лежу на спине. Я думала, он развернёт меня лицом вниз, и это сбивает меня с толку.

— Разве ты не хочешь, чтобы я встала на четвереньки? — спрашиваю.

— Как же я услышу твои крики, если ты будешь лежать лицом в матрас? — его голос низкий и хриплый.

Дэнни решительно перехватывает меня, мои ноги взлетают в воздух, щиколотки оказываются по обе стороны его лица. Ступни расслабленно лежат у него на плечах, а я хватаюсь за свою грудь, готовясь к тому, что будет дальше. Я бы позволила этому мужчине сделать со мной всё что угодно — рядом с ним всё кажется правильным. Его опыт пугает меня, но я продолжаю доверять ему. Лишиться девственности с тем, кто знает, как доставить женщине наслаждение, — и страшно, и волнительно.

Он крепко держит меня за бёдра, фиксируя в нужном положении, и медленно входит в меня сзади. Меня пронзает резкая боль, и я сильнее вцепляюсь в грудь.

Инстинктивно сжимаюсь вокруг него, и это заставляет его скрипнуть зубами от удовольствия.

— Больно, Дэнни, больно, — тихо взвизгиваю я, тяжело дыша. Всё моё тело горит, хотя он вошел лишь наполовину.

— Хорошо, — говорит он, проталкиваясь глубже.

Я напрягаюсь ещё сильнее.

— Дэнни… о Боже! — вскрикиваю, зажмуриваясь.

— Бог? — он произносит это так, будто я его оскорбила. — Не трудись взывать к нему, он тебя не услышит. Когда я рядом, детка, бога нет.

Дэнни продолжает ритмично входить в меня, и с каждым толчком боль отступает. Его член погружается внутрь, а мои ступни покачиваются в воздухе по бокам от его плеч.

Боль и удовольствие — для меня это что-то новое. Я и представить не могла, что они могут так идеально сочетаться. С каждым его движением мои глаза закатываются, воздух наполняется нашими стонами и звуком шлепков, и я обожаю каждое мгновение. Каждая мышца моего пресса напрягается, а на его торсе проступают вены.

— Это твое наказание, Ари. Каждый раз, когда ты грубишь, всё будет заканчиваться именно так.

Значит, мне стоит чаще с ним пререкаться. Я прикусываю губу и начинаю кружить пальцами по клитору.

Я совершенно неопытна в сексе и чувствую, будто сразу нырнула на самую глубину, захлебываясь в похоти Дэнни. Из-за отсутствия опыта я тону каждый раз, когда Дэнни трахает меня, но как раз в тот момент, когда думаю, что не выдержу, он доводит меня до оргазма и я прошу ещё.

Дэнни тянется к клитору, другой рукой удерживая меня за талию. Его пальцы посылают по всему моему телу разряды, от которых моя спина выгибается, и я понимаю, что уже на грани.

Он продолжает вгонять член в мою задницу, заполняя всей длиной, одновременно лаская клитор. Ощущение кажется почти запретным, и мне стыдно за то, насколько сильно мне это нравится. Он доводит меня до оргазма своими пальцами, и я вскрикиваю, когда разрядка накрывает меня, оставляя где-то между слезами и блаженством.

Дэнни наблюдает, как я закатываю глаза, приоткрыв рот, грудь подпрыгивает в такт каждому его мощному толчку, а с губ срываются бессвязные звуки.

— Обожаю твои крики, — голос Дэнни становится хриплым. Его глаза темнеют, почти зловеще, и он ускоряет движения. Слеза скатывается по моей щеке, когда он кончает внутри меня. Его темно-песочные волосы растрепаны, что вызывает у меня новую волну желания. Боль приятно обжигает, и я больше не понимаю, кто я.

Я больше не чувствую себя мышкой, попавшей в ловушку его извращённых желаний.

* * *

Пока мы лежим в тишине, я не могу перестать думать о том, почему Дэнни и Шейн снова и снова появляются в моей жизни. Это судьба? Совпадение? Ощущения, которые я испытываю рядом с каждым из них, совершенно разные.

Ещё одна бессонная ночь. Дэнни должен уехать через несколько часов. Приближается утро, и я боюсь его наступления. Мне хочется насладиться каждой секундой, проведённой с ним, до того, как он уедет. Последние три дня пронеслись как безумный вихрь, и я не успеваю за происходящим.

Перед тем как лечь спать, мы снова приводим себя в порядок. Я лежу на боку, положив голову на руку Дэнни. Он придвигает меня ближе к себе — так, что его бёдра прижимаются к моим, а наши ноги переплетаются.

— Как ты себя чувствуешь? — шепчет мне на ухо.

Я усмехаюсь.

— Разбитой.

Моё тело в синяках, саднит, где-то кровит… и всё равно жаждет большего.

Он коротко смеётся.

— Не волнуйся. Я скоро уезжаю.

Он уезжает.

Сердце уходит в пятки, улыбка исчезает, и я тут же расстраиваюсь из-за напоминания.

— Меня может уже не быть здесь, когда ты вернёшься. Я подписала короткий контракт и примерно через месяц должна быть в Северной Каролине.

Он молчит, слушая. Тишина накрывает нас. Всё что угодно лучше этой тишины. Мне не нравится, когда Дэнни замолкает вместо того, чтобы говорить со мной. Я никогда не понимаю, что у него в голове, что он скажет или сделает дальше. Он непредсказуем.

— Дэнни…

— Ммм?

— Кто мы друг другу? Что между нами вообще?

Я смотрю в окно. Жалюзи открыты, и я наблюдаю, как мерцают звёзды в небе, ожидая его ответа. Обычно я не решалась поднимать такие темы. Я привыкла держать всё внутри. Но сейчас всё иначе.

Тело Дэнни напрягается, и мне кажется, будто я испортила этот спокойный момент. После секса такие минуты всегда были уютными, но я знала: если не спрошу сейчас, потом буду бесконечно гадать, что между нами. Когда Дэнни уедет, вместе с ним исчезнет и любое наше общение.

Несколько месяцев назад он ясно дал понять, что ни с одной женщиной не связывает себя обязательствами. Почему я должна быть исключением? Я отдалась ему, осознавая последствия.

— По-моему, всё довольно очевидно, Вишенка. Ты — моя.

Сердце замирает.

— Тебе нужно понять одну вещь, Ари: я человек поступков, а не слов. Я не буду рассказывать, что чувствую, я покажу тебе.

Кровь приливает к моим щекам.

— Ты не должна быть здесь, и я не должен быть рядом с тобой вот так, уж тем более тебя… — он замолкает.

Меня охватывает растерянность, но я не настаиваю на продолжении. Это самое откровенное, что Дэнни когда-либо говорил мне.

Внезапно он хватает меня за челюсть и снова нависает надо мной. Его пальцы